Животные были напуганы до предела. Им казалось, что Сноуболл стал чем-то вроде духа, незримо пребывающего на ферме и призывающего на их головы все беды мира. Вечером Визгун созвал их и, не скрывая тревожного выражения, сообщил, что у него есть серьезные новости.
– Товарищи! – Нервно дергаясь, вскричал он. – Вскрылись ужасные вещи. Сноуболл продался Фредерику из Пинчфилда, который составляет зловещий заговор с целью обрушиться на нас и отнять нашу ферму! При нападении Сноуболл будет служить ему проводником. Но это еще не все. Открылись более ужасные вещи. Мы считали, что причиной изгнания Сноуболла были его тщеславие и самомнение. Но мы ошиблись, товарищи. Знаете ли вы, в чем было дело? С самого начала Сноуболл был на стороне Джонса! Все это время он был его тайным агентом. Это неопровержимо доказано документами, которые он не успел скрыть, и которые мы только что обнаружили. Я считаю, что теперь многое стало ясно, товарищи. Разве мы не помним, как он пытался – к счастью, безуспешно – помешать нашей победе в битве у коровника?
Животные оцепенели. Разрушение мельницы можно было объяснить непомерной злобой Сноуболла. Но лишь через несколько минут они смогли воспринять сказанное. Все они помнили, или думали, что помнят, как Сноуболл вел их за собой в битве у коровника, как он руководил ими и ободрял их в сражении, как даже пуля из револьвера Джонса ни на секунду не заставила его остановиться. На первых порах им было трудно понять, как все это могло согласовываться с тем, что Сноуболл был на стороне Джонса. Даже Боксер, который редко задавал вопросы, был изумлен. Он лег, подогнув передние ноги, закрыл глаза и принялся с трудом приводить в порядок свои мысли.
– Я в это не верю, – сказал он. – Сноуболл храбро дрался в битве у коровника. Я сам его видел. И разве мы сразу же не вручили ему «Животное – герой первого класса»?
– Это была наша ошибка, товарищи. Потому что теперь мы знаем – и все это черным по белому написано в найденных нами секретных документах
– что на самом деле он старался заманить нас в ловушку.
– Но он был ранен, – сказал Боксер. – Мы все видели, как текла кровь.
– Все это было подстроено! – Закричал Визгун. – Джонс стрелял в него понарошке. Я мог бы показать вам, как он писал об этом, если бы вы умели читать. Заговор заключался в том, что в критический момент Сноуболл должен был дать сигнал к отступлению, и поле битвы осталось бы за неприятелем. И он был очень близок к успеху – я даже скажу, товарищи, что он мог бы выиграть, если бы не наш героический вождь, товарищ Наполеон. Разве вы не помните, как в этот самый момент, когда Джонс и его люди ворвались во двор, Сноуболл внезапно повернулся и кинулся в бегство, увлекая за собой остальных? И разве вы не помните, как в эту минуту, когда паника захватила всех и все уже, казалось, было потеряно, – товарищ Наполеон вырвался вперед и с криком «Смерть человечеству!» Вонзил зубы в ногу Джонса? Конечно, вы помните это, товарищи! – Воскликнул Визгун, кидаясь из стороны в сторону.
После того, как Визгун столь отчетливо описал эту сцену, многим животным стало казаться, что они в самом деле помнят ее. Во всяком случае, они помнили, что в критический момент сражения Сноуболл действительно кинулся в бегство. Но Боксер все еще несколько сомневался.
– Я не верю, что Сноуболл с самого начала предавал нас, – сказал он наконец. – Другой вопрос, кем он стал потом. Но в битве у коровника он был надежным товарищем.
– Наш вождь, товарищ Наполеон, – очень медленно и твердо произнося слова, объявил Визгун, – категорически утверждает – категорически, товарищи, – что Сноуболл был агентом Джонса с самого начала – да, именно так, и еще задолго до того, как было задумано восстание.
– Ну, тогда это другое дело! – Сказал Боксер. – Если это сказал товарищ Наполеон, значит, так оно и есть.
– Это чистая правда, товарищи! – Снова закричал Визгун, остановив на Боксере мрачный взгляд своих маленьких бегающих глазок. Собравшись, он остановился и внушительно сказал: «Я призываю всех обитателей фермы держать глаза и уши широко раскрытыми. Потому что у нас есть все основания считать, что даже в настоящий момент между нами шныряют агенты Сноуболла!»
Тихая жизнь на Ферме пришла к концу. Лисы и Свиньи бросились экспортировать сено и привозить человеческие продукты – японские телевизоры, французские духи и тряпки. Сено стало редким продуктом, и Лошади и Коровы проводили все свои дни в очередях за сеном со своими несчастными талонами в зубах. Они перестали работать, потому что очереди отнимали все время, да и презрение к работающим животным стало новой модой.
Когда сена стало мало, Лисы заметили, что можно прекрасно зарабатывать просто продажей сена за большее число талонов. И так все были довольны: большая часть сена уходила "за бугор", принося предметы роскоши Лисам и Свиньям, но и остатки приносили еще больше власти и талонов Свиньям и Лисам. Лошади и Коровы довольны не были, но их язык все равно никто не понимал и они не могли так красноречиво оплакать свои печали, как представители правящих классов.
Стинки и его друзьям противостояла лишь слабая оппозиция, состоявшая из старомодных Свиней, которые считали, что Животных нужно кормить, даже за счет видео и духов для Лис (им было наплевать на Лис, этим старорежимным Свиньям). Их поддерживал эзотерический Союз Коней — небольшая группа интеллигентных Лошадей, которые пытались напомнить своим собратьям, что за пределами Фермы есть не только выставки, но и бойни. Но они не могли остановить Стинки: он становился сильнее и сильнее. Ведь за ним стояла финансовая мощь Джеймисона Джонсона III и энтузиазм Лис и Свиней.
Вскоре Стинки представился случай отделаться от Псов. Хоть эти Звери зажирели от бездействия, их острые зубы могли в решающий момент изменить течение конфликта. На отдаленном участке Фермы всбесился Бык и успел ранить несколько Коров и Лошадей, когда на него насели Псы и загрызли. ТВ Джонсона сообщило об этом инциденте, не щадя красок: кровожадные Псы набросились на Быков, Коров и Телят и затравили и растерзали десятки Животных. Тело мертвого Быка не сходило с экранов, лучшие Лисы-поэты сочиняли элегии и полные гнева и мести песни об убиенных телятах. Голова Быка была доставлена на главную усадьбу Фермы и стала объектом массового поклонения. Cклонные к искусству Звери пробудились к жизни: до этого им приходилось лишь описывать подвиги трудовых Лошадей, но сейчас наступило время бороться пером и кистью за собственное дело. Енот Генри поставил пьесу "Сердце Пса": ее герой Пес был кровожаден (грыз Котов) и требовал у Лис поделиться с ним жильем и жратвой. Спектакль имел бешеный успех у Лис и Свиней, которые и раньше недолюбливали сторонников дележки и равенства. С тех пор на все разговоры о неравенстве Свиньи и Лисы отвечали говорившему: "У тебя сердце Пса!" и тот смолкал.
А чтобы Лошади и Коровы и вовсе рта не раскрывали, Макс нанял известного Лиса Станислава и тот немедленно снял фильм о бесконечных очередях за сеном и о горькой судьбе простых скотов. Но все эти беды показывались под рефрен известных слов Отцов-Основателей: "Каждая корова может и должна научиться править Фермой". Коровы и Лошади традиционно входили в Правление Фермы, где их роль сводилась к одобрению решений Совета Свиней. Неважно, что с революции и по сю пору Коровы и Лошади никогда не правили Фермой — сейчас на них возложили вину на все неурядицы и отсутствие сена. "Мы живем так ужасно именно потому, что уже семьдесят лет нами правят Коровы", — провозгласил Лис Станислав. — "Дело Коров — давать молоко, а не управлять фермой. Фермой могут управлять только специально подготовленные Люди, или, на худой конец, Лисы." Фильм Станислава так повлиял на слабые умы Скотов, что все Коровы и Лошади были выведены из Правления. Псы были удалены оттуда еще после истории с бешеным Быком, или "страшной резни телят", как ее называли Лисы.
В это время старый Джонсон объявил Конкурс Гласности: на лучшее произведение искусства или журнализма, разоблачающее прошлое и настоящее Фермы и утверждающее божественное право Людей распоряжаться Животными. Среди призов были десятки видеомагнитофонов и импортное сено в элегантной упаковке. Стинки лично благословил Конкурс. За пару недель все белые и черные пятна в истории Фермы были вскрыты и описаны подробнейшим образом.
Тут ворота Белого Дома распахнулись и оттуда выступила свора полицейских Догов. Животные свистели и мычали: со времени Великой победы Тафа над Псами они не боялись Собак. Это было ошибкой: на этот раз не старые беззубые твари, но сильные и злобные Звери бросились на толпу.
Таф снова победил, но недовольство росло. Даже моя старая знакомая Линда усомнилась в правильности выбора, когда ее друзья исчезли в черных грузовиках, а ей самой пришлось стоять днями за Безвозмездной Помощью.
В этот трудный момент Лис Макс снова нашел выход: он поехал к старому Джемисону Джонсону и вернулся с договором: "Отныне Ферма Животных будет принадлежать м-ру Джонсону и будет именоваться "Новая Ферма". М-р Джонсон обеспечит Животных сеном. Он сможет брать Животных по своему выбору и для своих целей. М-р Таф остается Боссом и управляющим Фермы".
Договор был подписан, и таким образом бурная история Фермы Животных пришла к концу. Новые Человеческие хозяева были вынуждены послать многих Коров и Лошадей на бойню, потому что они все равно не умели работать, а такого количества торговцев сеном на Ферме не требовалось. Некоторые Животные были перевезены на Центральную Усадьбу Ранчо и удостоились завидной участи племенных производителей. Отборные Псы были брошены на подавление восстаний животных в разных местах графства. Вскоре м-р Джонсон сделал ферму еще более продуктивной: он закрыл дальние филиалы и пустил всех грамотных Свиней на отбивные. Лисы были приобретены оптом компанией "Манто", а Телевидение Джонсона закрылось, чтобы не сеяло ложных иллюзий у Скотов.
С омерзением я покинул проклятое место. В поезде в вагоне-ресторане я встретил Лиса Макса и Борова Тафа: они ехали во Флориду".
Собственно я написал к тому, что всегда находится оратор, который начинает утверждать, что "все было не так", хотя живы еще те, при ком это все происходило. Причем получается, как правило убедить. Так было при Сталине, так и сейчас, в том числе в этой статье.
У нас в области есть целый район — переселенные немцы (не военнопленные), деревни этонцев, латышей, украинцев и т.д. Сами наверно приехали — сибирь осваивать ....
Конечно — "ахуенный край". Летом + 40, зимой -40. Степь, болота, мошка. Лето в лучшем случае 3 месяца стоит (все в зависимости от месторасположения). То то народ в последние 20 лет" активно" пытается из европы сюда в сибирь ехать. Кроме как китайцам — наш край не сильно кому нравится.
ну так в к началу Второй Мировой в оМериГге ВСЕХ немцев и итальянцев отправили по лагерям, невзирая на гражданство и даже родственников, воевавших в армии штатов, а после еще и японцев до самого 45-го загналив ЛАГЕРЯ... но это почему то не вспоминают!
Все забыли про баранов : обсуждаются действия сталина а не америки по отношению к своим гражданам. И факты таковы — что их против своей воли, по национальному признаку, ПРИНУДИТЕЛЬНО выслали с мест своего проживания к черту на кулички.
высылались ПОТЕНЦИАЛЬНЫЕ пособники врага, как в омериГе так и в СССР! про то, что среди "русских немцев". латышей и прочих прибалтов живших общинами была куча шпионов уже даже не скрывают их внуки и бывшие спонсоры...
кстати к пиздежу про "злого Сталина" якобы поселившего прибалтов в Сибири — В Сибири католики стали появляться с конца XVII в. Большая часть их прибывала не по своей воле — в качестве ссыльных жители польско-литовских земель, участники восстаний за суверенитет Польши и Литвы, восстания Тадеуша Костюшки (1795 год), ноябрьского восстания (1830 год), восстания крестьян под руководством священника Петра Сцегенного, восстания 1863-1864 годов и других; пленные первой мировой войны; в сталинский период — репрессированные поляки, украинцы, белоруссы, литовцы, латыши и немцы Поволжья.
Были католики, приезжавшие в Сибирь в поисках заработка: купцы, старатели. Большой прилив католиков вызвало строительство Транссибирской магистрали, создавшее много рабочих мест. Аграрная реформа Столыпина вызвала переселение больших масс людей с Запада, где было много населения и мало земли.
В 1806 году в Сибирь прибыли миссионеры монашеского ордена доминиканцев, в 1808 году они добились официального признания своего присутствия, и по Высочайше утвержденному штату для Иркутской и Томской губернии было назначено содержание за счет казны трех римско-католических священников. Через три года по специальному приглашению сибирского генерал-губернатора Пестеля, в Сибирь были вызваны монахи ордена иезуитов. Преемник Пестеля, генерал-губернатор Лавинский писал об этом так: "Вызывая в Сибирь монахов иезуитского ордена, он (Пестель) надеялся, что иезуиты будут там полезны для воспитания юношества, а также в политических сношениях с Китаем, где сей орден имеет своих миссионеров; почему испросил, чтобы число римско-католических священников было увеличено. Таким образом, в 1811 году назначено в Сибирь вместо трех шесть римско-католических священников иезуитского ордена, коим дозволено иметь постоянное пребывание в городах Иркутске и Томске". В Иркутске они появились в 1812 году. Настоятелем миссии был отец Марцелий Каменьский, с ним прибыли отец Винцентий Лашкевич, отец Тадеуш Потовский и монах Тадеуш Дроздовский. В 1814 году из Иркутска для организации миссии в Томске уехали священники во главе с отцом Каменьским и настоятелем иркутского прихода стал отец Лашкевич.
В 1814 году на территории иркутской миссии насчитывалось 1226 католиков, в 1815 году их численность сократилась до 972, а к 1819 году вновь увеличилась и составила 1265 человек.
По прибытии в Иркутск отцы-иезуиты построили маленькую деревянную часовенку и начали серьезную пастырьскую работу. Один священник всегда находился в Иркутске, остальные разъезжали по губернии, посещая католиков в местах их прибывания.
Оказывается Сталин их еще в 18 веке туда выселял:)
Вопрос то не в том по каким причинам высылались — а про факт — высылались ! Был такой факт ? Да был ! Ну а что тогда разводить и показывать на америку. Другой вопрос — в оценке.
Обязательно раскрою глаза жителям своей области на достоинства , которые мы не замечали. По поводу "И все правильно, оправданно и обосновано" — попробуйте это применить к себе, когда какой либо дядя решит вас пересилить к примеру из своего 5 комнатного дома с садом, огородом и хозяйством — в барак в вечную мерзлоту. И скажет — так надо !
опять пиздежь — просто те края имели СТРАТЕГИЧЕСКОЕ значение, туда перевозили производства, а потому оставлять ПОТЕНЦИАЛЬНЫХ диверсантов было бы глупо! а "пятикомнатный дом с садом" в те времена мог позволить себе только ВОР,
Моего прадеда репресировали, потому как разнарядка пришла — двух кулаков арестовать. Прадед так и не вернулся. У жены тетку посадили во время войны. Она конверты для писем клеила и продавала, что бы детей кормить. Посадили за частное предпринимательство.
В селе — паспорта забирали, налог на деревья и скот. За год работы в колхозе выдали 3 мешка пшеницы. В селе был установлен абсолютный рабовладельческий строй. С утра ходили по домам и выгоняли на колхозные поля работать. Денег при этом не платили вообще. И закон "три колоска" хорошо прошелся по селу. Что бы с голоду не умереть, ели все что не ядовито. Бесплатно только 7 лет школы. Остальные 3 года — платные. И еще много чего можно вспомнить о том веремени. Не дай бог такому повториться.
Мне бабушка рассказывала что были случаи с доносами и моего прадеда тоже отправили по этапу председатель так как с другом построил мельницу но бабушка поехала на прем и попала к Калинину (не то что сейчас попробуй попади так сразу к премьеру к слову говоря)и тот отправил домой и сказал разберемся и его выпустили так что в то время многие друг на друга писали и потом в лагеря а с военными видно тоже было подсиживали многие друг друга.
Вот, кстати, про пострадавшего от сталинского режима Даниила Хармса:
Началась война. Несмотря на то, что Хармс, 35-летний здоровый мужик находится в тылу, кровавое НКВД не стремится отправить его на фронт, чтобы там уничтожить Поэта.
Но 23 августа 1941 года терпение органов заканчивается. Хармс арестован за пораженческие настроения. В частности, Хармсу вменялись в вину его слова «Советский Союз проиграл войну в первый же день, Ленинград теперь либо будет осажден и мы умрем голодной смертью, либо разбомбят, не оставив камня на камне… Весь пролетариат необходимо уничтожить, а если мне дадут мобилизационный листок, я дам в морду командиру, пусть меня расстреляют; но форму я не одену, и в советских войсках служить не буду, не желаю быть таким дерьмом». Также Хармс утверждал, что город заминирован, а на фронт посылают безоружных солдат.
Чтобы избежать расстрела, Поэт симулировал сумасшествие и кровавый военный трибунал определил «по тяжести совершённого преступления» содержать Хармса в психиатрической больнице. Умер во время блокады Ленинграда, в наиболее тяжёлый по количеству голодных смертей месяц, в отделении психиатрии больницы тюрьмы «Кресты».
Комментарии
– Товарищи! – Нервно дергаясь, вскричал он. – Вскрылись ужасные вещи. Сноуболл продался Фредерику из Пинчфилда, который составляет зловещий заговор с целью обрушиться на нас и отнять нашу ферму! При нападении Сноуболл будет служить ему проводником. Но это еще не все. Открылись более ужасные вещи. Мы считали, что причиной изгнания Сноуболла были его тщеславие и самомнение. Но мы ошиблись, товарищи. Знаете ли вы, в чем было дело? С самого начала Сноуболл был на стороне Джонса! Все это время он был его тайным агентом. Это неопровержимо доказано документами, которые он не успел скрыть, и которые мы только что обнаружили. Я считаю, что теперь многое стало ясно, товарищи. Разве мы не помним, как он пытался – к счастью, безуспешно – помешать нашей победе в битве у коровника?
Животные оцепенели. Разрушение мельницы можно было объяснить непомерной злобой Сноуболла. Но лишь через несколько минут они смогли воспринять сказанное. Все они помнили, или думали, что помнят, как Сноуболл вел их за собой в битве у коровника, как он руководил ими и ободрял их в сражении, как даже пуля из револьвера Джонса ни на секунду не заставила его остановиться. На первых порах им было трудно понять, как все это могло согласовываться с тем, что Сноуболл был на стороне Джонса. Даже Боксер, который редко задавал вопросы, был изумлен. Он лег, подогнув передние ноги, закрыл глаза и принялся с трудом приводить в порядок свои мысли.
– Я в это не верю, – сказал он. – Сноуболл храбро дрался в битве у коровника. Я сам его видел. И разве мы сразу же не вручили ему «Животное – герой первого класса»?
– Это была наша ошибка, товарищи. Потому что теперь мы знаем – и все это черным по белому написано в найденных нами секретных документах
– что на самом деле он старался заманить нас в ловушку.
– Но он был ранен, – сказал Боксер. – Мы все видели, как текла кровь.
– Все это было подстроено! – Закричал Визгун. – Джонс стрелял в него понарошке. Я мог бы показать вам, как он писал об этом, если бы вы умели читать. Заговор заключался в том, что в критический момент Сноуболл должен был дать сигнал к отступлению, и поле битвы осталось бы за неприятелем. И он был очень близок к успеху – я даже скажу, товарищи, что он мог бы выиграть, если бы не наш героический вождь, товарищ Наполеон. Разве вы не помните, как в этот самый момент, когда Джонс и его люди ворвались во двор, Сноуболл внезапно повернулся и кинулся в бегство, увлекая за собой остальных? И разве вы не помните, как в эту минуту, когда паника захватила всех и все уже, казалось, было потеряно, – товарищ Наполеон вырвался вперед и с криком «Смерть человечеству!» Вонзил зубы в ногу Джонса? Конечно, вы помните это, товарищи! – Воскликнул Визгун, кидаясь из стороны в сторону.
После того, как Визгун столь отчетливо описал эту сцену, многим животным стало казаться, что они в самом деле помнят ее. Во всяком случае, они помнили, что в критический момент сражения Сноуболл действительно кинулся в бегство. Но Боксер все еще несколько сомневался.
– Я не верю, что Сноуболл с самого начала предавал нас, – сказал он наконец. – Другой вопрос, кем он стал потом. Но в битве у коровника он был надежным товарищем.
– Наш вождь, товарищ Наполеон, – очень медленно и твердо произнося слова, объявил Визгун, – категорически утверждает – категорически, товарищи, – что Сноуболл был агентом Джонса с самого начала – да, именно так, и еще задолго до того, как было задумано восстание.
– Ну, тогда это другое дело! – Сказал Боксер. – Если это сказал товарищ Наполеон, значит, так оно и есть.
– Это чистая правда, товарищи! – Снова закричал Визгун, остановив на Боксере мрачный взгляд своих маленьких бегающих глазок. Собравшись, он остановился и внушительно сказал: «Я призываю всех обитателей фермы держать глаза и уши широко раскрытыми. Потому что у нас есть все основания считать, что даже в настоящий момент между нами шныряют агенты Сноуболла!»
© Д. Оруэлл. Скотный двор
Когда сена стало мало, Лисы заметили, что можно прекрасно зарабатывать просто продажей сена за большее число талонов. И так все были довольны: большая часть сена уходила "за бугор", принося предметы роскоши Лисам и Свиньям, но и остатки приносили еще больше власти и талонов Свиньям и Лисам. Лошади и Коровы довольны не были, но их язык все равно никто не понимал и они не могли так красноречиво оплакать свои печали, как представители правящих классов.
Стинки и его друзьям противостояла лишь слабая оппозиция, состоявшая из старомодных Свиней, которые считали, что Животных нужно кормить, даже за счет видео и духов для Лис (им было наплевать на Лис, этим старорежимным Свиньям). Их поддерживал эзотерический Союз Коней — небольшая группа интеллигентных Лошадей, которые пытались напомнить своим собратьям, что за пределами Фермы есть не только выставки, но и бойни. Но они не могли остановить Стинки: он становился сильнее и сильнее. Ведь за ним стояла финансовая мощь Джеймисона Джонсона III и энтузиазм Лис и Свиней.
Вскоре Стинки представился случай отделаться от Псов. Хоть эти Звери зажирели от бездействия, их острые зубы могли в решающий момент изменить течение конфликта. На отдаленном участке Фермы всбесился Бык и успел ранить несколько Коров и Лошадей, когда на него насели Псы и загрызли. ТВ Джонсона сообщило об этом инциденте, не щадя красок: кровожадные Псы набросились на Быков, Коров и Телят и затравили и растерзали десятки Животных. Тело мертвого Быка не сходило с экранов, лучшие Лисы-поэты сочиняли элегии и полные гнева и мести песни об убиенных телятах. Голова Быка была доставлена на главную усадьбу Фермы и стала объектом массового поклонения. Cклонные к искусству Звери пробудились к жизни: до этого им приходилось лишь описывать подвиги трудовых Лошадей, но сейчас наступило время бороться пером и кистью за собственное дело. Енот Генри поставил пьесу "Сердце Пса": ее герой Пес был кровожаден (грыз Котов) и требовал у Лис поделиться с ним жильем и жратвой. Спектакль имел бешеный успех у Лис и Свиней, которые и раньше недолюбливали сторонников дележки и равенства. С тех пор на все разговоры о неравенстве Свиньи и Лисы отвечали говорившему: "У тебя сердце Пса!" и тот смолкал.
А чтобы Лошади и Коровы и вовсе рта не раскрывали, Макс нанял известного Лиса Станислава и тот немедленно снял фильм о бесконечных очередях за сеном и о горькой судьбе простых скотов. Но все эти беды показывались под рефрен известных слов Отцов-Основателей: "Каждая корова может и должна научиться править Фермой". Коровы и Лошади традиционно входили в Правление Фермы, где их роль сводилась к одобрению решений Совета Свиней. Неважно, что с революции и по сю пору Коровы и Лошади никогда не правили Фермой — сейчас на них возложили вину на все неурядицы и отсутствие сена. "Мы живем так ужасно именно потому, что уже семьдесят лет нами правят Коровы", — провозгласил Лис Станислав. — "Дело Коров — давать молоко, а не управлять фермой. Фермой могут управлять только специально подготовленные Люди, или, на худой конец, Лисы." Фильм Станислава так повлиял на слабые умы Скотов, что все Коровы и Лошади были выведены из Правления. Псы были удалены оттуда еще после истории с бешеным Быком, или "страшной резни телят", как ее называли Лисы.
В это время старый Джонсон объявил Конкурс Гласности: на лучшее произведение искусства или журнализма, разоблачающее прошлое и настоящее Фермы и утверждающее божественное право Людей распоряжаться Животными. Среди призов были десятки видеомагнитофонов и импортное сено в элегантной упаковке. Стинки лично благословил Конкурс. За пару недель все белые и черные пятна в истории Фермы были вскрыты и описаны подробнейшим образом.
Исраэль Шамир Скотный двор — 2
Тут ворота Белого Дома распахнулись и оттуда выступила свора полицейских Догов. Животные свистели и мычали: со времени Великой победы Тафа над Псами они не боялись Собак. Это было ошибкой: на этот раз не старые беззубые твари, но сильные и злобные Звери бросились на толпу.
Таф снова победил, но недовольство росло. Даже моя старая знакомая Линда усомнилась в правильности выбора, когда ее друзья исчезли в черных грузовиках, а ей самой пришлось стоять днями за Безвозмездной Помощью.
В этот трудный момент Лис Макс снова нашел выход: он поехал к старому Джемисону Джонсону и вернулся с договором: "Отныне Ферма Животных будет принадлежать м-ру Джонсону и будет именоваться "Новая Ферма". М-р Джонсон обеспечит Животных сеном. Он сможет брать Животных по своему выбору и для своих целей. М-р Таф остается Боссом и управляющим Фермы".
Договор был подписан, и таким образом бурная история Фермы Животных пришла к концу. Новые Человеческие хозяева были вынуждены послать многих Коров и Лошадей на бойню, потому что они все равно не умели работать, а такого количества торговцев сеном на Ферме не требовалось. Некоторые Животные были перевезены на Центральную Усадьбу Ранчо и удостоились завидной участи племенных производителей. Отборные Псы были брошены на подавление восстаний животных в разных местах графства. Вскоре м-р Джонсон сделал ферму еще более продуктивной: он закрыл дальние филиалы и пустил всех грамотных Свиней на отбивные. Лисы были приобретены оптом компанией "Манто", а Телевидение Джонсона закрылось, чтобы не сеяло ложных иллюзий у Скотов.
С омерзением я покинул проклятое место. В поезде в вагоне-ресторане я встретил Лиса Макса и Борова Тафа: они ехали во Флориду".
СВОБОДУ распила бабла и ДЕРЬМОКРАТИЯ безнаказанности/безответственности
Скажи это моему отцу который во время войны положил партбилет на стол.
Скажи это двум моим не выжившим Дядям которые умерли с голодухи.
Скажи это моим соседям которых привезли как скот с кавказа без крошки хлеба в голую степь где ничего небыло.
Итог — Сталин убийца и людоед.
Не всех не заслужено осуждали, Но незаслуженно посаженных, расстрелянных, заморенных голодом миллионы.
А сказанные автором слова это полное не понимание ситуации.
Были католики, приезжавшие в Сибирь в поисках заработка: купцы, старатели. Большой прилив католиков вызвало строительство Транссибирской магистрали, создавшее много рабочих мест. Аграрная реформа Столыпина вызвала переселение больших масс людей с Запада, где было много населения и мало земли.
В 1806 году в Сибирь прибыли миссионеры монашеского ордена доминиканцев, в 1808 году они добились официального признания своего присутствия, и по Высочайше утвержденному штату для Иркутской и Томской губернии было назначено содержание за счет казны трех римско-католических священников. Через три года по специальному приглашению сибирского генерал-губернатора Пестеля, в Сибирь были вызваны монахи ордена иезуитов. Преемник Пестеля, генерал-губернатор Лавинский писал об этом так: "Вызывая в Сибирь монахов иезуитского ордена, он (Пестель) надеялся, что иезуиты будут там полезны для воспитания юношества, а также в политических сношениях с Китаем, где сей орден имеет своих миссионеров; почему испросил, чтобы число римско-католических священников было увеличено. Таким образом, в 1811 году назначено в Сибирь вместо трех шесть римско-католических священников иезуитского ордена, коим дозволено иметь постоянное пребывание в городах Иркутске и Томске". В Иркутске они появились в 1812 году. Настоятелем миссии был отец Марцелий Каменьский, с ним прибыли отец Винцентий Лашкевич, отец Тадеуш Потовский и монах Тадеуш Дроздовский. В 1814 году из Иркутска для организации миссии в Томске уехали священники во главе с отцом Каменьским и настоятелем иркутского прихода стал отец Лашкевич.
В 1814 году на территории иркутской миссии насчитывалось 1226 католиков, в 1815 году их численность сократилась до 972, а к 1819 году вновь увеличилась и составила 1265 человек.
По прибытии в Иркутск отцы-иезуиты построили маленькую деревянную часовенку и начали серьезную пастырьскую работу. Один священник всегда находился в Иркутске, остальные разъезжали по губернии, посещая католиков в местах их прибывания.
Оказывается Сталин их еще в 18 веке туда выселял:)
Не надо лгать!
В селе — паспорта забирали, налог на деревья и скот. За год работы в колхозе выдали 3 мешка пшеницы. В селе был установлен абсолютный рабовладельческий строй. С утра ходили по домам и выгоняли на колхозные поля работать. Денег при этом не платили вообще. И закон "три колоска" хорошо прошелся по селу. Что бы с голоду не умереть, ели все что не ядовито. Бесплатно только 7 лет школы. Остальные 3 года — платные. И еще много чего можно вспомнить о том веремени. Не дай бог такому повториться.
И при чём здесь Сталин!!! :D
Началась война. Несмотря на то, что Хармс, 35-летний здоровый мужик находится в тылу, кровавое НКВД не стремится отправить его на фронт, чтобы там уничтожить Поэта.
Но 23 августа 1941 года терпение органов заканчивается. Хармс арестован за пораженческие настроения. В частности, Хармсу вменялись в вину его слова «Советский Союз проиграл войну в первый же день, Ленинград теперь либо будет осажден и мы умрем голодной смертью, либо разбомбят, не оставив камня на камне… Весь пролетариат необходимо уничтожить, а если мне дадут мобилизационный листок, я дам в морду командиру, пусть меня расстреляют; но форму я не одену, и в советских войсках служить не буду, не желаю быть таким дерьмом». Также Хармс утверждал, что город заминирован, а на фронт посылают безоружных солдат.
Чтобы избежать расстрела, Поэт симулировал сумасшествие и кровавый военный трибунал определил «по тяжести совершённого преступления» содержать Хармса в психиатрической больнице. Умер во время блокады Ленинграда, в наиболее тяжёлый по количеству голодных смертей месяц, в отделении психиатрии больницы тюрьмы «Кресты».
Полная версия статьи здесь: poltora-bobra.livejournal.com
Воспоминания его друзей говорят о многом…
А как почитаешь его “бессмертные” творения и думаешь ну и белочка у мужичка была )))
Так что он далеко не показатель, попиздел, попиздел и в кусты, дескать, я типа с ума сошел и все с меня взятки гладки. В этом весь Хармс…