А БЫЛ ЛИ ХОЛОКОСТ?

Из британской школьной программы изъяли упоминание о центральном персонаже национальной истории XX века — Уинстоне Черчилле. Точно такая же судьба постигла и других крупнейших деятелей прошедшего столетия – Иосифа Сталина, Адольфа Гитлера и Махатму Ганди. Согласно решению Министерства образования страны, с сентября 2008 года эти исторические фигуры больше не останутся в плане для обязательного изучения, и их может не оказаться в учебниках, рассчитанных на среднюю школу. Таким способом нынешнее британское правительство намеревается привести процесс обучения, как они полагают, в соответствие с задачами XXI века.
Факты:
Изъятие Уинстона Черчилля из школьной программы уже вызвало резко негативную реакцию британской прессы, консерваторов и всех тех, кто знает и ценит историю страны. Внук самого Черчилля, член британского парламента Николас Соамз (Nicholas Soames), назвал проводимую меру «безумием». Противники правительственной реформы указывают, что эта фигура неразрывно связана с наиболее славной страницей британской истории – победой во Второй мировой войне. Черчилль был непримиримым борцом против фашизма. Большинство граждан страны считают его самым великим британцем за всю историю.
Забвение центральных персонажей мировой истории XX века мотивируется правящим правительством лейбористов «высокими соображениями». Дескать, нужно «идти в ногу с XXI веком», уделять первостепенное внимание более актуальным вопросам как то глобальное потепление, борьба с наркотиками, отмена рабства и т. п. Однако в подобном подходе заложен и основательный ревизионистский потенциал, возможность пересмотра ряда ключевых событий истории и, в том числе, смыслообразующих концепций, создающих фундамент национального сознания и национальной традиции.
Конечно, причины данного решения британского правительства следует искать в политической ситуации. А она в последние годы все в большей степени демонстрировала тот факт, что Британия разрывается между Европой и США. Отказ от собственного национального проекта, направленность на все большую интеграцию с крупными внешними центрами силы – США и ЕС — ведет к тому, что Великобритания все меньше становится субъектом международных отношений, и все больше их объектом. Как известно, только субъект может обладать в полной мере развитым самосознанием, объект же склонен ассоциировать себя с другими. И всякому разумному человеку понятно, что объект не вправе принимать решения и теряет контроль над собственной судьбой – его развитие направляется из внешних центров. Но где гарантия для страны того, что эти внешние центры будут проводить политику в интересах именно британцев, могут ли они рассчитывать на то, что эти интересы не станут разменной монетой в игре глобальных сил?
К утрате собственного «я» для нации ведет торжество в образовании, политике и общественной сфере к безликой и беззубой политкорректности, основанной на неких абстрактных, глобально-общечеловеческих сюжетах и ценностях. Именно ее в настоящее время активно пытаются насадить в Европе хозяева «западного мира». На практике политкорректность, понимаемая в духе проамериканских правозащитных организаций, направлена на то, чтобы затруднить высказывание каких-либо интересов, политических и идеологических концепций, которые идут вразрез с точкой зрения «мирового гегемона». Она становится непреодолимым препятствием для реализации столь активно пропагандируемого западными «демократизаторами» принципа свободы слова. Парадокс, но в тех странах, где этот принцип родился, свободы слова становится все меньше и меньше. Чуть-чуть уклонился в сторону от доминирующего дискурса – и ты уже рискуешь. Там задел «черных», здесь «голубых», тут обидел бывшие колонии, там пренебрег мнением заокеанского «партнера» – в общем, простора для высказываний практически не остается. В такой ситуации фигуры вроде Черчилля или Генриха VIII (его тоже исключили из программы) оказываются «лишними» — они выламываются из глобально-политкорректного дискурса.
В результате открывается простор для размывания национального самосознания и национальных интересов. Причем этот процесс характерен не только для Великобритании, но и для многих других стран так называемой «старой Европы» — Франции, Германии и других. Это не говоря уже о Европе Восточной, где в большинстве стран национальной истории вообще как таковой не было (например, такие «нации» как эстонцы, латыши, словенцы, македонцы и прочие берут свое начало в XX веке). Это значит, что под хор политкорректных любезностей и заверений в стиле «диалог продолжается», «партнерство развивается», многие старые европейские нации деградируют, теряют свою субъектность.
Здесь и возникают поползновения к тому, чтобы заменить ключевых персонажей собственной истории и даже национальных героев на некие безликие политкорректные темы и фигуры. Темы эти, конечно, тоже важные и нужные, но едва ли они способны заменить фундамент мировоззрения, который задается изучением основны