Председатель государственной комиссии Александр Алексеевич Беляков – человек, построивший много гидроэлектростанций, в том числе и прославленный Днепрогэс, внимательно выслушивает донесения дежурных постов у гидротурбины. И хотя ему не раз доводилось присутствовать при оживлении агрегатов, все же к этому нельзя привыкнуть. Он заметно волнуется, произнося:
– Пуск разрешаю!
Треухов с дрожью разворачивал газету и, чувствуя отвращение к братьям-писателям, читал о своей особе бодрые строки:
«... Подымаюсь по стропилам. Ветер шумит в уши.
Наверху — он, этот невзрачный строитель нашей мощной трамвайной станции, этот худенький с виду, курносый человечек в затрапезной фуражке с молоточками.
Вспоминаю: «На берегу пустынных волн стоял он, дум великих полн»...
Подхожу. Ни единого ветерка. Стропила не шелохнутся.
Спрашиваю:
— Как выполняются задания?
Некрасивое лицо строителя, инженера Треухова, оживляется. Он пожимает мне руку. Он говорит:
— 70% задания уже выполнено...» Статья кончается так:
«Он жмет мне на прощанье руку... Позади меня гудят стропила.
Рабочие снуют там и сям.
Кто может забыть этих кипений рабочей стройки, этой неказистой фигуры нашего строителя?
Комментарии
– Пуск разрешаю!
Треухов с дрожью разворачивал газету и, чувствуя отвращение к братьям-писателям, читал о своей особе бодрые строки:
«... Подымаюсь по стропилам. Ветер шумит в уши.
Наверху — он, этот невзрачный строитель нашей мощной трамвайной станции, этот худенький с виду, курносый человечек в затрапезной фуражке с молоточками.
Вспоминаю: «На берегу пустынных волн стоял он, дум великих полн»...
Подхожу. Ни единого ветерка. Стропила не шелохнутся.
Спрашиваю:
— Как выполняются задания?
Некрасивое лицо строителя, инженера Треухова, оживляется. Он пожимает мне руку. Он говорит:
— 70% задания уже выполнено...» Статья кончается так:
«Он жмет мне на прощанье руку... Позади меня гудят стропила.
Рабочие снуют там и сям.
Кто может забыть этих кипений рабочей стройки, этой неказистой фигуры нашего строителя?
Маховик».
Ильф, Петров, 12 Стульев (с)