В детей надо вкладывать. Причем не деньги, хотя и их тоже, куда без этого, а в первую очередь время. Свое время. Я знавал в оставленном мною двадцать первом веке немало «крутых», сильно поднявшихся в постсоветские времена — владельцев, так сказать, заводов, газет, пароходов, которые к концу нулевых просто за голову хватались! Потому как пока папашки рубили бабло, отстреливались от наездов, покупали и переоснащали либо возводили с нуля заводы, выбивали из банков кредиты, трахали топ-моделей и спускали бабки в Монте-Карло и Лас-Вегасе… ну жили, короче, по полной — оставленные без присмотра детки вырастали в такое говно… Так что престарелые крутые перцы и плейбои, к концу жизни забравшись вроде как на самую вершину, внезапно понимали, что все, чего они добились за свою жизнь, — пыль и тлен. Потому что ему-то осталось еще лет десять — пятнадцать, а там либо инфаркт, либо тромб оторвется (с такими-то нервными нагрузками), а вот это… ну что выросло — все просрёт. И ничего уже с этим сделать нельзя. Потому что как-никак — свой выкакыш, а слов он уже не понимает. У него уже есть свое мнение, и само знает, что лучше, продвинутее, креативнее, ну и тому подобное. А предок — полный отстой и нужен исключительно для того, чтобы отстегивать бабло на телок, дурь, вечеринки и так далее. Причем еще и голос повышает. Потому что предок, оказывается, неприлично жадный. У самого бабок — куры не клюют, а для любимого чада, у которого не только запросы, но и еще ибическая сила, и права имеются, — нет. Ну не то чтобы совсем нет, но не столько, сколько ему надобно, а даются же всего лишь жалкие гроши, копейки (а его отец, когда только еще начинал, умудрялся на них жить годами)… И потому чадо начинает активно ждать, когда же предок скопытится. А некоторые даже еще и предпринимают усилия, чтобы помочь предку отправиться туда, куда ему давно дорога…
Всё так, но... почему-то не жаль ни предков тех ни чад их.
Чтобы нарубить стока бабок, надо было заморозить в себе чувства даже к собственным чадам.
Так чего было ожидать после такой глубокой заморозки? Какой-такой благодарности?
Посеявший ветер — пожнёт бурю.
Кому и буря дом родной, помните?
"Над седой равниной моря ветер тучи собирает. Между тучами и морем гордо
реет Буревестник, черной молнии подобный.
То крылом волны касаясь, то стрелой взмывая к тучам, он кричит, и — тучи слышат радость в смелом крике птицы.
В этом крике — жажда бури! Силу гнева, пламя страсти и уверенность в
победе слышат тучи в этом крике.
Чайки стонут перед бурей, — стонут, мечутся над морем и на дно его
готовы спрятать ужас свой пред бурей.
И гагары тоже стонут, — им, гагарам, недоступно наслажденье битвой
жизни: гром ударов их пугает.
Глупый пингвин робко прячет тело жирное в утесах... Только гордый
Буревестник реет смело и свободно над седым от пены морем!
Все мрачней и ниже тучи опускаются над морем, и поют, и рвутся волны к
высоте навстречу грому.
Гром грохочет. В пене гнева стонут волны, с ветром споря. Вот
охватывает ветер стаи волн объятьем крепким и бросает их с размаху в дикой
злобе на утесы, разбивая в пыль и брызги изумрудные громады.
Буревестник с криком реет, черной молнии подобный, как стрела пронзает
тучи, пену волн крылом срывает.
Вот он носится, как демон, — гордый, черный демон бури, — и смеется, и
рыдает... Он над тучами смеется, он от радости рыдает!
В гневе грома, — чуткий демон, — он давно усталость слышит, он уверен,
что не скроют тучи солнца, — нет, не скроют!
Ветер воет... Гром грохочет...
Синим пламенем пылают стаи туч над бездной моря. Море ловит стрелы
молний и в своей пучине гасит. Точно огненные змеи, вьются в море, исчезая,
отраженья этих молний.
— Буря! Скоро грянет буря!
Это смелый Буревестник гордо реет между молний над ревущим гневно
морем; то кричит пророк победы:
— Пусть сильнее грянет буря!.."
Вы думаете — гламурные чада будут способны "жаждать бури"?
гм... Подросшие отпрыски "новых русских" мне напоминают известного всем Шарикова,
в новой формации, разумеется. Какая уж тут буря?
Если что и будет — так, скорее, "нашествие марсиан"
Подробнее про эту тюрьму: prediger-ru.livejournal.com
Если бы о. Петр сам бы пожил теми порядками, какие завел для насельников, потрудился на послушаниях весь день от зари до зари, в болезни, получил бы отказ в мед. помощи и был бы унижен подозрением в симуляции — вообще попробовал бы все на себе, он бы понял, почему из его прекрасной пустыни все бегут, сломя голову…Своих мыслей иметь нельзя, они настоятелю не нужны, у него для всех есть свои. Нужно только рабское повиновение.
Комментарии
У меня только маленький вопрос: а если бы там была синагога, мечеть или буддийский монастырь? :^)
Чтобы нарубить стока бабок, надо было заморозить в себе чувства даже к собственным чадам.
Так чего было ожидать после такой глубокой заморозки? Какой-такой благодарности?
Посеявший ветер — пожнёт бурю.
"Над седой равниной моря ветер тучи собирает. Между тучами и морем гордо
реет Буревестник, черной молнии подобный.
То крылом волны касаясь, то стрелой взмывая к тучам, он кричит, и — тучи слышат радость в смелом крике птицы.
В этом крике — жажда бури! Силу гнева, пламя страсти и уверенность в
победе слышат тучи в этом крике.
Чайки стонут перед бурей, — стонут, мечутся над морем и на дно его
готовы спрятать ужас свой пред бурей.
И гагары тоже стонут, — им, гагарам, недоступно наслажденье битвой
жизни: гром ударов их пугает.
Глупый пингвин робко прячет тело жирное в утесах... Только гордый
Буревестник реет смело и свободно над седым от пены морем!
Все мрачней и ниже тучи опускаются над морем, и поют, и рвутся волны к
высоте навстречу грому.
Гром грохочет. В пене гнева стонут волны, с ветром споря. Вот
охватывает ветер стаи волн объятьем крепким и бросает их с размаху в дикой
злобе на утесы, разбивая в пыль и брызги изумрудные громады.
Буревестник с криком реет, черной молнии подобный, как стрела пронзает
тучи, пену волн крылом срывает.
Вот он носится, как демон, — гордый, черный демон бури, — и смеется, и
рыдает... Он над тучами смеется, он от радости рыдает!
В гневе грома, — чуткий демон, — он давно усталость слышит, он уверен,
что не скроют тучи солнца, — нет, не скроют!
Ветер воет... Гром грохочет...
Синим пламенем пылают стаи туч над бездной моря. Море ловит стрелы
молний и в своей пучине гасит. Точно огненные змеи, вьются в море, исчезая,
отраженья этих молний.
— Буря! Скоро грянет буря!
Это смелый Буревестник гордо реет между молний над ревущим гневно
морем; то кричит пророк победы:
— Пусть сильнее грянет буря!.."
гм... Подросшие отпрыски "новых русских" мне напоминают известного всем Шарикова,
в новой формации, разумеется. Какая уж тут буря?
Если что и будет — так, скорее, "нашествие марсиан"
Если бы о. Петр сам бы пожил теми порядками, какие завел для насельников, потрудился на послушаниях весь день от зари до зари, в болезни, получил бы отказ в мед. помощи и был бы унижен подозрением в симуляции — вообще попробовал бы все на себе, он бы понял, почему из его прекрасной пустыни все бегут, сломя голову…Своих мыслей иметь нельзя, они настоятелю не нужны, у него для всех есть свои. Нужно только рабское повиновение.
ieromon-petr.livejournal.com