В 1919 г. на Украине левое крыло Бунда сливается с небольшой Объединённой еврейской коммунистической партией, образовав новую партию "Коммунистический союз" и на следующий год вливается в РКП/б/. Причём, перед вступлением был поставлен вопрос о признании отдельной "фракции еврейского пролетариата" внутри РКП/б/. Сталин и Преображенский, которым были поручены переговоры с представителями "Союза", естественно, решили этот вопрос отрицательно.
Не похоже чтоб ты их читал. Для этого надо сначала иврит выучить, причем не современный а древний. И еще желательно арамейский. Почитай на языке оригинала а потом поговорим.
Интересно, большинство народов недолюбливают соседей. Ну как то по соседски. Сегодня перфоратор у него в руках, а завтра у тебя. Но евреев, почему то, не любят все.
Потому что евреи были соседями почти у всех в силу исторических причин. Например корейцы или какие-нибудь тайцы\вьетнамцы ничего такого не испытывают в евреям ибо не соседствовали.
Русских тоже многие не любят, кто с ними живёт по соседству.
Плюс ко всему евреи всегда выделялись сохраняя свою религию.
Мария Шубина: Вы взялись за эту историю, хотя, видимо, сразу было понятно, что ее непросто будет сделать в Польше. Почему?
Дариуш Яблонски: Действительно, до меня несколько продюсеров отказались работать с этим материалом. Для меня же это был вызов. Я понимал, что это трудно — рассказывать в фильме историю, которая очень неудобна и неуютна твоим соотечественникам. Но я понял, что в этом и состоит моя миссия — показать обществу правду, заговорить о ней. По моему мнению, это очень важная тема, особенно потому, что евреи и поляки жили вместе веками, Польша была прекрасным домом для евреев, многие поляки спасали жизни евреям во время Второй мировой войны. В Яд Вашем «польская» часть парка, посаженного в честь тех, кто спасал евреев во время Холокоста, — самая большая. Мы можем гордиться своими праведниками. Но важно одновременно помнить о тех, кто был на черной стороне, кто убивал, предавал, выдавал евреев. О том, что это тоже было.
Мария Шубина: Почему в Польше у фильма такая непростая судьба, почему его не всюду показывают, осуждают в прессе? Ведь несколько лет назад правительство страны просило прощения у евреев, и Польша признала все факты антисемитизма?
Дариуш Яблонски: На официальном уровне все действительно предельно ясно. И это позиция людей, которым стыдно за то, что происходило тогда. Но при этом есть люди, которые сомневаются в правдивости фактов убийства евреев поляками, говорят о том, что было множество обстоятельств, которые могут все объяснить, что важен контекст, что нельзя забывать, что евреи часто сотрудничали с Красной армией, которая оккупировала Польшу вместе с немцами. Говорят о том, что это была месть евреям за захват польских земель, за передел, который устроили Германия и СССР. И да, конечно, были те, кто сотрудничал с НКВД, но сколько погибло не вовлеченных в политику, не сотрудничавших ни с кем мужчин, женщин, детей. И я считаю, что не может быть никаких причин, никаких оправданий убийствам безоружных и беззащитных людей. Но главные сложности в создании фильма связаны не с тем, что люди пытаются сказать: «Этого не было». Таких людей единицы. Основной аргумент, что поднимать эту тему — значит лить воду на мельницу врагов Польши. Нам говорят: вы работаете против Польши, наносите урон Польше, ее имиджу в мире, и поэтому это антипольский фильм. Я понимаю, откуда берется этот аргумент, но считаю, что нельзя забывать: евреи, жившие в Польше, тоже были поляками. Нам просто необходимо говорить правду вслух, не оглядываясь на обстоятельства. Польше важно стать страной, чья дальнейшая история основывается на правде о предыдущей. Будущее есть только у той страны, которая разобралась с прошлым. Ведь что-то подобное случалось в истории каждой нации. И чрезвычайно важно для того, чтобы двигаться дальше, сказать про такие страницы собственной истории: это было плохо, это было неправильно.
Мария Шубина: Вы — известный продюсер, президент Польской киноакадемии, но ваш статус не защитил вас от нападок и даже от судебного иска.
Дариуш Яблонски: Я никогда не думал, что это может произойти, поскольку я много лет снимал подобные фильмы, фильмы, которые говорят о непростых вещах, неудобных для государства и общества, — например о тайной полиции Польши. Поэтому я был очень удивлен, когда со мной начали бороться после выхода Aftermath. Польский институт кино требует через суд возвращения государственных денег, обвиняя нас в нарушении договора. И знаете, я согласен оплатить производство этого фильма, если проиграю суд, — потому что это важная работа, ее посмотрели 350 000 человек в Польше, проданы сотни тысяч дисков, картину должен показать польский кабельный «Канал +», следующей осенью ее покажет один из центральных каналов. Так что я считаю, мы сделали очень важную работу, мы сняли очень честный фильм. И, конечно, это очень странно, когда столь статусная организация этого не понимает и начинает бороться с продюсером. Это проблема нашего общества — еще не все понимают, что такое демократия. Важно также сказать, что ничего бы не получилось без моих сопродюсеров из Словакии, России, Голландии. Каждый из них внес 10 процентов бюджета, и благодаря им я сделал этот фильм. А теперь мне говорят, что я якобы на русские деньги снял кино, в котором поляки предстают убийцами. Это полная глупость. Для меня было важно международное сотрудничество, потому что каждая страна в Европе столкнулась с подобным, но никто еще не делал фильм про это.
По-моему в корне неверное приравнивание бытового антисемитизма, по причине которого, кстати, немцы и насоздавали лагеря именно в Польше, с общим понятием "Холокост", масштабы которого, по сравнению с трагедией славянских и в частности советского народа, совершенно несоизмеримы.
Разве есть разница между арабским терроризмом и еврейским? Они же кровные братья, и выглядят одинаково. Поставьте рядом палестинца и израильтянина, не отличить кто есть кто.
я видел еврейский террор в исследовании ООН "Истоки и история проблемы Палестины (1917-1988)". В этом исследовании говорится, что евреи в период до 2й мировой войны против арабов занимались самым обыкновенным террором. Раньше этот текст этого исследования лежал прямо на официальном сайте ООН, сейчас его можно найти в виде отдельной книги. гугль тебе без проблем поможет найти ее. Тебе будет интересна: "Часть I. 1917–1947 годы ОТМЕНА МАНДАТА Палестина в 1939 году" из этой книги. Да и вся книга тебе будет интересна, т.к. прочитав ее ты узнаешь, как к твоему еврейскому племени относится все прогрессивное человечество.
Комментарии
Для ненависти мозгов много не надо.
Русских тоже многие не любят, кто с ними живёт по соседству.
Плюс ко всему евреи всегда выделялись сохраняя свою религию.
Мария Шубина: Вы взялись за эту историю, хотя, видимо, сразу было понятно, что ее непросто будет сделать в Польше. Почему?
Дариуш Яблонски: Действительно, до меня несколько продюсеров отказались работать с этим материалом. Для меня же это был вызов. Я понимал, что это трудно — рассказывать в фильме историю, которая очень неудобна и неуютна твоим соотечественникам. Но я понял, что в этом и состоит моя миссия — показать обществу правду, заговорить о ней. По моему мнению, это очень важная тема, особенно потому, что евреи и поляки жили вместе веками, Польша была прекрасным домом для евреев, многие поляки спасали жизни евреям во время Второй мировой войны. В Яд Вашем «польская» часть парка, посаженного в честь тех, кто спасал евреев во время Холокоста, — самая большая. Мы можем гордиться своими праведниками. Но важно одновременно помнить о тех, кто был на черной стороне, кто убивал, предавал, выдавал евреев. О том, что это тоже было.
Мария Шубина: Почему в Польше у фильма такая непростая судьба, почему его не всюду показывают, осуждают в прессе? Ведь несколько лет назад правительство страны просило прощения у евреев, и Польша признала все факты антисемитизма?
Дариуш Яблонски: На официальном уровне все действительно предельно ясно. И это позиция людей, которым стыдно за то, что происходило тогда. Но при этом есть люди, которые сомневаются в правдивости фактов убийства евреев поляками, говорят о том, что было множество обстоятельств, которые могут все объяснить, что важен контекст, что нельзя забывать, что евреи часто сотрудничали с Красной армией, которая оккупировала Польшу вместе с немцами. Говорят о том, что это была месть евреям за захват польских земель, за передел, который устроили Германия и СССР. И да, конечно, были те, кто сотрудничал с НКВД, но сколько погибло не вовлеченных в политику, не сотрудничавших ни с кем мужчин, женщин, детей. И я считаю, что не может быть никаких причин, никаких оправданий убийствам безоружных и беззащитных людей. Но главные сложности в создании фильма связаны не с тем, что люди пытаются сказать: «Этого не было». Таких людей единицы. Основной аргумент, что поднимать эту тему — значит лить воду на мельницу врагов Польши. Нам говорят: вы работаете против Польши, наносите урон Польше, ее имиджу в мире, и поэтому это антипольский фильм. Я понимаю, откуда берется этот аргумент, но считаю, что нельзя забывать: евреи, жившие в Польше, тоже были поляками. Нам просто необходимо говорить правду вслух, не оглядываясь на обстоятельства. Польше важно стать страной, чья дальнейшая история основывается на правде о предыдущей. Будущее есть только у той страны, которая разобралась с прошлым. Ведь что-то подобное случалось в истории каждой нации. И чрезвычайно важно для того, чтобы двигаться дальше, сказать про такие страницы собственной истории: это было плохо, это было неправильно.
Мария Шубина: Вы — известный продюсер, президент Польской киноакадемии, но ваш статус не защитил вас от нападок и даже от судебного иска.
Дариуш Яблонски: Я никогда не думал, что это может произойти, поскольку я много лет снимал подобные фильмы, фильмы, которые говорят о непростых вещах, неудобных для государства и общества, — например о тайной полиции Польши. Поэтому я был очень удивлен, когда со мной начали бороться после выхода Aftermath. Польский институт кино требует через суд возвращения государственных денег, обвиняя нас в нарушении договора. И знаете, я согласен оплатить производство этого фильма, если проиграю суд, — потому что это важная работа, ее посмотрели 350 000 человек в Польше, проданы сотни тысяч дисков, картину должен показать польский кабельный «Канал +», следующей осенью ее покажет один из центральных каналов. Так что я считаю, мы сделали очень важную работу, мы сняли очень честный фильм. И, конечно, это очень странно, когда столь статусная организация этого не понимает и начинает бороться с продюсером. Это проблема нашего общества — еще не все понимают, что такое демократия. Важно также сказать, что ничего бы не получилось без моих сопродюсеров из Словакии, России, Голландии. Каждый из них внес 10 процентов бюджета, и благодаря им я сделал этот фильм. А теперь мне говорят, что я якобы на русские деньги снял кино, в котором поляки предстают убийцами. Это полная глупость. Для меня было важно международное сотрудничество, потому что каждая страна в Европе столкнулась с подобным, но никто еще не делал фильм про это.
На вокзале шум и гам,
Ходят разговоры:
Моня шопнул чемодан
И загрёб лимоны.
Ах, лимончики, вы мои лимончики,
Вы растёте у Сары на балкончике!
Тётя Хая каждый год
У грузин берёт компот,
А потом на этот год
У неё растёт живот!
Ах, лимончики, вы мои лимончики,
Вы растёте у Сары на балкончике!
На привозе Беня жил,
Беня мать свою любил.
Если есть у Бени мать,
Значит, есть куда послать!
Ах, лимончики, вы мои лимончики,
Вы растёте у Сары на балкончике!
Шлёма яйца продавал,
Нажил миллионы,
А теперь в кичман попал
И поёт «Лимоны»!
Ах, лимончики, вы мои лимончики,
Вы растёте у Сары на балкончике!
поселить евреев в России,
чтобы они мучались, как в аду?
Исаак Бабель
За все на еврея найдется судья.
За живость. За ум. За сутулость.
За то, что еврейка стреляла в вождя.
За то, что она промахнулась.
Любая философия согласна,
что в мире от евреев нет спасения,
науке только все еще не ясно,
как делают они землетрясения.
Игорь Губерман
самый настоящий еврейский террор.