На этом мероприятии должен был присутствовать заместитель Наркома тяжелой промышленности П.И. Баранов, но в назначенное время он на аэродром не приехал, и летчик Снегирев (на правом кресле находился К.А. Калинин) ушел в полет без высокопоставленного свидетеля.

В тот день К-7 преподнес своим создателям еще один «сюрприз». Члены государственной комиссии, сопровождавшие самолет на разбеге, из автомобиля увидели, как один из серворулей глубины стал болтаться, раскачивая главный руль, но ни сообщить об этом экипажу, ни тем более прервать разбег они не могли.

С огромным трудом Снегиреву и Калинину удалось благополучно завершить 14-минутный полет с посадкой на заводском аэродроме. После осмотра проводки управления выяснилось, что трос, соединявший колонку штурвала с серворулем, толщиной 30 мм, сплетенный из 15 стальных нитей и способный выдержать нагрузку в 1000 кг, оборвался. Причем большая часть стальных нитей была надрезана кусачками, но следователи ГПУ Харьковской области не усмотрели в этом факта диверсии. Складывается впечатление, что кто-то хотел похоронить самолет на глазах Баранова. Да и самому Баранову, если можно так выразиться, покровителю К-7, жить оставалось недолго, он погиб 5 сентября в авиационной катастрофе.

Это было время, когда К-7 был единственным реальным конкурентом сначала шестимоторному бомбардировщику АНТ-16 (ТБ-4), а затем — восьмидвигательному АНТ-20. К-7 стал новым словом в авиации, и в адрес конструктора пришло много поздравлений, в том числе и от И.И. Сикорского — автора первого в мире многомоторного самолета-гиганта «Русский витязь».

Доводка К-7 затянулась, и лишь в полете 21 октября удалось сделать заключение о нормальной работе системы управления самолетом. Сразу же после ноябрьских праздников возобновили летные испытания — и снова «сюрприз». На это раз при заходе на посадку стабилизатор не удалось установить в посадочное положение, а отклонения руля глубины было недостаточно для увеличения угла атаки до посадочного. После нескольких неудачных заходов решили садиться парашютируя, выключив в последний момент двигатели. По большому счеты это было не парашютирование, которому свойственно гашение скорости до минимальной, а удар о землю с высокой не только вертикальной (с десятиметровой высоты), но и горизонтальной скоростью. Тем не менее, шасси с пневматиками низкого давления, да и планер это непредвиденное испытание выдержали.

Расследование случившегося, проведенное сразу же после полета, показало, что его причиной стал болт, не случайно забытый рабочим, а туго забитый в цепь подъемного механизма стабилизатора. Однако и на этот раз следователи областного управления ГПУ не усмотрели факта диверсии.
http://alternathistory.org.ua/tragediya-konstruktora-kalinina-i-ego-bombardirovshchika-k-7

Неизвестный владыка небес

Комментарии