Мы евреи, отыгрались на немцах с помощью русских, английских и американских гоев. Наши следователи забивали их до смерти в пыточных камерах Нюрнберга. Мы убили в немцах дух нации и они уже никогда не поднимутся с колен. За отрицание холокоста — тюрьма!
ну насчет переброски сдавшихся союзникам частей их транспортом на восточный фронт — было... только не помогло, а вот дальше эти пленные были обузой. Пример выдача тех же красновцев, которую сейчас так любят описывать наши мрази=правозащитники, что мол казачки стрелялись и топились семьями, лишь бы не выслали на родину;) А если к тому вспомнить. что во время войны бриты умышленно создали голод в бенгалии. который привел менее чем за полгода к 8 миллионам официальным (до 15 по другим) источникам умерших британских граждан — бенгальцев...
Немцы "предпочитали". Они не предпочитали, а бегом драпали в "американский" плен. На этот счет масса воспоминаний, как немцев, так и наших. И понятно почему. Они точно понимали, что заслужили. Все. Заблуждений не было ни у кого.
Это сейчас вселенский вой про злобных русских. Но правда иногда прорывается. На что мог рассчитывать какой нибудь Ганс, пусть даже молоденький, если он своими глазами видел "остарбайтеров" либо на ферме своего папахен, либо у соседа-бауэра? Видел с 1942года, кргда бегал в Гитлерюгенде, высоко задирая голые коленки.
Немчики выпусти фильму про страдания остпрускаков. Но там одна тетка сказала, что когда на гранеце Пруссии загрохотали пушки, то ее попахен, списанный по инвалидности майор вермахта (ручку ему на Восточном фронте оторвало), сказал, что им нужно готовиться к эвакуации из фамильного поместья. Главный дом поместья до сих пор цел, кстати. Причем готовиться улепетывать навсегда. На вопросы семейства что да как папахен впервые после восточного фронта открыл рот и сказал, что если русские в Германии сделают хотя бы десятую часть того, что мы делали у них, то небо с овчинку покажется. Успели хитро удрать. Так что и свои гитлеровцы не повесили, ни в окружение не попали. Ну там были еще душещипательный рассказ про верного военнопленного француза и не менее верную украинскую служанку. Остальной контингент поместья, немцы и не немцы, был брошен на произвол судьбы.
А что касается тех кто сдался немцам, то многое зависело от места и других обстоятельств. Кто-то из немчиков рассказывает вот о такой картине. Другие об американском шоколаде. Кому-то удавалось выбраться из плена за полгода, а кто и до 49 года лямку тянул. Как некий крендель, которого из американского лагеря в Калифорнии в 47 году оотправили как бы на родину. Но по пути в Германию в Англии британцы его загнали в свой лагерь. И трубил он там до 49 года. Но после освобождения, понюхавши жисть в Германии, он списался со своим бывшим английским начальством и снова стал работать на железке в Англии. Уже вольным.
ага... "концлагерь моей мечты — это где евреи будут надзирателями" — ты это хотел сказать?:) Ведь в лагерях то тех гнили не офицеры вермахата, которых пиндосы-бриты вывезли к себе и устроили на теплые места, а простые солдаты, выполнявшие свой воинский ДОЛГ по призыву!
Славута была занята немецкими войсками 4 июля 1941 года. Уже осенью немцы организовали там для раненых и больных офицеров и солдат Красной Армии лазарет, получивший название «Гросс-лазарет Славута, цвай лагерь 301». Располагался он в бывшем военном городке в двух километрах юго-восточнее города и занимал десять трёхэтажных каменных зданий-блоков. Немцы обнесли лагерь семью рядами проволочных заграждений, вдоль которых через каждые 10 метров были установлены вышки с пулеметами и прожекторами. Вокруг каждого здания также имелись два ряда колючей проволоки. Лагерь патрулировали охранники с собаками[1]. Охранники были различных национальностей, но по большей части венгры и поляки[2].
Условия в лагере были самыми ужасными. Военнопленный М.Ермаков, работавший врачом в лагере, описывал его следующим образом: «После беседы пошёл на обход. В казарме захватило дыхание от непереносимого запаха испражнений и разлагавшихся трупов. При входе стояла параша из усечённой бочки, переполненная фекалиями. Многие раненые и больные от истощения не поднимались, страдали недержанием мочи, профузными дизентерийными и безбелковыми поносами, отёками лица и конечностей. Нечистоты с верхних нар стекали вниз…»[1].
Уборка бараков не производилась. Больные по нескольку месяцев оставались в том белье, в котором попадали в плен. Спали они безо всякой подстилки. Многие из них были полураздеты или совершенно голые. Помещения, в которых они содержались, не отапливались, а примитивные печи, сделанные самими военнопленными, уничтожались. Элементарная санитарная обработка новоприбывших в «лазарет» не проводилась.
В «лазарете» немцы преднамеренно распространяли инфекционные заболевания. Больных сыпным тифом, туберкулёзом, дизентерией, раненых с тяжелыми и лёгкими повреждениями они размещали в одних помещениях. Бывший военнопленный советский врач А. Крыштоп впоследствии рассказывал, что «в одном блоке находились больные сыпным тифом и туберкулёзом, количество больных доходило до 1800 человек, в то время как в нормальных условиях там можно было разместить не более 400 человек»[3].
Одним из видов пыток в «лазарете» было заключение больных в карцер, который представлял собою холодное помещение с цементным полом. Заключенные в карцер на несколько дней лишались пищи, и многие там умирали. Больных и слабых немцы с целью ещё большего истощения заставляли бегать вокруг зданий «лазарета», а тех, кто не мог бегать, запарывали до полусмерти.
Нередки были случаи убийства военнопленных немецкой охраной ради потехи. Так немцы бросали на проволочные заграждения внутренности павших лошадей и, когда оголодавшие военнопленные подбегали к заграждениям, охрана открывала по ним огонь из автоматов. За малейшие «проступки» пленные наказывались смертью.
Раненых и больных военнопленных, несмотря на их крайнюю степень истощения, лагерное начальство принуждало к физическому труду. На военнопленных перевозились тяжести, вывозились из лагеря трупы. Изнемогающих и падающих военнопленных конвоиры убивали на месте. Путь на работу и с работы, по словам ксёндза города Славуты Милевского, был, как вехами, отмечен маленькими надмогильными холмиками[3].
15 января 1944 года подразделения 226-й стрелковой дивизии вошли в Славуту, и местные жители сообщили им, что, не доходя до реки, в бывших будённовских казармах, находится концлагерь «Гросс–лазарет» для больных и раненых советских военнопленных. Подошедшие бойцы дивизии обнаружили там горы трупов, на земле лежало множество мертвых тел, облитых карболкой. В бараках находилось 525 истощённых военнопленных, которых немцы не успели расстрелять перед оставлением Славуты[7].
Это лишь один из лагерей смерти, которые массово организовывали "простые зольдатты верхмахта, которые всего лишь "честно исполняли приказы".
Поэтому плакать по их страданиям я не стану — что хотели — то и получили. Но вот галочку что америкосам (как и немцам) в плен лучше не попадать — в памяти вырублю.
Папа дошел до Кенигсберга.Когда продвигались по Пруссии,шли по брошенным посёлкам.Был приказ мародеров расстреливать.Но кушать хотелось и по подвалам всё равно лазили.С войны папа привёз складную ложку немецкую,боялись что то брать.
Комментарии
У меня бабушка два фашистских концлагеря пережила. Что там с ней делали писать рука не поднимается.
англосаксов продолжить войну с СССР,с использованием немцев.Их даже не разоружали и содержали
воинскими подразделениями.Да и общеизвесный факт,что немцы предпочитали сдаваться союзникам
говорит не в пользу статьи.Если что-то и было подобное,то касалось эссовцев,но процент их был
небольшой,многие к тому времени успели "перекраситься".
Это сейчас вселенский вой про злобных русских. Но правда иногда прорывается. На что мог рассчитывать какой нибудь Ганс, пусть даже молоденький, если он своими глазами видел "остарбайтеров" либо на ферме своего папахен, либо у соседа-бауэра? Видел с 1942года, кргда бегал в Гитлерюгенде, высоко задирая голые коленки.
Немчики выпусти фильму про страдания остпрускаков. Но там одна тетка сказала, что когда на гранеце Пруссии загрохотали пушки, то ее попахен, списанный по инвалидности майор вермахта (ручку ему на Восточном фронте оторвало), сказал, что им нужно готовиться к эвакуации из фамильного поместья. Главный дом поместья до сих пор цел, кстати. Причем готовиться улепетывать навсегда. На вопросы семейства что да как папахен впервые после восточного фронта открыл рот и сказал, что если русские в Германии сделают хотя бы десятую часть того, что мы делали у них, то небо с овчинку покажется. Успели хитро удрать. Так что и свои гитлеровцы не повесили, ни в окружение не попали. Ну там были еще душещипательный рассказ про верного военнопленного француза и не менее верную украинскую служанку. Остальной контингент поместья, немцы и не немцы, был брошен на произвол судьбы.
А что касается тех кто сдался немцам, то многое зависело от места и других обстоятельств. Кто-то из немчиков рассказывает вот о такой картине. Другие об американском шоколаде. Кому-то удавалось выбраться из плена за полгода, а кто и до 49 года лямку тянул. Как некий крендель, которого из американского лагеря в Калифорнии в 47 году оотправили как бы на родину. Но по пути в Германию в Англии британцы его загнали в свой лагерь. И трубил он там до 49 года. Но после освобождения, понюхавши жисть в Германии, он списался со своим бывшим английским начальством и снова стал работать на железке в Англии. Уже вольным.
как в ссср население истреблять, так-тевтонская элита-рыцари... а как сами за колючий забор, так "тожелюди"
Конечно, так нельзя, даже с врагом , но НЕ ЖАЛКО НИ КАПЛИ
а концлагеря придуманы англами...
Условия в лагере были самыми ужасными. Военнопленный М.Ермаков, работавший врачом в лагере, описывал его следующим образом: «После беседы пошёл на обход. В казарме захватило дыхание от непереносимого запаха испражнений и разлагавшихся трупов. При входе стояла параша из усечённой бочки, переполненная фекалиями. Многие раненые и больные от истощения не поднимались, страдали недержанием мочи, профузными дизентерийными и безбелковыми поносами, отёками лица и конечностей. Нечистоты с верхних нар стекали вниз…»[1].
Уборка бараков не производилась. Больные по нескольку месяцев оставались в том белье, в котором попадали в плен. Спали они безо всякой подстилки. Многие из них были полураздеты или совершенно голые. Помещения, в которых они содержались, не отапливались, а примитивные печи, сделанные самими военнопленными, уничтожались. Элементарная санитарная обработка новоприбывших в «лазарет» не проводилась.
В «лазарете» немцы преднамеренно распространяли инфекционные заболевания. Больных сыпным тифом, туберкулёзом, дизентерией, раненых с тяжелыми и лёгкими повреждениями они размещали в одних помещениях. Бывший военнопленный советский врач А. Крыштоп впоследствии рассказывал, что «в одном блоке находились больные сыпным тифом и туберкулёзом, количество больных доходило до 1800 человек, в то время как в нормальных условиях там можно было разместить не более 400 человек»[3].
Одним из видов пыток в «лазарете» было заключение больных в карцер, который представлял собою холодное помещение с цементным полом. Заключенные в карцер на несколько дней лишались пищи, и многие там умирали. Больных и слабых немцы с целью ещё большего истощения заставляли бегать вокруг зданий «лазарета», а тех, кто не мог бегать, запарывали до полусмерти.
Нередки были случаи убийства военнопленных немецкой охраной ради потехи. Так немцы бросали на проволочные заграждения внутренности павших лошадей и, когда оголодавшие военнопленные подбегали к заграждениям, охрана открывала по ним огонь из автоматов. За малейшие «проступки» пленные наказывались смертью.
Раненых и больных военнопленных, несмотря на их крайнюю степень истощения, лагерное начальство принуждало к физическому труду. На военнопленных перевозились тяжести, вывозились из лагеря трупы. Изнемогающих и падающих военнопленных конвоиры убивали на месте. Путь на работу и с работы, по словам ксёндза города Славуты Милевского, был, как вехами, отмечен маленькими надмогильными холмиками[3].
15 января 1944 года подразделения 226-й стрелковой дивизии вошли в Славуту, и местные жители сообщили им, что, не доходя до реки, в бывших будённовских казармах, находится концлагерь «Гросс–лазарет» для больных и раненых советских военнопленных. Подошедшие бойцы дивизии обнаружили там горы трупов, на земле лежало множество мертвых тел, облитых карболкой. В бараках находилось 525 истощённых военнопленных, которых немцы не успели расстрелять перед оставлением Славуты[7].
Это лишь один из лагерей смерти, которые массово организовывали "простые зольдатты верхмахта, которые всего лишь "честно исполняли приказы".
Поэтому плакать по их страданиям я не стану — что хотели — то и получили. Но вот галочку что америкосам (как и немцам) в плен лучше не попадать — в памяти вырублю.