Письмо из Петербурга о губернаторе Валентине Матвиенко, шестиметровых сосульках и государстве, не предназначенном для людей
Когда я смотрю в лицо Сечина или Иванова (любого), мне очень хочется плакать. Даже не от страха, а от какой-то предсмертной тоски. Премьер-министру я в лицо стараюсь не смотреть: мне почему-то кажется, что если я все-таки посмотрю, то он превратит меня даже не в камень, а во что-то совсем уж невыносимое — в бумажку, например. Лицо президента вызывает у меня необъяснимое чувство, что оно нарисовано, что это анимация такая.