Исполнитель: Лоза Юрий
Композиция: Памяти Высоцкого
Наливай еще по одному
Ведь он не вышел он совсем ушел
Выпьем чтобы там
Ему было хорошо
И где найти теперь слова
Чтобы были так же хороши
Разве возраст сорок два
Мог бы жить да жить
И с натугой верится
Что не допел он и не доиграл
А месяц с неба щерится
Как позавчера
И выть на небо хочется
А вокруг такая тишина
Как его по отчеству
Вот и я не знал
Но наверно потому
Что он видел жизнь другой
Бывало муторно ему
На одной земле с тобой
Где ни церковь ни кабак
Ничего не свято
Где немножко все не так
Все не так ребята
И ведь он поэтому грубил
И насиловал наш слух
И за что же он нас любил
Всех кто нем и глух
Копытом кони землю бьют
Все пропахло ладаном
А песни песни после допоют
Их долго будет надо нам
Эх раз да еще раз
Да еще много-много-много-много-много раз
Да еще раз
Их долго будет надо нам
Эх раз да еще раз
Да еще много-много-много-много-много раз
Да еще раз
Их долго будет надо нам
Истома ящерицей ползает в костях,
И сердце с трезвой головой не на ножах,
И не захватывает дух на скоростях,
Не холодеет кровь на виражах.
И не прихватывает горло от любви,
И нервы больше не в натяжку,- хочешь — рви,-
Повисли нервы, как веревки от белья,
И не волнует, кто кого,- он или я.
На коне,- толкни — я с коня.
Только "не", только "ни" у меня.
Не пью воды — чтоб стыли зубы — питьевой
И ни событий, ни людей не тороплю,
Мой лук валяется со сгнившей тетивой,
Все стрелы сломаны — я ими печь топлю.
Не напрягаюсь, не стремлюсь, а как-то так...
Не вдохновляет даже самый факт атак.
Сорвиголов не принимаю и корю,
Про тех, кто в омут головой,- не говорю.
На коне,- толкни — я с коня.
Только "не", только "ни" у меня.
И не хочу ни выяснять, ни изменять
И ни вязать и ни развязывать узлы.
Углы тупые можно и не огибать,
Ведь после острых — это не углы.
Любая нежность душу не разбередит,
И не внушит никто, и не разубедит.
А так как чужды всякой всячины мозги,
То ни предчувствия не жмут, ни сапоги.
На коне,- толкни — я с коня.
Только "не", только "ни" у меня.
Не ноют раны, да и шрамы не болят — На них наложены стерильные бинты!
И не волнуют, не свербят, не теребят
Ни мысли, ни вопросы, ни мечты.
Свободный ли, тугой ли пояс — мне-то что!
Я пули в лоб не удостоюсь — не за что.
Я весь прозрачный, как раскрытое окно,
Я неприметный, как льняное полотно.
На коне,- толкни — я с коня.
Только "не", только "ни" у меня.
Ни философский камень больше не ищу,
Ни корень жизни,- ведь уже нашли женьшень.
Не вдохновляюсь, не стремлюсь, не трепещу
И не надеюсь поразить мишень.
Устал бороться с притяжением земли — Лежу,- так больше расстоянье до петли.
И сердце дергается, словно не во мне,-
Пора туда, где только "ни" и только "не".
На коне,- толкни — я с коня.
Только "не", только "ни" у меня.
Ефрем Амирамов — Высоцкому
Меня трясёт от скуки и от водки...
В полях Вселенной звёзды зацвели...
Ночь безразмерна, как чёрные колготки
На пухлых ляжках матушки Земли.
Ночь, зацепись о гвоздь рассвета... тресни...
Или на завтра цвет прибереги...
Владимира Семёновича песни
Со скрипом выпрямляют мне мозги...
И я с трудом приподнимаю кости
В пустой и тесной комнате один,
Во мне сейчас от боли много злости,
Я в вас её бросаю, гражданин.
Ведь вы — Высоцкий, признанный народом,
А званиями он Вас не отличал,
Я ж пацаном ещё с себе подобным сбродом
Лишь ваши песни день и ночь мычал.
Вы ж посыпали ими, словно солью,
Глубокие овраги свежих ран,
Они остались слишком ясной болью
В избитых грешных душах каторжан.
Зачем с шутов Вы рвать вдруг стали маски,
Слепому пальцем тыкали в бельмо,
И из души так щедро брали краски,
Чтоб показать обычное дерьмо?
Под лавры пряча лысины и спины,
По миру шлялись лицемер и трус,
А Вы от первой песни до кончины,
Несли венец терновый, как Иисус.
Скажите мне, кому всё было надо?
Я ваше слово жрал, как свежий хлеб,
Теперь я голоден... Вас нет...
Осталась правда,
Запущенная в жизнь под ширпотреб.
Всегда богата темами помойка,
Проходит жизнь — и всё труднее ждать...
У нас была большая перестройка,
Где Вас посмертно стали награждать...
Смазлива жизнь и дьявольски спесива...
То розы — дрянь... То гады — хороши,
А мне для плоти не хватает пива,
И новой Вашей песни для души.
А мы живем в мертвящей пустоте,-
Попробуй надави — так брызнет гноем,-
И страх мертвящий заглушаем воем — И те, что первые, и люди, что в хвосте.
И обязательные жертвоприношенья,
Отцами нашими воспетые не раз,
Печать поставили на наше поколенье — Лишили разума и памяти и глаз.
В. Высоцкому с любовью
Он замолчал. Теперь он ваш, потомки.
Как говорится, «дальше – тишина».
…У века завтра лопнут перепонки –
Настолько оглушительна она.
Л.Филатов
shapa
...С тех пор все шалавы боятся меня — И это мне больно, ей-богу!
Поэтому я — не проходит и дня — Бью больно и долго,-
но всех не побьешь — вас ведь много...
Комментарии
Композиция: Памяти Высоцкого
Наливай еще по одному
Ведь он не вышел он совсем ушел
Выпьем чтобы там
Ему было хорошо
И где найти теперь слова
Чтобы были так же хороши
Разве возраст сорок два
Мог бы жить да жить
И с натугой верится
Что не допел он и не доиграл
А месяц с неба щерится
Как позавчера
И выть на небо хочется
А вокруг такая тишина
Как его по отчеству
Вот и я не знал
Но наверно потому
Что он видел жизнь другой
Бывало муторно ему
На одной земле с тобой
Где ни церковь ни кабак
Ничего не свято
Где немножко все не так
Все не так ребята
И ведь он поэтому грубил
И насиловал наш слух
И за что же он нас любил
Всех кто нем и глух
Копытом кони землю бьют
Все пропахло ладаном
А песни песни после допоют
Их долго будет надо нам
Эх раз да еще раз
Да еще много-много-много-много-много раз
Да еще раз
Их долго будет надо нам
Эх раз да еще раз
Да еще много-много-много-много-много раз
Да еще раз
Их долго будет надо нам
Укатали Сивку...
Укатали Сивку в Нарьян-Мар
И сердце с трезвой головой не на ножах,
И не захватывает дух на скоростях,
Не холодеет кровь на виражах.
И не прихватывает горло от любви,
И нервы больше не в натяжку,- хочешь — рви,-
Повисли нервы, как веревки от белья,
И не волнует, кто кого,- он или я.
На коне,- толкни — я с коня.
Только "не", только "ни" у меня.
Не пью воды — чтоб стыли зубы — питьевой
И ни событий, ни людей не тороплю,
Мой лук валяется со сгнившей тетивой,
Все стрелы сломаны — я ими печь топлю.
Не напрягаюсь, не стремлюсь, а как-то так...
Не вдохновляет даже самый факт атак.
Сорвиголов не принимаю и корю,
Про тех, кто в омут головой,- не говорю.
На коне,- толкни — я с коня.
Только "не", только "ни" у меня.
И не хочу ни выяснять, ни изменять
И ни вязать и ни развязывать узлы.
Углы тупые можно и не огибать,
Ведь после острых — это не углы.
Любая нежность душу не разбередит,
И не внушит никто, и не разубедит.
А так как чужды всякой всячины мозги,
То ни предчувствия не жмут, ни сапоги.
На коне,- толкни — я с коня.
Только "не", только "ни" у меня.
Не ноют раны, да и шрамы не болят — На них наложены стерильные бинты!
И не волнуют, не свербят, не теребят
Ни мысли, ни вопросы, ни мечты.
Свободный ли, тугой ли пояс — мне-то что!
Я пули в лоб не удостоюсь — не за что.
Я весь прозрачный, как раскрытое окно,
Я неприметный, как льняное полотно.
На коне,- толкни — я с коня.
Только "не", только "ни" у меня.
Ни философский камень больше не ищу,
Ни корень жизни,- ведь уже нашли женьшень.
Не вдохновляюсь, не стремлюсь, не трепещу
И не надеюсь поразить мишень.
Устал бороться с притяжением земли — Лежу,- так больше расстоянье до петли.
И сердце дергается, словно не во мне,-
Пора туда, где только "ни" и только "не".
На коне,- толкни — я с коня.
Только "не", только "ни" у меня.
Меня трясёт от скуки и от водки...
В полях Вселенной звёзды зацвели...
Ночь безразмерна, как чёрные колготки
На пухлых ляжках матушки Земли.
Ночь, зацепись о гвоздь рассвета... тресни...
Или на завтра цвет прибереги...
Владимира Семёновича песни
Со скрипом выпрямляют мне мозги...
И я с трудом приподнимаю кости
В пустой и тесной комнате один,
Во мне сейчас от боли много злости,
Я в вас её бросаю, гражданин.
Ведь вы — Высоцкий, признанный народом,
А званиями он Вас не отличал,
Я ж пацаном ещё с себе подобным сбродом
Лишь ваши песни день и ночь мычал.
Вы ж посыпали ими, словно солью,
Глубокие овраги свежих ран,
Они остались слишком ясной болью
В избитых грешных душах каторжан.
Зачем с шутов Вы рвать вдруг стали маски,
Слепому пальцем тыкали в бельмо,
И из души так щедро брали краски,
Чтоб показать обычное дерьмо?
Под лавры пряча лысины и спины,
По миру шлялись лицемер и трус,
А Вы от первой песни до кончины,
Несли венец терновый, как Иисус.
Скажите мне, кому всё было надо?
Я ваше слово жрал, как свежий хлеб,
Теперь я голоден... Вас нет...
Осталась правда,
Запущенная в жизнь под ширпотреб.
Всегда богата темами помойка,
Проходит жизнь — и всё труднее ждать...
У нас была большая перестройка,
Где Вас посмертно стали награждать...
Смазлива жизнь и дьявольски спесива...
То розы — дрянь... То гады — хороши,
А мне для плоти не хватает пива,
И новой Вашей песни для души.
25 июля 1980 года умер В.С.Высоцкий
Фотографии этого печального события
Попробуй надави — так брызнет гноем,-
И страх мертвящий заглушаем воем — И те, что первые, и люди, что в хвосте.
И обязательные жертвоприношенья,
Отцами нашими воспетые не раз,
Печать поставили на наше поколенье — Лишили разума и памяти и глаз.
Он замолчал. Теперь он ваш, потомки.
Как говорится, «дальше – тишина».
…У века завтра лопнут перепонки –
Настолько оглушительна она.
Л.Филатов
...С тех пор все шалавы боятся меня — И это мне больно, ей-богу!
Поэтому я — не проходит и дня — Бью больно и долго,-
но всех не побьешь — вас ведь много...