За три года до этого он потерял жену-старуху, загрустил и вдруг хватился: «Для кого же трудился, хлопотал, жульничал, копил, когда некому и наследства оставить?»
Скупой и жадный, он вскакивал среди ночи и, прислушиваясь, как хорек на охоте, подходил к окованному сундуку. Он раскрывал замки со звоном, долго рылся в радужных «катеринках», алчно разглядывал и пересчитывал их, в сотый раз спрашивал себя: «Кто же, кто же зацапает мое добро?»
Только сейчас он понял, что бессмысленно пролетела его жизнь. Алчность и страх смерти туманили его сознание. Обрюзглый, желтый, с безумными глазами, в одном белье, со свечой в руке, он лунатиком ходил по своей квартирке и все думал и думал, куда девать свое богатство, чтобы не досталось другим.
— Мое оно, мое! Я грехи за него принял на душу! — шептал он бескровными губами.
Старик заметно оскудел духом. По глазам все угадывали, что становился он безумцем.
Однажды Павел Данилович долго не выходил из своей квартиры. Слуги не могли достучаться, взломали дверь по повелению Авроры Карловны, и что же увидели?
За столом в спаленке сидел застывший старик с откинутой головой, с расширенными от ужаса глазами. Перед ним стояла тарелка, жбан сметаны, а рядом лежала пачка сотенных ассигнаций. К блюду прилипли измазанные, подобно масленичным блинам, радужные «катеньки», а одна из ассигнаций, густо политая сметаной, торчала из раскрытого рта Данилова.
«Обожрался ассигнациями, скупец! Хотел на тот свет унести!» — подумали слуги и со страхом оглянулись на госпожу.
Аврора Карловна с брезгливостью посмотрела на покойника и холодно сказала:
А это тут при чем? ОН официальный человек, это официальная резиденция. Она что личная? И спешу тебя огорчить 70% мебели "под Италию" делали наши люди. Я лчино знаком с человекм который это делал. Увы непринято у нас рассказывать про отечественных матеров. С точки зрения спеца похаблей качества чем у итальянцев я не встречал. Смотреть можно только издали. А так все делают наши великолепно. И шпом и массив и тиснение и тонировка. Все. Качество лучше, это 100%. Со времен петра стало модно хорошие вещи под "иностранщиной" торговать. Увы... Петенька и его потомки нагадили изрядно. Так что нормальная официальная резиденция официального лица. А что должен был быть сборно-щитовой домик?))) Мдя... Свсем вы человеки с головой не того. Сталин так же жил на даче. По тем временам охрененной. Но... в одной двух комнатах. Статус, слышал что ль? Или не?)))
Что-то стали бочку катить на Якунина, наверно рейтинг у кого-то обмяк... Придётся наверное Якунину отсидеть недели три под домашним арестом... А там, когда рейтинг опять набухнет, пойдёт он работать... Куда? В РосНано например...
Комментарии
Холопы в поле?
Остается надеяться, что из "строительства" со временем получится отличный санаторий для оздоровления трудящихся, заплативших за него.
Нужно будет моделькину сказать чтобы этот мраморный склеп включил в обзор новых производств.
Особенно радует, что человек в Б-га верит..
Богобоязненный...
За три года до этого он потерял жену-старуху, загрустил и вдруг хватился: «Для кого же трудился, хлопотал, жульничал, копил, когда некому и наследства оставить?»
Скупой и жадный, он вскакивал среди ночи и, прислушиваясь, как хорек на охоте, подходил к окованному сундуку. Он раскрывал замки со звоном, долго рылся в радужных «катеринках», алчно разглядывал и пересчитывал их, в сотый раз спрашивал себя: «Кто же, кто же зацапает мое добро?»
Только сейчас он понял, что бессмысленно пролетела его жизнь. Алчность и страх смерти туманили его сознание. Обрюзглый, желтый, с безумными глазами, в одном белье, со свечой в руке, он лунатиком ходил по своей квартирке и все думал и думал, куда девать свое богатство, чтобы не досталось другим.
— Мое оно, мое! Я грехи за него принял на душу! — шептал он бескровными губами.
Старик заметно оскудел духом. По глазам все угадывали, что становился он безумцем.
Однажды Павел Данилович долго не выходил из своей квартиры. Слуги не могли достучаться, взломали дверь по повелению Авроры Карловны, и что же увидели?
За столом в спаленке сидел застывший старик с откинутой головой, с расширенными от ужаса глазами. Перед ним стояла тарелка, жбан сметаны, а рядом лежала пачка сотенных ассигнаций. К блюду прилипли измазанные, подобно масленичным блинам, радужные «катеньки», а одна из ассигнаций, густо политая сметаной, торчала из раскрытого рта Данилова.
«Обожрался ассигнациями, скупец! Хотел на тот свет унести!» — подумали слуги и со страхом оглянулись на госпожу.
Аврора Карловна с брезгливостью посмотрела на покойника и холодно сказала:
— Посмотрите, какая бесцельная скупость!
Отвернулась и предложила дворецкому:
— Добро Данилова немедленно опечатать!..
============================================
Желаю чтобы.
Тут дело принципа: "мне чужого не надо но своё я возьму чьё бы оно ни было".