Я бы назвал это "Принудительный взгляд на в "Рашке всё плохо". Еслиб он тем же самым взглядом окинуп штаты... Но "оплот демократии" — является шаблоном хорошей жизни (это ничего, что оплот демократии имеет в среднем кредит 50 000$ на человека, включая грудных младенцев, по данным на 2012 год). В общем однобоко. Да и о сути происходящего на украине так и не сказал ничего. Видать там совсем всё плохо.
А мне вот интересно неинтересное — в ннм вдруг больше половины публикаций в новостях — всё про Украину? Присоединились к пропаганде? Стали "лицом" пропогандистской машины? Тут есть живые люди?
Прихожу к выводу, что после ухода Doc666 и передаче сайта новым рулевым, живых тут совсем не осталось! Старый "варезник" был информативнее и полезнее, чем это стадо баблокосов!
США сейчас не до Украины... Это они ещё по инерции дают денег и прочее... На самом деле ВСЕ обеспокоены выборами осенью в сенат США... почему обеспокоены спросите ??? Потому что только что потерпел поражение на выборах лидер республиканцев в сенате Эрик Кантор... И очень многих ожидает похожее... Как демократов, так и республиканцев... Кстати Эрик Кантор был как раз один из лидеров жёсткой политики в отношении к России по Украине и Сирии... так что сейчас очень многим политикам в США не до Украины....
Особенно живописную картину запечатлел замечательный писатель Александр Куприн, лечившийся в 1909 году в Финляндии: «Длинный стол был уставлен горячими кушаньями и холодными закусками. Все это было необычайно чисто, аппетитно и нарядно. Тут была свежая лососина, жареная форель, холодный ростбиф, какая-то дичь, маленькие, очень вкусные биточки и тому подобное. Каждый подходил, выбирал, что ему нравилось, закусывал, сколько ему хотелось, затем подходил к буфету и по собственной доброй воле платил за ужин ровно одну марку тридцать семь копеек. Никакого надзора, никакого недоверия. Наши русские сердца, так глубоко привыкшие к паспорту, участку, принудительному попечению старшего дворника, ко всеобщему мошенничеству и подозрительности, были совершенно подавлены этой широкой взаимной верой».
Увы, эти идиллические впечатления несколько затуманились, когда писатель вернулся в вагон, где его случайные попутчики оживленно обсуждали новинку, с которой они только что познакомились.
«Когда мы возвратились в вагон, — пишет Куприн, — то нас ждала прелестная картина в истинно русском жанре. Дело в том, что с нами ехали два подрядчика по каменным работам. Всем известен этот тип кулака из Мещовского уезда, Калужской губернии: широкая лоснящаяся скуластая красная морда, рыжие волосы, вьющиеся из-под картуза, реденькая бороденка, плутоватый взгляд, набожность на пятиалтынный, горячий патриотизм, и презрение ко всему нерусскому — словом, хорошо знакомое истинно русское лицо.
Надо было послушать, как они издевались над бедными финнами. «Вот дурачье, так дурачье. Ведь этакие болваны, черт их знает! Да ведь я, ежели подсчитать, на три рубля на семь гривен съел у них, у подлецов… Эх, сволочь! Мало их бьют, сукиных сынов. Одно слово — чухонцы». А другой подхватил, давясь от смеха: «А я… нарочно стакан кокнул, а потом взял в рыбину и плюнул». — «Так их и надо сволочей!, — подхватил его визави. — Распустили анафем! Их надо во как держать!».
С гневом и презрением цитируя эти вульгарные высказывания, автор «Гранатового браслета» тем не менее заключает: «И тем более приятно подтвердить, что в этой милой, широкой, полусвободной стране (имеется в виду Финляндия. — Прим. ред.), уже начинают понимать, что не вся Россия состоит из подрядчиков Мещовского уезда, Калужской губернии».
Комментарии
Увы, эти идиллические впечатления несколько затуманились, когда писатель вернулся в вагон, где его случайные попутчики оживленно обсуждали новинку, с которой они только что познакомились.
«Когда мы возвратились в вагон, — пишет Куприн, — то нас ждала прелестная картина в истинно русском жанре. Дело в том, что с нами ехали два подрядчика по каменным работам. Всем известен этот тип кулака из Мещовского уезда, Калужской губернии: широкая лоснящаяся скуластая красная морда, рыжие волосы, вьющиеся из-под картуза, реденькая бороденка, плутоватый взгляд, набожность на пятиалтынный, горячий патриотизм, и презрение ко всему нерусскому — словом, хорошо знакомое истинно русское лицо.
Надо было послушать, как они издевались над бедными финнами. «Вот дурачье, так дурачье. Ведь этакие болваны, черт их знает! Да ведь я, ежели подсчитать, на три рубля на семь гривен съел у них, у подлецов… Эх, сволочь! Мало их бьют, сукиных сынов. Одно слово — чухонцы». А другой подхватил, давясь от смеха: «А я… нарочно стакан кокнул, а потом взял в рыбину и плюнул». — «Так их и надо сволочей!, — подхватил его визави. — Распустили анафем! Их надо во как держать!».
С гневом и презрением цитируя эти вульгарные высказывания, автор «Гранатового браслета» тем не менее заключает: «И тем более приятно подтвердить, что в этой милой, широкой, полусвободной стране (имеется в виду Финляндия. — Прим. ред.), уже начинают понимать, что не вся Россия состоит из подрядчиков Мещовского уезда, Калужской губернии».