Диалектика надежды

Сначала хорошая новость. Правые не только не попали в Елисейский дворец, но и потеряли большинство мест в парламенте. И, вероятно, их место займет самая прогрессивная социал-демократическая партия Европы. Программа социалистов включает повышение инвестиций в промышленный сектор, трудоустройство молодежи, увеличение рабочих мест для учителей, повышение налогов на богатых и частичное изменение реакционной пенсионной реформы Николя Саркози. Избрание Франсуа Олланда президентом уже поставило в повестку дня смену приоритетов европейской политики — с мер жесткой экономии на меры, способствующие росту экономики. Однако трудно представить себе как левые смогут реализовать этот новый курс, не отказываясь от приверженности к сбалансированному бюджету.

Наткнулся на довольно любопытную статью, в которой реанимируется марксисткий подход к национальному вопросу. Текущая реальность в России и странах Западной Европы проникнута межэтническими противоречиями и конфликтами, на которые большинство левых партий не могут адекватно ответить, так как перенимают дискурс либералов с их мультикультурализмом, как британские лейбористы или же сами движутся в национал-патриотическом направлении как скажем российская КПРФ.

Оппозиция объявила перерыв в шествиях и митингах. Акция 12 июня должна стать финалом многомесячной кампании, возобновить которую планируется только осенью, причем не раньше начала октября. Несмотря на то, что сами ораторы во время митинга на проспекте Сахарова пугали слушателей неминуемыми социальными бедствиями, которые наступят летом, нет никаких признаков того, что организаторы протестов готовы как-то с этими бедствиями бороться. Скорее, они надеются снять своего рода политический урожай с очередного взрыва недовольства, который и в самом деле, скорее всего, последует в конце июля, когда повысятся цены на транспорт и коммунальные платежи, полностью войдет в силу Федеральный закон №83, радикально меняющий принципы финансирования образования, здравоохранения и культуры, ведущий к коммерциализации этих сфер. Тем более есть все основания ожидать массового возмущения в школах и университетах в сентябре, когда начнутся занятия, а учителя, студенты и преподаватели столкнутся в полном объеме с последствиями затеянных властями реформ.

Необходимость написания подобной статьи назрела довольно давно. Левые настроения в российском обществе начинают преобладать. Однако недостаточно выступать против наступления государства на социалку. Очень многие граждане, в том числе и коммунисты так и не осознали полноты всех преобразований выпавших на долю России с 1990х годов. Отсюда вытекают и умозаключения либералов, будто бы в России неправильный капитализм, но стоит пойти по пути механических преобразований по образцу Западных стран, так все устаканится.

Такие настроения ошибочны. Для таких людей и пишется подобная статья. Ответ на вопрос помещенный в заголовке статьи можно дать если посмотреть на опыт стран третьего мира. Вроде бы прекращение колониальной зависимости должно было привести к тому, что разрыв между такими странами и странами капиталистического центра должен сократиться. Однако наблюдать можно обратный процесс. Попытаемся в этом разобраться.

Массовые акции протеста в Москве и регионах обнажили ранее ноющие в больном теле общества нервы. В митингах и «оккупаях» участвуют уже не те, у кого просто строят гараж пред носом или кому не хочется лишиться бесплатного проезда на автобусе. Выходят на улицы те, кому просто стало невмоготу жить дальше так, как все последние годы. Если раньше у большинства людей, кричащих «Россия без Путина!», была только тоска и чувство безысходности, то сегодня они почувствовали силу солидарности, увидели призрачный свет надежды избавиться от постоянного гнёта. Но кто эти люди?

Риски превратились в реальность. Кризис опять возвращается в острую фазу. Нефть и российская валюта падают, и руководство Центрального банка не обещает крепкого рубля на фоне дешевого сырья. Валюта, в которой граждан еще недавно призывали уверенно сберегать, может опуститься дальше. Но еще более серьезные последствия биржевого падения грозят экономике.

Триумфальное возвращение В. Путина, его слезы на Манежной площади и вознесение на престол руками рабочих «Уралвагонзавода» не могли вызвать ничего, кроме смеха и настоящей апатии по отношению ко всей институциональной политике. Но стоит признаться себе, что смех этот был достаточно нервным. После рокировки табличек в кабинетах власти и оглашения имен новых министров появилось устойчивое ощущение того, что дальше будет только хуже, и что «без крови не обойдется», как часто любит говорить мой знакомый эколог, защитник Цаговского леса. Судя по всему, он прав, учитывая то, с каким рвением вновь заработала репрессивная машина, смазанная кадрами «тоталитарной» инаугурации нашего президента.

В Кремле состоялась церемония инаугурации президента Путина. Однако чинное-благородное действо в Андреевском зале только представлялось камерным. Что же происходило за кремлёвскими стенами? Казалось бы, мартовские страсти, кипевшие в обществе до и после выборов, должны были к маю сойти на нет. Ан нет. Оппозиция собралась-таки с силами для наступления на нового — старого — хорошо не забытого президента страны. После выборов 4 марта в Интернете, в постах «ЖЖ», чётко присутствовала мысль о том, что весна не может наступить, потому что в стране вообще ничего не меняется. Люди осознали, что, прогулявшись по улице в течение пяти минут с шариками и ленточками, не в силах изменить политическую систему целой страны.

Левое движение сегодня имеет широкие масштабы, причем оно расширяется и мутирует во что-то более замысловатое с каждым важным политическим событием — будь то выборы президента, инаугурация, очередная реформа или неудобный законопроект. Мы замечаем на левой политической арене появление новых организаций и движений: кто-то объединился, кто-то раскололся, кто-то предал, кто-то вернулся, кто-то появился. На сегодняшний день левое движение в глазах неопытного наблюдателя представляет собой и не только Удальцова, но и идущего среди красных флагов Немцова и Навального.

Егор Лаврентьев, член организации «Автономное действие» и активист протестного движения ОккупайАбай, за несколько часов до разгрома лагеря рассказал корреспонденту Рабкор.ру Владимиру Петрову о том, как на Чистых прудах произошла оккупация городского пространства, как в лагере протеста был организован быт, и каким образом принимались решения касательно его хозяйственной и политической жизни, а также поделился своими соображениями касательно роли левых в нынешнем протестном движении.

Армия для левых – один из больных вопросов, который в лучшем случае обходится молчанием, а в худшем – от него отмахиваются стандартными фразами: Дескать, при коммунизме армии не будет, она исчезнет вместе со всем аппаратом государственного принуждения. Когда же ностальгирующие национал-патриоты из КПРФ и смежных структур начинают, млея от восторга, петь дифирамбы Красной Армии, на них с праведным гневом набрасываются собственно левые и обзывают Красную, а позже и Советскую Армию столпом советского тоталитаризма, системой, ломающей и уничтожающей человеческую личность и так далее. Национал-патриоты тут же хватаются за свой козырь – глядите же, именно Красная Армия победила во Второй Мировой Войне! Их противники парируют – мол, трупами завалили, шапками закидали, дурацкое дело нехитрое. Я, конечно, не настолько уж и серьёзный военный специалист, но в этот детский сад лезть не хочу. Ограничусь простой констатацией – у каждого из этих стереотипических аргументов есть своё реальное основание.

Московские события 6 мая обозначили очередной рубеж в развитии политической ситуации так же, как в декабре — волна протестов против фальсификации выборов. На первом плане, конечно, оказалось насилие. Как и положено, насилие было бессмысленным и бесцельным. Зачем было полиции перед подходом колонн на Болотную площадь запрещать разрешенный митинг и требовать демонтажа аппаратуры и прямо со сцены картинно забирать организаторов, перегораживать путь следования согласованного шествия, не пропуская его на Болотную? В сложившихся обстоятельствах прорыв оказался технической необходимостью: если бы передовые колонны не отодвинули бы первую линию полиции, началась бы давка. Однако говорить о заранее запланированной полицейской провокации всё-таки не совсем верно. Ничуть не менее провокационной, а главное столь же бессмысленной была и попытка Сергея Удальцова усадить передние ряды на асфальт перед заграждением. Сидящих могли просто затоптать. К счастью, в толпе нашлось достаточно количество здравомыслящих людей, и большая часть толпы вместо того, чтобы садиться на землю, стала браться за руки и готовиться к прорыву.