В школьные годы, совершенно мимо программы, перечитал несколько томов Гоголя с самым превеликим удовольствием. А потом и Лескова аналогично, хотя фантастику люблю с детства очень. Гоголь, Лесков — гении литературы. Исключать их из программы — преступление против русского языка.
Нашим пионэрам студенческого возраста глубоко плевать вообще на любую идеологию. Прутся исключительно с анаши, экстази да с импортных музыкальных групп. Это если брать эстетов. Неэстетствующая молодежь интересуется водярой, клеем и группой «Лесоповал».
Меер Валлах, он же Народный Комиссар Иностранных дел Союза Советских Социалистических Республик вышел из зала, где проходило заседание Лиги Наций в приподнятом настроении. Он, наконец, достиг того, чего добивался последние годы. Его заокеанские хозяева и соратники-сионисты будут довольны: СССР объявлен агрессором и исключён из Лиги Наций! Сталин будет вынужден искать пути примирения со столь любимой Меером Британией и глубоко почитаемой им Америкой, куда последние годы переселилось столько уважаемых Валлахом людей. А значит, Усатому придётся притихнуть, и на первые роли смогут выдвинуться его соратники по антисталинскому подполью. А там и до переворота недалеко. И тогда Советская Россия станет страной благословенной, где миллионы гоев будут трудиться на благо его соотечественников из избранной богом расы. Подумать только: Народ Израилев получит богатейшую в мире страну! Со всеми её богатствами, тысячами тысяч рабов, все блага земные будут принадлежать истинным людям, а нелюди будут только покорно работать, ублажая избранных… Правильно, правильно писал Лев Давыдович: «…Мы должны превратить Россию в пустыню, населенную белыми неграми, которым мы дадим такую тиранию, которая не снилась никогда самым страшным деспотам Востока. Разница лишь в том, что тирания это будет не справа, а слева, и не белая, а красная, ибо мы прольем такие потоки крови, перед которыми содрогнутся и побледнеют все человеческие потери капиталистических войн. Крупнейшие банкиры из-за океана будут работать в теснейшем контакте с нами. Если мы уничтожим Россию, то на погребальных обломках ее укрепим власть еврейства и станем такой силой, перед которой весь мир опустится на колени. Мы покажем, что такое настоящая власть. Путем террора, кровавых бань мы доведем русский народ до полного отупения, до идиотизма, до животного состояния. Наши юноши в студенческих мундирах — сыновья аптекарей и торговцев — о, как великолепно, как восхитительно умеют они ненавидеть все русское! С каким наслаждением они физически уничтожают русский народ — офицеров, инженеров, учителей, священников, генералов, крестьян и рабочих. А когда мы будем властвовать над покоренными нами на восточных землях России народами, нужно руководствоваться одним основным принципом, а именно: предоставить простор тем, кто желает пользоваться индивидуальными свободами, избегать любых форм государственного контроля и тем самым сделать все, чтобы эти народы находились на как можно более низком уровне культурного развития…. Ибо чем примитивнее люди, тем больше они воспринимают любое ограничение своей свободы как насилие над собой…. Ни один учитель не должен приходить к ним и тащить в школу их детей… Но нужно действовать осторожно, чтобы эта наша тенденция не бросалась в глаза…. Гораздо лучше установить в каждой деревне репродуктор и таким образом сообщать людям новости и развлекать их… Только, чтобы никому в голову не взбрело рассказывать по радио покоренным народам об их истории: музыка, музыка, ничего кроме музыки…»
...где-то падал стремительным домкратом ручей, к которому подошли на водопой шакалы, которые, к счастью, в это время года не ядовитые. В учебных классах ученики наблюдали, как мечется стрелка осциллографа, показывая то ли омы, то ли вольты. В это время пожарные героически тушили проснувшийся вулкан, а великий полководец Жуков разрабатывал план разгрома Наполеона...
Многое из вышеперечисленного, по моему, макулатура.
Литература должна быть не только философской, патриотическо-пафосной и классической, но и, как минимум, ИНТЕРЕСНОЙ. Процентов 30-40 классики унылое говно, которое учителя расхваливают как сладкий леденец. Оттого и выращивается у школьников стойкое отвращение к чтению на всю жизнь.
з.ы. Когда мне, прочитавшему всего Беляева и Булычева, начинали в школе свистеть как интересно читать "горе от ума" или "вишнёвый сад" я чётко понимал, что меня откровенно разводят на фуфло. Наверное, в век телег, запряжённых лошадьми, пьессы и были чем то современным и знаковым, но в наше время это всё воспринимается как возня в песочнице. Школьникам откровенно скучно всё это. И самое главное — непонятно, потому что из зазеркалья.
печальное зрелище, ты рассуждаешь как знаток "колбасных обрезков". классическая литература не попкорн. если тебе не повезло с учителем литературы, то займись самообразованием.
Ценитель, блядь, это кому понравилось, кто нашел "цену" в чем-либо. Шаришь, урод? )
Я очень низко оценил сей текст, перенасыщенный апелляциями к "русскому духу", "русскому уму и сердцу" (граммар-наци падают в обморок), особенно, в контексте великой русской литературы и, уж тем более, в контексте воспитания человека.
Бесит меня подобная вам пидорасня. Пишут с грамматическими ошибками, а туда же, лезут в педагогику и литературоведение — куда конь с копытом, туда и рак с клешней. )
Комментарии
Ай во славном было городи во Киеви,
Ай у ласкового князя у Владимера
Тут ведь было в ево собран почесен пир,
А поцесён-от пир всё на весь-от мир,
На князьей-то было, всё на бояров,
На сильних, могучиих богатырей.
Ишше все на пиру да напивалисе,
Ишше вси на чесном да наедалисе;
На пиру-ту вси сидят да они хвастают:
Ишше глупой-от хвастат молодой женой,
А разумной-от хвастат родным батюшком,
Разумной-от хвастат родной матушкой.
Ай Владимер-от ведь по полатушкам похаживат,
Ишше сам он говорит да таковы слова,
Говорит своим могущим всем богатырям:
– Ише шьто у мня богатыри сидят не хвастают?
Я спрошу же у тибя, да доброй молодець,
Уж ты руськой сильней всё богатырь мой
Ише тот ли Сухматий-свет Сухматьёвич:
Ты не пьёшь-то у меня, сидишь, не хвастаешь?
– Говорит-то Сухматий-свет Сухматьёвич:
– Уж ты гой еси, ты красно наше солнышко,
Ише тот ли ты князь да всё Владимир-свет!
Я ведь тем резьве тебе теперь похвастаю,
Шьчо привезу я тебе лебёдушку всё ис чиста поля,
Я неранену тебе, всё некровавлёну,
Привезу тебе лебёдочку живу в руках.-
– Уж ты гой еси, Сухматий-свет Сухматьёвич!
Привези мьне-ка лебёдушку-ту завтро ты по утру мне-ка ранному.
Он отходит тут скоро почесён пир;
Ище вси-ти с пиру скоро росходятце.
Тут выходит-то дородьнёй доброй молодець,
Шьчо по имени Сухматий-свет Сухматьёвич,
Он выходит тут из-за столов-то белодубовых,
Из-за тех ли из-за скатертей шолковыих,
Он ведь бьёт-то целом, кланеитце князю со кнегиною,
Шьто со той ли с Опраксеей с королевисьнёй;
Он скорёшенько седлат своего коня доброго.
Он берёт-то всё ведь саблю свою вострую;
Поежжает во чистое поле доброй молодець,
Из циста поля на тихи всё на заводи.
Он не мок найти лебёдушки да не одной негде,
Не найти их-то да он не на заводях,
Не на матушки ни он не на Почай-реки.
Приехал дородьнёй доброй малодець:
– Эко горюшко мне теперь, да добру молодцу!
Не поеду я во красен теперь в Киев-град,
Я поеду, съежжу я теперь всё ко Непрё-реки.-
Приежает, свет, он ко Непрё-реки:
А ведь Непрё-то река течёт всё помутиласе;
Проговорила она всё с им языком человеческим.
– Уж ты гой еси, дородьнёй доброй молодець,
Уж ты сильней богатырь со сьвятой Руси,
Ты по имени Сухматий-свет Сухматьёвич!
Не гледи-тко на меня, на матушку Непрё-реку;
Погледишь ты на меня, да ты не бойсе всё;
Я ведь, матушка-река, ис силушки повышла всё;
Там стоят-то за мной, за матушкой Непрё-рекой,
Стоит-то тотаровей поганых десеть тысечей;
Как поутру-ту они да всё мосты мосьтят,
Всё мосты они мосьтят, мосты калиновы:
Они утром-то мосьтят – я ночью всё у их повырою;
Помутилась я, матушка Непрё-река,
Помутилась-то всё да я изьбиласе.-
Тут поехал-то дородьнёй доброй молодець,
Он за матушку поехал за Непрё-реку
По тому-ту всё по мосту по калинову;
Он ведь стал-то тотар да побивать да всё поежживать,
Он конём их стал топтать да всё на саблю востру брать.
Как один-от был идолишо поганое,
Он стрелял-то всё в дородьня добра молодца
А в того ли-то в Сухматия Сухматьёвича;
Он направил свою всё калену сьтрелу,
Он просьтрёлил у ево да всё как правой бок;
Ише вышла пуля-та всё в левой бок.
Тут ведь спал-то со добра коня дородьнёй доброй молодець
Ише тот ли Сухматий-свет Сухматьёвич;
Он ведь взял-то из травы да всё сорвал листков,
Он обкладывал листами всё раны свои кровавыя;
Он с того-то всё ишё с горя великого
Он выдёрьгивал лесину из сырой земли,
Он как стал-то лесиноцькой посьвистывать,
Он ведь стал-то дубиночкой помахивать;
Он прибил-то ведь поганых всих тотарь-то тут
Не оставил он ведь силы всё на сёмяна.
Да восталось дубиночки-то всё один обломочек;
Тут ведь скоро он садилсэ на добра коня;
Приежает ко городу ко Киеву,
Он ко ласковому князю ко Владимеру;
Ай выходит скоро князь его стрецять всё на широкой двор,
Говорит-то он ему всё таковы реци:
– Ты привёз ли мне, дородьнёй доброй молодець
А по имени Сухматий-свет Сухматьёвич,
Ты привёз ли мне лебёдочку неранену,
Ты неранену лебёдочку, всё некровалену;
Ты живу-ту мне в руках хотел привезьти да всё немёртвую? — Говорит-то тут Сухматий-свет Сухматьёвич:
– Мне-ка было, моё ты красно солнышко,
Мне ведь было всё ведь тут не до лебёдушки:
Подошла-то тут силушка тотарьская,
Ай у матушки стоит всё у Непрё-реки,
Ай стоели тотарь всё
Литература должна быть не только философской, патриотическо-пафосной и классической, но и, как минимум, ИНТЕРЕСНОЙ. Процентов 30-40 классики унылое говно, которое учителя расхваливают как сладкий леденец. Оттого и выращивается у школьников стойкое отвращение к чтению на всю жизнь.
з.ы. Когда мне, прочитавшему всего Беляева и Булычева, начинали в школе свистеть как интересно читать "горе от ума" или "вишнёвый сад" я чётко понимал, что меня откровенно разводят на фуфло. Наверное, в век телег, запряжённых лошадьми, пьессы и были чем то современным и знаковым, но в наше время это всё воспринимается как возня в песочнице. Школьникам откровенно скучно всё это. И самое главное — непонятно, потому что из зазеркалья.
По-русски это называется — не в коня корм. Что читал он, что не читал — один хер, косноязычен и пафосен зело.
Я очень низко оценил сей текст, перенасыщенный апелляциями к "русскому духу", "русскому уму и сердцу" (граммар-наци падают в обморок), особенно, в контексте великой русской литературы и, уж тем более, в контексте воспитания человека.
Бесит меня подобная вам пидорасня. Пишут с грамматическими ошибками, а туда же, лезут в педагогику и литературоведение — куда конь с копытом, туда и рак с клешней. )