Быстролетов (Толстой) Д. А. Семитомник "Пир бессмертных". Написано, как автобиография, тема лагерей описана так, что я, многое повидавший, чуть не заболел, читая. Вообще был удивительный человек, хотя о нем мало кто знает.
Меня в этой "эпопее" всегда одно удивляло — что же это за курорт ГУЛАГ. Пусть на меня не обижаются те, чьи родственники прошли через него. Меня удивляет сам Солженицин — бедненький просидел 10-ку в лагерях, потерял кучу здоровья и ......дожил до 90 лет. Не каждому выдается такое счастье дожить и до 70-и. А этот и в здравом уме. Так что вывод — был в оздоровительном лагере. Или прогинался там и опять же на отдыхе. Не читал его херни и читать не собираюсь.
Дед моей жены, 95 лет, работал в трудовом концлагере, а после освобождения его арестовали и сослали в один из сибирских лагерей, где он отсидел 15 лет. Будучи гражданином Венгрии, между прочим. Потом его выслали и он приехал в Израиль. 95 лет. Живой. Все дело в генетике.
Это смотря в какой стране. Даже с хорошими генами можно погибнуть от недокдания или употребления напичканных химией продуктов. А могут просто убить. В погроме, например.
У меня дед мотал 10-ку по доносу. Отсидел 6 (вышел в 53-м). Дожил до 90-то, в свой 90-ый день рождения еще выпил крепко. От здоровья зависит, и условий жизни.
Как писатель Солженицын слабенький, конечно. Если "Один день Денисыча" ещё как-то читается, то всё остальное, кроме Архипелага, читать труднее, чем Марселя Пруста. А "Архипелаг Гулаг" написан явно не им, а является коллективным творчеством писак из ЦРУ, и интересен только набором фактов, но факты-то выдуманные в большинстве своём.
Фантазия у вас зашкаливает. Только ничего человеческого в голове не осталось. Одни звериные инстинкты. Все по себе судите. Книги Солженицена — это документальная проза. Это не толстовские лощенные герои и не достоевские психопаты, которых мучаются в рамках 10 заповедей. Написал он все в СССР, так что не надо обижать КГБ, которая за ним следила и постоянно отнимала его архивы.Но были честные советские люди, которые помогали Солженицыну и верили, что это необходимо. Преступления перед народом со стороны преступной власти Сталина и его выкормышей не должны быть забыты. Потому как история повторяется. И вам, Иван, который yes, пришло время сказать no. Главное, не перетрудитесь на работе, здоровье не повредите в борьбе против ЦРУ, немецкой, японской разведками И МОСАДом. А то закончите, как товарищ Берия, который оказывается был шпионом и врагом советского народа.
Товарищ Берия был создателем атомного оружия СССР. И спасителем нации, в том числе всяких крысёнышей, которые поливают его светлую память. Ему ещё будут стоять памятники в центре Москвы. Как и самому популярному в истории России государственному деятелю Сталину (по данным всенародного опроса, между прочим).
Читал все три тома... этого "архуепилага". Ладно, врёт...Не соврёшь — красиво не расскажешь. Так ведь, падла, умудряется врать, а через две страницы врать совершенно обратное!! Например (не дословно, лень сейчас цитаты искать) — сидел в тюрьме, пока шло следствие, ни читать, ни кушать не давали. И через пару страниц — Ах, какая была библиотека при тюрьме!! Столько оттуда прочитано книг, библиотекарь книги даже по заказу доставляла арестантам. А помимо книг на столике шахматы, чайник...
Ты бы взял да запротоколировал, сделал пост, лично для меня это новость, я "Архипелаг" выборочно читал, тем более на такие нестыковки внимание не обращал.
Была одно время такая мысль. Только вот все эти нестыковки давно уже разобраны на запчасти и в интернете куча ссылок на эту тему... Гугль в помощь — google.ru
Комментарии
rutracker.org
Сосед, сидевший с 39го по 53й — ушел в 60
От погромов гены не спасают.
В погромах гены убивают.
Архипелаг ГУЛАГ. Т2. часть 3, глава 12. Стук-стук-стук
Ты сказал! Ты сказал, а бесу только и нужно одно словечко! И уже чистый
лист порхает передо мной на стол:
"Обязательство.
Я, имя рек, даю обязательство сообщать оперуполномоченному лагучастка о
готовящихся побегах заключЈнных..."
— Но мы говорили только о блатных!
— А кто же бегает кроме блатных?.. Да как я в официальной бумаге
напишу "блатных"? Это же жаргон. Понятно и так.
— Но так меняется весь смысл!
— Нет, я-таки вижу: вы — не наш человек, и с вами надо разговаривать
совсем иначе. И — не здесь.
О, какие страшные слова — "не здесь", когда вьюга за окном, когда ты
придурок и живЈшь в симпатичной комнате уродов! Где же это "не здесь?" В
Лефортово? И как это — "совсем иначе"? Да в конце концов ни одного побега в
лагере при мне не было, такая ж вероятность, как падение метеорита. А если и
будут побеги — какой дурак будет перед тем о них разговаривать? А значит, я
не узнаю. А значит, мне нечего будет и докладывать. В конце концов это
совсем неплохой выход... Только...
— Неужели нельзя обойтись без этой бумажки?
— Таков порядок.
Я вздыхаю. Я успокаиваю себя оговорочками и ставлю подпись о продаже
души. О продаже души для спасения тела. Окончено? Можно идти?
О, нет. Еще будет "о неразглашении". Но еще раньше, на этой же бумажке:
— Вам предстоит выбрать псевдоним.
Псевдоним?.. Ах, кличку! Да-да-да, ведь осведомители должны иметь
кличку! Боже мой, как я быстро скатился! Он-таки меня переиграл. Фигуры
сдвинуты, мат признан.
И вся фантазия покидает мою опустевшую голову. Я всегда могу находить
фамилии для десятка героев. Сейчас я не могу придумать никакой клички. Он
милосердно подсказывает мне:
— Ну, например, Ветров.
И я вывожу в конце обязательства — ВЕТРОВ. Эти шесть букв выкаляются в
моей памяти позорными трещинами.
Ведь я же хотел умереть с людьми! Я же гогов был умереть с людьми! Как
получилось, что я остался жить во псах?..
А уполномоченный прячет моЈ обязательство в сейф — это его выработка
за вечернюю смену, и любезно поясняет мне: сюда, в кабинет приходить не
надо, это навлечЈт подозрение. А надзиратель Сенин — доверенное лицо, и все
сообщения (доносы!) передавать незаметно через него.
Так ловят птичек. Начиная с коготка.
google.ru
Коган, Лазарь Иосифович до 9 июня 1932
Берман, Матвей Давыдович до 16 августа 1937
Плинер, Израиль Израилевич до 16 ноября 1938
Удар по Троцкому
Филаретов, Глеб Васильевич до 18 февраля 1939
Чернышёв, Василий Васильевич до 26 февраля 1941
Наседкин, Виктор Григорьевич до 2 сентября 1947
Добрынин, Георгий Прокопьевич до 31 января 1951
Долгих, Иван Ильич до 5 октября 1954
Егоров, Сергей Егорович до 4 апреля 1956