Малая це́рковка. Свечи оплывшие.
Камень дождями изрыт добела.
Здесь похоронены бывшие, бывшие.
Кладбище Сент-Женевьев-де-Буа.
Здесь похоронены сны и молитвы.
Слёзы и доблесть. «Прощай!» и «Ура!».
Штабс-капитаны и гардемарины.
Хва́ты полковники и юнкера.
Белая гвардия, белая стая.
Белое воинство, белая кость…
Влажные плиты травой порастают.
Русские буквы. Французский погост…
Я прикасаюсь ладонью к истории.
Я прохожу по Гражданской войне…
Как же хотелось им в Первопрестольную
Въехать однажды на белом коне!..
Не было славы. Не стало и Родины.
Се́рдца не стало. А память — была…
Ваши сиятельства, их благородия —
Вместе на Сент-Женевьев-де-Буа.
Плотно лежат они, вдоволь познавши
Му́ки свои и дороги свои.
Всё-таки — русские. Вроде бы — наши.
Только не наши скорей, а ничьи…
Как они после — забытые, бывшие
Всё проклиная и нынче и впредь,
Рва́лись взглянуть на неё — победившую,
Пусть непонятную, пусть непростившую,
Землю родимую, и умереть…
Полдень. Берёзовый отсвет покоя.
В небе российские купола.
И облака, будто белые кони,
Мчатся над Сент-Женевьев-де-Буа.
Р.Рождественский (70-е годы)
Не "многие генералы стали в ряды Белой армии", а половина встала в ряды Красной армии, половина — Белой. И весь Военно-морской штаб встал на сторону красных. Так-то.
Не соглашусь. Командующий французской Средиземноморской эскадрой адмирал Дюмениль называл Белое движение сборищем адвокатов, борющихся только за личные блага и не желающих проливать кровь за свою Страну.
Могу найти эту цитату — очень не лицеприятно. В Белом движении, особенно под конец был полный раздрай.
Человек чести? Это тот Корнилов, который то изображал "слугу царю", то сажал под арест царскую семью, то изъявлял верность Керенскому, то готовил его свержение, то дружил с Савинковым, то сторонился его. Что такое честь я думаю он даже не подозревал.
Я не говорил что они не гибли, были трусами или ещё кем. Среди бывших царских офицеров много было и храбрых, и достойных людей, и в Белом движении и не только. Но факт остаётся фактом — Белое движение потерпело крах и на это были объективные причины. А достаточно было дать крестьянам землю, только и всего.
Комментарии
Камень дождями изрыт добела.
Здесь похоронены бывшие, бывшие.
Кладбище Сент-Женевьев-де-Буа.
Здесь похоронены сны и молитвы.
Слёзы и доблесть. «Прощай!» и «Ура!».
Штабс-капитаны и гардемарины.
Хва́ты полковники и юнкера.
Белая гвардия, белая стая.
Белое воинство, белая кость…
Влажные плиты травой порастают.
Русские буквы. Французский погост…
Я прикасаюсь ладонью к истории.
Я прохожу по Гражданской войне…
Как же хотелось им в Первопрестольную
Въехать однажды на белом коне!..
Не было славы. Не стало и Родины.
Се́рдца не стало. А память — была…
Ваши сиятельства, их благородия —
Вместе на Сент-Женевьев-де-Буа.
Плотно лежат они, вдоволь познавши
Му́ки свои и дороги свои.
Всё-таки — русские. Вроде бы — наши.
Только не наши скорей, а ничьи…
Как они после — забытые, бывшие
Всё проклиная и нынче и впредь,
Рва́лись взглянуть на неё — победившую,
Пусть непонятную, пусть непростившую,
Землю родимую, и умереть…
Полдень. Берёзовый отсвет покоя.
В небе российские купола.
И облака, будто белые кони,
Мчатся над Сент-Женевьев-де-Буа.
Р.Рождественский (70-е годы)
Могу найти эту цитату — очень не лицеприятно. В Белом движении, особенно под конец был полный раздрай.