Атеистическое воспитание детей

Насчёт ТЫ, Смеагорл, страдающий разделением личности: "Колечко понравилось Смеагорлу, приятелю Деагорла, и Смеагорл, соблазнённый Кольцом, убил Деагорла. А после Смеагорл стал досаждать родственникам, шастая повсюду невидимым, воруя и подглядывая. Вскоре Смеагорла изгнали, и одинокий и никому не нужный он укрылся в Мглистых Горах, то и дело издавая противные звуки, за которые он и получил прозвище Голлум. Кольцо продлевало жизнь Голлума, а спустя века предало его и ушло к другому хозяину, оставив Смеагорла наедине с ненавистью к Бэггинсу и жаждой вернуть свою прелесть. Ему суждено было воссоединиться с ней на Горе Судьбы, чтобы тут же расстаться с жизнью" — мы на брудершафт не пили. Сегодня нет. И никогда ТРУПЕЦ, как выражается это непонятное существо, "нашшаааа преллеееесть".
Таинство Причастия установлено Самим Господом на тайной вечери — последней трапезе с учениками в пасхальную ночь перед Его взятием под стражу и распятием. «И когда они ели, Иисус взял хлеб и, благословив, преломил и, раздавая ученикам, сказал: приимите, ядите: сие есть Тело Мое. И, взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов» (Мф. 26, 26–28), «…сие творите в Мое воспоминание» (Лк. 22, 19). В Таинстве Плоти и Крови Господних (Евхаристии — греч. «благодарение») происходит восстановление того единства между природой Творца и творения, которое существовало до грехопадения; это наше возвращение к потерянному раю. Можно сказать, что в Причастии мы получаем как бы зародыши будущей жизни в Царствии Небесном. Мистическая тайна Евхаристии укоренена в Крестной Жертве Спасителя. Распяв Свою Плоть на кресте и пролив Свою Кровь, Богочеловек Иисус принес Жертву Любви за нас Творцу и восстановил падшую человеческую природу. Таким образом, причастие Тела и Крови Спасителя становится нашим участием в этом восстановлении. «Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ, и сущим во гробех живот даровав; и нам даровав живот вечный..»
Вкушение Плоти и Крови Христовых в Таинстве Евхаристии есть действие не символическое (как полагают протестанты), но вполне реальное. Не все могут вместить эту тайну.
«Иисус же сказал им: истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни.
Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день.
Ибо Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие.
Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем.
Как послал Меня живый Отец, и Я живу Отцем, так и ядущий Меня жить будет Мною.
Сей-то есть хлеб, сшедший с небес. Не так, как отцы ваши ели манну и умерли: ядущий хлеб сей жить будет вовек.
…………………………………………
Многие из учеников Его, слыша то, говорили: какие странные слова! кто может это слушать?
…………………………………………
С этого времени многие из учеников Его отошли от Него и уже не ходили с Ним» (Ин. 6, 53–58, 60, 66).
Рационалисты пытаются «обойти» тайну, низводя мистику к символу. Гордецы воспринимают недоступное их разуму как оскорбление: Лев Толстой кощунственно называл причастие «каннибализмом». Для иных это дикое суеверие, для кого-то анахронизм. Но чада Церкви Христовой знают, что в Таинстве Евхаристии они под видом хлеба и вина воистину причащаются Тела и Крови Христовых в Их сущности. Действительно, человеку не свойственно употреблять в пищу сырые плоть и кровь, и потому при Причащении Дары Христовы сокрыты под образом хлеба и вина. Тем не менее под внешней оболочкой тленной материи сокрыто нетленное вещество Божественной природы. Иногда, по особому соизволению, Господь приоткрывает сие покрывало тайны, и дает видеть сомневающимся подлинную природу Святых Даров.
И не надо перевирать и словоблудием заниматься. Прекрасно знаете сами, что говорите ерунду, как и многие здесь. Хотите узнать? Вперёд — кое-что объясняют здесь, а в основном в руках у Вас неисчерпаемый источник- инет. Если реплика ради того, чтобы просто гавкнуть — так собаки лают, а караван идёт, и от ваших неумных реплик абсолютно чего не поменяется.