"...Но самое главное другое. Россия после первой русской революции двинулась в правильном направлении. Если говорить образно, огромный русский паровоз встал на европейские рельсы и, хотя медленно и со скрипом, покатился по ним."
Отец Гапон — эмоционально неуравновешен, плохо образован, но умеющий говорить с рабочими "на их языке" и страшно ими почитаемый (особенно женским полом), по-видимому наслаждавшийся своей популярностью и грезивший о монументах в свою честь — сыграл колоссальную роль в январских событиях 1905-го года... Организованное им (под патронажем охранного отделения) "Собрание русских фабрично-заводских рабочих г. Санкт-Петербурга" быстро вышло из-под полицейского контроля и всего за год в него вступили десятки тысяч человек (вступали семьями).. Гапон личным влиянием довел последнее собрание до состояния исступленной экзальтации и заставил принять решение о "мирном выступлении" рабочих (многие были категорически против, группа Карелина, например). 6-го января решение было принято. Сам Гапон, написав письмо царю, возглавил 50 000 процессию, еще столько же присоединилось по пути. Гапон не был не стяжателем, ни сознательным провокатором, это был красноречивый семинарист, моделирующий поведение по жизнеописанию библейских пророков.. залпами были убиты шедшие рядом с ним ближайшие соратники (сам он был легко ранен в руку и повален напором бегущей толпы).. это был его звездный час, всё что с ним случилось позднее — бегство в Европу, гонорары за воспоминания, заинтересованность и стремление привлечь его на свою сторону различных политических партий (которые впрочем, быстро в нем разочаровались), вовлечение его в какие-то темные финансовые махинации, травля в печати и убийство эсерами на загородной даче — всё это только подчеркивает его полную профнепригодность как политического деятеля.. Его опытом позже пользовался Троцкий, который, копируя даже интонации, тоже умел доводить толпы рабочих до исступления...
"Отец Гапон — эмоционально неуравновешен, плохо образован, но умеющий говорить с рабочими "на их языке" и страшно ими почитаемый..." — не знаю откуда у вас такие данные, но вообще-то для своего времени он был хорошо образован, учитывая крестьянское происхождение, закончил Полтавские училище и семенарию, где был лучшим учеником, учился в С-П духовной академии. По свидетельству современников, был выдающимся оратором и проповедником, что собственно и сделало его политическим лидером, был знаком и входил в круг умнейших людей своего времени. Почитайте хотя бы в Википедии.
110 лет назад была разыграна чудовищная провокация, получившая в истории название «Кровавого воскресенья».
Но все же на первом этапе успехи были мизерными. Либералы захлебывались речами, тонули в спорах из-за программ. Вспышки стачек оставались разрозненными. А главной задачей было добиться массовости выступлений, настоящего взрыва. В Петрограде эмиссаром закулисных антироссийских сил являлся Пинхус Рутенберг. Он действовал по различным каналам, имел целую сеть агентуры. В частности, священник Гапон обратился к полиции – предложил создавать патриотические рабочие организации якобы в противовес революционным. На самом же деле, Гапоном руководил и направлял его Рутенберг. Исследователи обратили внимание, что подыгрывали и либералы-предприниматели, помогали создавать поводу для недовольства.
Наверное, в советских фильмах многим запомнились кадры, как манифестанты и солдаты стояли напротив друг друга на Дворцовой площади. А потом грохнули залпы по людям… Но это ложь. Грубая ложь. Войска приказ выполнили, на Дворцовую площадь шествия не допустили. Четыре многотысячных колонны были остановлены оцеплениями в четырех местах – на Обводном канале, Васильевском острове, Выборгской стороне и Шлиссельбургском тракте. Но везде события развивались примерно по одному сценарию. Люди стояли на месте, не в силах пройти дальше. Обратно тоже идти не могли, сзади улицы запрудили манифестанты. А провокаторы подзуживали, подталкивали. Дескать, мы с добрыми намерениями, а нас, надо же, к государю не пускают.
Народ возмущался. В задних рядах не видели, что впереди, напирали. Соответственно, передние напирали на солдат. По команде офицеров они стреляли в воздух. Но в них летели камни. Из толпы, прячась за спины рабочих и их жен, экстремисты стреляли и из револьверов. Цепи солдат видели, что вот-вот будут смяты, раздавлены и растерзаны лезущей на них возбужденной массой, и стреляли уже по людям. После этого во всех четырех эпицентрах столкновений началась паника. Толпы в ужасе обращались прочь. Сминали и топтали друг друга. Не столько людей пало от пуль, сколько погибло и перекалечилось в давке. Всего же в день “кровавого воскресенья” было убито и умерло от ран и травм 130 человек, 299 получили ранения. Это число пострадавших включало и солдат, полицейских.
Ну а революция, начавшаяся «Кровавым воскресеньем», набирала силу. Охватила города, перекинулась в деревню. В Польше, Прибалтике, Закавказье ее усугубили разжиганием межнациональных конфликтов. А зарубежные политические и деловые круги внесли в бедствие новую лепту. В начале войны, в мае 1904 года, царское правительство, предложив высокие ставки процентов, добилось займов во Франции. Теперь же, якобы в связи с революцией, зарубежные банки отозвали из России свои капиталы. К войне и политическому кризису добавился финансовый. Революция парализовала пути сообщения, закупорила очагами мятежа и забастовками Транссибирскую магистраль, от которой целиком зависела армия в Маньчжурии. Удар, готовый обрушиться на врага, был сорван.
Что касается Гапона, сыгравшего столь незавидную роль, то он бежал в Швейцарию. Поначалу пользовался в эмиграции бешеной популярностью. Лондонская «Таймс» платила ему огромные гонорары за каждую строчку воспоминаний. Кстати, при этом выяснилось, что российские социалистические партии еще ничего толком не сделали для развития революции! Делал “кто-то” другой – за них. Зато теперь эсеры и социал-демократы принялись перетягивать Гапона к себе. Каждая партия желала представить его «своим» человеком. В этом случае они смогли бы приписать себе массовое рабочее движение в Питере. Гапона обхаживали и Ленин, и другие лидеры. Он зазнался, попытался играть самостоятельную роль. Но через некоторое время на него был состряпан компромат и подброшен эсеровским боевикам. Его и прикончили — он слишком много знал. Рутенберг в скандалах не светился и сделал куда более успешную карьеру. Впоследствии он уехал на Ближний Восток, стал председателем “Национального комитета” еврейских поселений в Палестине – первого фактического правительства еще не провозглашенного Израиля.
На самом деле совсем не показатель, откуда начали стрелять. Там было с каждой стороны гораздо больше чем по одному интересов. В окружении Николая были "реакционеры" и "либералы", реакционеры говорили — вот сюсюкаете с рабочими, а они... в подтверждение своих слов могли пострелять, в революционных кругах тоже было много сил, желающих раскачать ситуацию. Было много иностранных агентов, которым тоже были выгодны внутренние проблемы Империи, были сепаратисты типа поляков. Посмотрите последние годы начиная с Вильнюса заканчивая Киевом. Везде кто-то странный стреляет
Реформы в России были даны под дулом револьвера — и что? Какая разница под чем даны реформы — дуло пистолета, винтовки, автомата.... Ни какие реформы в капиталистическом, монархическом обществе, ни под каким дуло, ни без дула, ни к чему хорошему для народа ни когда не приводили и не приведут.
Уже тогда были грубые ошибки — «Били всех, кто был похож на студента, либерала или еврея». Разве либерал и еврей не одно и то же... И опять же, ну зачем евреев то бить. вот жидов — сколько угодно....
Летом 1991 года в Грозный приезжала Галина Старовойтова, и в здании первого корпуса Чечено-Ингушского госуниверситета она встречалась с активистами Вайнахской Демократической партии. В актовый зал, где проходила эта встреча, посторонних не пускали – здесь мэтр новой политики давала мастер-класс своим вайнахским товарищам по борьбе с империей зла, и негоже было чужакам слушать откровения апостола российской демократии. Но Иса Арсемиков, доцент кафедры молекулярной физики и один из функционеров Общенационального Конгресса чеченского народа, давний мой приятель, провёл меня на эту встречу с депутатом Верховного Совета СССР.
– Что нужно делать, – спросили высокую гостью, – чтобы добиться свободы и завоевать, наконец, независимость, о которой горцы мечтали ещё со времён имама Шамиля?
– Убивайте русских! – Посоветовала Галина Васильевна своим соратникам по Великой Демократической Революции. – Пусть земля горит под ногами оккупантов. Чем больше русских будут убивать на улицах Грозного, тем быстрее станет свободной священная земля чеченцев и ингушей.
"Экономический кризис" ("военная угроза, "объективные трудности переходного периода, "последствия восстановления разрушенного хозяйства и т.д. и т.п.) — менялись лишь причины. Причины, по которым здесь, уже десятилетиями, никто из представителей власти и не думал строить какие-то нормальные дороги, проводить газ и электричество, завозить товары первой необходимости… Зато, именно эти словосочетания всегда были поводом для того, чтобы в очередной раз повысить налоги (или придумать новые), урезать пособия и выплаты, отменить дотации, озадачить местных жителей и вовсе какими-то странными новациями. Представители власти изображали честность и неподкупность, население делало вид, что в это верит. И привычно динамило все начинания, спущенные сверху. Мало ли, какая очередная блажь стукнет в начальственную голову, что ж теперь, всё это всерьёз воспринимать? Начальство сердилось и хмурило брови. Население пожимало плечами и разводило руками. Встречи эти обычно заканчивались пьянкой, после чего автомашины (лошади, вертолеты…) уносили больных головою начальников восвояси, и всё шло по-прежнему…
"...здесь, уже десятилетиями, никто из представителей власти и не думал строить какие-то нормальные дороги, проводить газ и электричество, завозить товары первой необходимости… Зато, именно эти словосочетания всегда были поводом для того, чтобы в очередной раз повысить налоги (или придумать новые), урезать пособия и выплаты, отменить дотации, озадачить местных жителей и вовсе какими-то странными новациями..."
"Россия — страна не выученных уроков". — Наоборот, уроки выучили. Отсюда никакой революции больше никто в России не допустит, в первую очередь сам народ — которой, хоть кого-то и бесит, в подавляющем большинстве сегодняшнюю власть поддерживает, в отличие от событий 100-летней давности
Комментарии
как только народ нагнуть до полного отчаиния, в силу русской терпимости, получаем РЕВОЛЮЦИЮ.
И путь этот рельсовый ведет к ... ?
в свете этого возникает вопрос: как долго удержался Гапон?
Но все же на первом этапе успехи были мизерными. Либералы захлебывались речами, тонули в спорах из-за программ. Вспышки стачек оставались разрозненными. А главной задачей было добиться массовости выступлений, настоящего взрыва. В Петрограде эмиссаром закулисных антироссийских сил являлся Пинхус Рутенберг. Он действовал по различным каналам, имел целую сеть агентуры. В частности, священник Гапон обратился к полиции – предложил создавать патриотические рабочие организации якобы в противовес революционным. На самом же деле, Гапоном руководил и направлял его Рутенберг. Исследователи обратили внимание, что подыгрывали и либералы-предприниматели, помогали создавать поводу для недовольства.
Наверное, в советских фильмах многим запомнились кадры, как манифестанты и солдаты стояли напротив друг друга на Дворцовой площади. А потом грохнули залпы по людям… Но это ложь. Грубая ложь. Войска приказ выполнили, на Дворцовую площадь шествия не допустили. Четыре многотысячных колонны были остановлены оцеплениями в четырех местах – на Обводном канале, Васильевском острове, Выборгской стороне и Шлиссельбургском тракте. Но везде события развивались примерно по одному сценарию. Люди стояли на месте, не в силах пройти дальше. Обратно тоже идти не могли, сзади улицы запрудили манифестанты. А провокаторы подзуживали, подталкивали. Дескать, мы с добрыми намерениями, а нас, надо же, к государю не пускают.
Народ возмущался. В задних рядах не видели, что впереди, напирали. Соответственно, передние напирали на солдат. По команде офицеров они стреляли в воздух. Но в них летели камни. Из толпы, прячась за спины рабочих и их жен, экстремисты стреляли и из револьверов. Цепи солдат видели, что вот-вот будут смяты, раздавлены и растерзаны лезущей на них возбужденной массой, и стреляли уже по людям. После этого во всех четырех эпицентрах столкновений началась паника. Толпы в ужасе обращались прочь. Сминали и топтали друг друга. Не столько людей пало от пуль, сколько погибло и перекалечилось в давке. Всего же в день “кровавого воскресенья” было убито и умерло от ран и травм 130 человек, 299 получили ранения. Это число пострадавших включало и солдат, полицейских.
Ну а революция, начавшаяся «Кровавым воскресеньем», набирала силу. Охватила города, перекинулась в деревню. В Польше, Прибалтике, Закавказье ее усугубили разжиганием межнациональных конфликтов. А зарубежные политические и деловые круги внесли в бедствие новую лепту. В начале войны, в мае 1904 года, царское правительство, предложив высокие ставки процентов, добилось займов во Франции. Теперь же, якобы в связи с революцией, зарубежные банки отозвали из России свои капиталы. К войне и политическому кризису добавился финансовый. Революция парализовала пути сообщения, закупорила очагами мятежа и забастовками Транссибирскую магистраль, от которой целиком зависела армия в Маньчжурии. Удар, готовый обрушиться на врага, был сорван.
Что касается Гапона, сыгравшего столь незавидную роль, то он бежал в Швейцарию. Поначалу пользовался в эмиграции бешеной популярностью. Лондонская «Таймс» платила ему огромные гонорары за каждую строчку воспоминаний. Кстати, при этом выяснилось, что российские социалистические партии еще ничего толком не сделали для развития революции! Делал “кто-то” другой – за них. Зато теперь эсеры и социал-демократы принялись перетягивать Гапона к себе. Каждая партия желала представить его «своим» человеком. В этом случае они смогли бы приписать себе массовое рабочее движение в Питере. Гапона обхаживали и Ленин, и другие лидеры. Он зазнался, попытался играть самостоятельную роль. Но через некоторое время на него был состряпан компромат и подброшен эсеровским боевикам. Его и прикончили — он слишком много знал. Рутенберг в скандалах не светился и сделал куда более успешную карьеру. Впоследствии он уехал на Ближний Восток, стал председателем “Национального комитета” еврейских поселений в Палестине – первого фактического правительства еще не провозглашенного Израиля.
zavtra.ru
Уже тогда были грубые ошибки — «Били всех, кто был похож на студента, либерала или еврея». Разве либерал и еврей не одно и то же... И опять же, ну зачем евреев то бить. вот жидов — сколько угодно....
Как в свете сказанного различить жида и иврея?
Я за белую демографическую революцию.
Ее основа вне демократии.
На самом деле "кровь" определяет сознание.
Кровь его родила, а не иудо- зомбо- ящик.
– Что нужно делать, – спросили высокую гостью, – чтобы добиться свободы и завоевать, наконец, независимость, о которой горцы мечтали ещё со времён имама Шамиля?
– Убивайте русских! – Посоветовала Галина Васильевна своим соратникам по Великой Демократической Революции. – Пусть земля горит под ногами оккупантов. Чем больше русских будут убивать на улицах Грозного, тем быстрее станет свободной священная земля чеченцев и ингушей.
Абсолютно правильный вывод статьи:
Революция — кровавое и страшное дело. Она происходит тогда, когда власть безнадежно запаздывает с давно назревшими преобразованиями.
И чем дольше власть готовит преобразования, чем туже затягивает гайки, тем большей кровью делаются реформы.
К сожалению, сегодняшнее правительство России этот урок не усвоило.
Это вы про что пишите? Про какую страну?