Ну какая ненависть? Пидоры вполне осознанно рекламируют себя, ни один нормальный человек не будет организовывать парады психически нормальных людей в поддержку своей нормальности. Витиевато сказано. но как-то так...
Журналистка и правозащитница Маша Гессен записывает у себя в «Фейсбуке»: «Я вот думаю, что надо призывать к международному бойкоту города Петербурга в связи с законом против «пропаганды гомосексуализма». Это тот случай, когда и призыв будет услышан, и бойкот будет заметен – как раз скоро начнется туристический сезон».
Да и тут воинственные святоши молчат — осквернять детей полезно для туристического бизнеса.
Нищий Петербург действительно живет с туризма, зачем делать его еще нищее? По сути, Гессен призывает ко второй блокаде города, спустя семьдесят лет после первой, мягкой, конечно, гуманитарной, но сокрушительной для населения. Но Большевики тогда детей спасали . вывозя по дороге жизни . а сейчас наоборот Демократы сжигают в пучине разврата и услады богатых туристов .
Любовь втроем. Тема, согласитесь, не лишенная романтической привлекательности. У кого-то лесбийские отношения с этого начинались. Для многих это было лишь мимолетным опытом (и далеко не всегда позитивным), для кого-то это — образ жизни, реализация серьезных чувств, способ расслабления. Но, смеем вас уверить, — пробовали практически все. Своим мнением о любви втроем, исходящим (естественно!) из личного опыта, поделилась с нами Маша Гессен, человек, мы надеемся, не нуждающийся в дополнительных представлениях.
- Маша, ты можешь вспомнить, когда у тебя помимо подруги появилась еще и первая любовница?
Маша Гессен: Мне мой муж говорил, что я так замечательно пудрю мозги своей возлюбленной, что она даже не подозревает, что у меня есть любовница. А дело было так... Мне было только 16 лет, и я жила с этой женщиной... И она была немножко ревнива (Абсолютно без всякого основания, потому что у меня сердце большое — его хватает на всех. А потому ревновать не имеет никакого смысла.). И вот, как-то раз, она нашла у меня в кармане джинс кусочек бумажки с телефончиком и закатила мне по этому поводу скандал. Мне это поведение показалось совершенно возмутительным: во-первых, нечего лазить по джинсовым карманам как задним, так и передним. А во-вторых, по поводу телефончика нельзя же устраивать скандал. И вообще, я считаю, что люди, которые живут вместе и любят друг друга, должны давать друг другу максимальный люфт. (К тому моменту мы уже вместе жили около полугода.) И я размахивала этим клочком бумаги: "Как ты могла подумать такое? Про меня!!! Как ты могла такое заподозрить обо мне?"
- И она поверила?
Маша Гессен: А вы бы не поверили? Посмотрите в мои глаза: разве эти глаза могут лгать? А потом, если человек врет своей возлюбленной, значит он хочет, чтобы ему поверили....
- Вы так легко скрыли свою измену, и вам так легко поверили... Наверное, это понравилось?
Маша Гессен: Если Вы хотите спросить когда я стала окончательно испорченной, — то этот момент наступил гораздо раньше. А в то время я была уже сформировавшимся человеком, со своим определенным отношением к отношениям.
- К изменам вы легко относились?
Маша Гессен: Ну, я не люблю это слово "измена". Предпочитаю рассматривать это как увлеченность и разносторонность. И я, по мере сил и возможностей, пытаюсь своих любимых женщин убедить в правильности таких отношений.
- Как они относятся к этим провокациям?
Маша Гессен: По-моему, это не провокации. Это из лучших побуждений. С возрастом я научилась настаивать на своем. Не могу я дать обета супружеской верности, но могу предложить своё... То есть я считаю правильными те отношения, когда я (при серьезном отношении) в них не вовлекаю новых людей, не вступаю в такие внебрачные отношения, которые каким-то образом будут разрушать мои основные брачные отношения.
- А как определить какие это отношения?
Маша Гессен: А как разделить отношения любовные от нелюбовных? Что, это зависит от того — присутствует ли секс? То есть вполне можно загнать свои брачные отношения в тупик, влюбившись в кого-то и никогда не совокупляясь. И при этом чувствовать себя во всех отношениях правыми, — как некоторые наши знакомые.
- Создается впечатление, что Вы предлагаете своей подруге просто-напросто смириться с вашими "загулами" и смотреть на них "сквозь пальцы"... А стоит ли подруге знать о ваших похождениях?
Маша Гессен: Нет, я вовсе так не считаю. Я постараюсь это скрыть. Я совершенно уверена, что честность — это порок, нежелание брать на себя ответственность за собственные поступки, стремление отделаться от чувства вины. Нет ничего проще пойти с кем-нибудь трахнуться, а потом вернуться домой и во всех подробностях об этом рассказать подруге. И чувствовать себя не виноватой, потому что, во-первых, ты якобы уже раскаялась, во вторых, чувство ответственности вы уже как бы делите вдвоем с партнером. Ну, и в-третьих, уже и самого чувства вины нет.
- А когда не признаешься в связях "на стороне", ты не чувствуешь себя виноватой?
Маша Гессен: Я?! Как правило, не чувствую. То есть я вполне способна ощущать чувство вины, но не по этому поводу. Я принимаю все меры, чтобы моя подруга об этом не узнала.
- А если ты узнаешь, что у твоей подруги есть связи "на стороне"?
Маша Гессен: Я стараюсь этого не знать. Скажите, как я могу случайно об этом узнать? Мне кажется, что для этого надо иметь глупых и жестоких друзей, а я стараюсь с такими не дружить. Ну, я никогда не стану рыться в карманах женщины, с которой я живу. Даже если попадется на глаза какое-то письмо, я не стану его читать. Это элементарное уважение к личности.
- Бывало так, что ты разрывалась между двумя людьми, которые тебе дороги?
Маша Гессен: В конце концов оказываешься либо с одной из них, либо ни с одной...
- А втроем?
Маша Гессен: А, да... у меня было такое. Это история о том, какая я была глупая, когда мне было 18 лет. Я тогда уже с кем-то жила. И я постепенно поняла, что постепенно влюбляюсь в женщину, с которой мы вместе работали в газете. Но она совершенно не соответствовала
Но она совершенно не соответствовала моим представлениям о том, в кого я могу влюбиться: она была такая большая, толстая, некрасивая и на 14 лет старше меня. Да еще она работала бухгалтершей... Была доктором наук, но работала бухгалтершей. А я тогда была очень амбициозной девушкой... И мне было больно осознавать, что она не соответствует моим представлениям. Тогда я еще почему-то старалась быть верной своей подруге и мы стали вместе дружить с бухгалтершей и её подругой. А как-то раз мы с бухгалтершей вместе уходили из редакции и почему-то сели в одну машину, и куда-то поехали... И сказали, что мы друг в друга влюблены... Потом рассказали об этом своим подругам, собрались все вместе и стали решать, что делать дальше. В начале 80-х американские лесбиянки были чем-то невообразимым (а я тогда жила как раз в Америке)... И вот подруги решили, что мы с ней должны совокупиться, — быть может, тогда нам станет легче. И они нас послали в гостиницу, чтобы не дома этим занимались... Надо отметить, что это был не такой опыт, чтобы сильно захотелось продолжать отношения.
После этой истории мы стали дружить "семьями". А потом как-то раз мы пошли вчетвером в кино, которого почему-то не было. Вместо него мы решили сходить за вином. И вот, когда мы ходили за вином, я шла за подругой бухгалтерши, и вдруг поняла, что она значительно красивее и вообще значительно больше соответствует тому, в кого я могу влюбиться. И я решила, что влюблюсь пожалуй в нее. К тому же она была вполне похожа на "бухгалтершу", и говорили они уже похоже. Она оказывала на людей очень большое влияние. И я решила, что я в нее влюбляюсь. Поэтому, когда вернулись к ним домой, и наши подруги сели играть в шахматы, мы вышли поговорить... Почему-то в спальню. Кончилось-то все скандалом. Сначала был секс, а потом скандал. Секс при этом был такой неоконченной пьесой, потому что ворвались эти две, и дальше было совершенно ужасно. Кончилось тем, что все разошлись. Я осталась со своей подругой... А потом мы все друг другу так испортили жизнь, что утешать нас было уже некому кроме нас самих. И я как-то поехала к ним утешаться, да так там и осталась.
И вот два года я провела с двумя женщинами. То есть сначала у меня развивался роман с одной из них, потом с другой. Потом появились третьи отношения (или четвертые) — с обоими. То есть в рамках одной семьи существовало четыре отношения... Предположим, человека три: А, Б и Маша. Значит, есть отношения между А и Б, между А и Машей, между Б и Машей, и есть отношения между А, Б и Машей. Это четыре совершенно отдельных сочетания. И все развиваются по своим законам.
- То есть неделю делили на четыре?
Маша Гессен: Нет, все было совершенно произвольно. В какой-то момент развивались одни отношения, потом другие. Основное неудобство в том, что когда мы что-то пытались сделать втроем, то выяснялось, что это сделать безумно трудно. Например, собираемся куда-то пойти в пятницу вечером, а тут оказывается, что у одной назначена встреча, у другой еще что-то, а у третьей еще что-то, а кто-то взял куда-то билеты, а кто-то с кем-то уже договорился... Для того, чтобы два человека выползли из дома требуется время, а втроем еще больше.
- Чтобы жить втроем надо как-то договориться... Или всё так, само собой получилось?
Маша Гессен: Ну, сначала так получилось, а потом договорились. Причем договорились, что сексом могут заниматься любые двое, но не все трое. Мы сидели на кухне за столом и договаривались, а потом на полу втроем и занялись... Да, еще договорились, что на кухне не будем этим заниматься!.. Мы договорились, что будем заниматься этим только в спальне. Но этот договор не соблюдался ни секунды. От того, что все можно нарушать — от этого тоже получаешь особое удовольствие.
А потом мы купили дом, в котором у всех троих были свои комнаты. И сразу же пришлось договориться, что никакие двое не будут заниматься любовью на глазах третьей.
- А возникал вопрос о том, позволяются ли измены?
Маша Гессен: Коллективное решение было такое: если у кого-то хватает сил еще на что-то, то полный вперед!
- У тебя хватало сил ?
Маша Гессен: Нет... Совершенно. А потом — то напряжение, которое дает измена, присутствовало в наших отношениях, потому что ревности там было хоть отбавляй. Ведь можно было согрешить и в соседней комнате... Или договориться с одной из них, а встретиться с другой. Или с одной поехать на концерт, а потом трахнуться в машине, а другая об этом даже не знала. Все возможности были под рукой.
- Исполнение супружеского долга обязательное?
Маша Гессен: Нет. Но одна все время обижалась на двоих. На обеих... Мы спали втроем в одной постели... Просыпаемся, а она нам: "Хорошо ли вам спалось?". А мы ведь просто спали...
Как выяснилось по прошествии несколько недель, мы с одной трахались во сне, не просыпаясь. Что, в общем-то, не удивительно. В то время я училась в институте и работала на двух работах. Спала 2-3 часа в сутки, приезжала на работу и досыпала на стоянке в машине — ставила будильник. А в том, что та, вторая, не просыпалась
Комментарии
которая незаметно держится за нами уже с полчаса. Ну, да, на ту. Видите,
к ее хвосту привязана сковородка, а на ошейнике висит большая табличка
"Холмс и Ватсон — мошенники и педерасты".
— Но что все это может значить, Холмс?!
— Я думаю, друг мой, кто-то тонко дает нам понять, что для него больше
не секрет, кто мы с вами на самом деле.
Пришлось ограничитья первым пунктом.
Такая же новость в развитых странах не вызвала бы никакого интереса.
Даже в какой-нить завалящей Эстонии
Без этого так скучно жить
Да и тут воинственные святоши молчат — осквернять детей полезно для туристического бизнеса.
Нищий Петербург действительно живет с туризма, зачем делать его еще нищее? По сути, Гессен призывает ко второй блокаде города, спустя семьдесят лет после первой, мягкой, конечно, гуманитарной, но сокрушительной для населения. Но Большевики тогда детей спасали . вывозя по дороге жизни . а сейчас наоборот Демократы сжигают в пучине разврата и услады богатых туристов .
- Маша, ты можешь вспомнить, когда у тебя помимо подруги появилась еще и первая любовница?
Маша Гессен: Мне мой муж говорил, что я так замечательно пудрю мозги своей возлюбленной, что она даже не подозревает, что у меня есть любовница. А дело было так... Мне было только 16 лет, и я жила с этой женщиной... И она была немножко ревнива (Абсолютно без всякого основания, потому что у меня сердце большое — его хватает на всех. А потому ревновать не имеет никакого смысла.). И вот, как-то раз, она нашла у меня в кармане джинс кусочек бумажки с телефончиком и закатила мне по этому поводу скандал. Мне это поведение показалось совершенно возмутительным: во-первых, нечего лазить по джинсовым карманам как задним, так и передним. А во-вторых, по поводу телефончика нельзя же устраивать скандал. И вообще, я считаю, что люди, которые живут вместе и любят друг друга, должны давать друг другу максимальный люфт. (К тому моменту мы уже вместе жили около полугода.) И я размахивала этим клочком бумаги: "Как ты могла подумать такое? Про меня!!! Как ты могла такое заподозрить обо мне?"
- И она поверила?
Маша Гессен: А вы бы не поверили? Посмотрите в мои глаза: разве эти глаза могут лгать? А потом, если человек врет своей возлюбленной, значит он хочет, чтобы ему поверили....
- Вы так легко скрыли свою измену, и вам так легко поверили... Наверное, это понравилось?
Маша Гессен: Если Вы хотите спросить когда я стала окончательно испорченной, — то этот момент наступил гораздо раньше. А в то время я была уже сформировавшимся человеком, со своим определенным отношением к отношениям.
- К изменам вы легко относились?
Маша Гессен: Ну, я не люблю это слово "измена". Предпочитаю рассматривать это как увлеченность и разносторонность. И я, по мере сил и возможностей, пытаюсь своих любимых женщин убедить в правильности таких отношений.
- Как они относятся к этим провокациям?
Маша Гессен: По-моему, это не провокации. Это из лучших побуждений. С возрастом я научилась настаивать на своем. Не могу я дать обета супружеской верности, но могу предложить своё... То есть я считаю правильными те отношения, когда я (при серьезном отношении) в них не вовлекаю новых людей, не вступаю в такие внебрачные отношения, которые каким-то образом будут разрушать мои основные брачные отношения.
- А как определить какие это отношения?
Маша Гессен: А как разделить отношения любовные от нелюбовных? Что, это зависит от того — присутствует ли секс? То есть вполне можно загнать свои брачные отношения в тупик, влюбившись в кого-то и никогда не совокупляясь. И при этом чувствовать себя во всех отношениях правыми, — как некоторые наши знакомые.
- Создается впечатление, что Вы предлагаете своей подруге просто-напросто смириться с вашими "загулами" и смотреть на них "сквозь пальцы"... А стоит ли подруге знать о ваших похождениях?
Маша Гессен: Нет, я вовсе так не считаю. Я постараюсь это скрыть. Я совершенно уверена, что честность — это порок, нежелание брать на себя ответственность за собственные поступки, стремление отделаться от чувства вины. Нет ничего проще пойти с кем-нибудь трахнуться, а потом вернуться домой и во всех подробностях об этом рассказать подруге. И чувствовать себя не виноватой, потому что, во-первых, ты якобы уже раскаялась, во вторых, чувство ответственности вы уже как бы делите вдвоем с партнером. Ну, и в-третьих, уже и самого чувства вины нет.
- А когда не признаешься в связях "на стороне", ты не чувствуешь себя виноватой?
Маша Гессен: Я?! Как правило, не чувствую. То есть я вполне способна ощущать чувство вины, но не по этому поводу. Я принимаю все меры, чтобы моя подруга об этом не узнала.
- А если ты узнаешь, что у твоей подруги есть связи "на стороне"?
Маша Гессен: Я стараюсь этого не знать. Скажите, как я могу случайно об этом узнать? Мне кажется, что для этого надо иметь глупых и жестоких друзей, а я стараюсь с такими не дружить. Ну, я никогда не стану рыться в карманах женщины, с которой я живу. Даже если попадется на глаза какое-то письмо, я не стану его читать. Это элементарное уважение к личности.
- Бывало так, что ты разрывалась между двумя людьми, которые тебе дороги?
Маша Гессен: В конце концов оказываешься либо с одной из них, либо ни с одной...
- А втроем?
Маша Гессен: А, да... у меня было такое. Это история о том, какая я была глупая, когда мне было 18 лет. Я тогда уже с кем-то жила. И я постепенно поняла, что постепенно влюбляюсь в женщину, с которой мы вместе работали в газете. Но она совершенно не соответствовала
После этой истории мы стали дружить "семьями". А потом как-то раз мы пошли вчетвером в кино, которого почему-то не было. Вместо него мы решили сходить за вином. И вот, когда мы ходили за вином, я шла за подругой бухгалтерши, и вдруг поняла, что она значительно красивее и вообще значительно больше соответствует тому, в кого я могу влюбиться. И я решила, что влюблюсь пожалуй в нее. К тому же она была вполне похожа на "бухгалтершу", и говорили они уже похоже. Она оказывала на людей очень большое влияние. И я решила, что я в нее влюбляюсь. Поэтому, когда вернулись к ним домой, и наши подруги сели играть в шахматы, мы вышли поговорить... Почему-то в спальню. Кончилось-то все скандалом. Сначала был секс, а потом скандал. Секс при этом был такой неоконченной пьесой, потому что ворвались эти две, и дальше было совершенно ужасно. Кончилось тем, что все разошлись. Я осталась со своей подругой... А потом мы все друг другу так испортили жизнь, что утешать нас было уже некому кроме нас самих. И я как-то поехала к ним утешаться, да так там и осталась.
И вот два года я провела с двумя женщинами. То есть сначала у меня развивался роман с одной из них, потом с другой. Потом появились третьи отношения (или четвертые) — с обоими. То есть в рамках одной семьи существовало четыре отношения... Предположим, человека три: А, Б и Маша. Значит, есть отношения между А и Б, между А и Машей, между Б и Машей, и есть отношения между А, Б и Машей. Это четыре совершенно отдельных сочетания. И все развиваются по своим законам.
- То есть неделю делили на четыре?
Маша Гессен: Нет, все было совершенно произвольно. В какой-то момент развивались одни отношения, потом другие. Основное неудобство в том, что когда мы что-то пытались сделать втроем, то выяснялось, что это сделать безумно трудно. Например, собираемся куда-то пойти в пятницу вечером, а тут оказывается, что у одной назначена встреча, у другой еще что-то, а у третьей еще что-то, а кто-то взял куда-то билеты, а кто-то с кем-то уже договорился... Для того, чтобы два человека выползли из дома требуется время, а втроем еще больше.
- Чтобы жить втроем надо как-то договориться... Или всё так, само собой получилось?
Маша Гессен: Ну, сначала так получилось, а потом договорились. Причем договорились, что сексом могут заниматься любые двое, но не все трое. Мы сидели на кухне за столом и договаривались, а потом на полу втроем и занялись... Да, еще договорились, что на кухне не будем этим заниматься!.. Мы договорились, что будем заниматься этим только в спальне. Но этот договор не соблюдался ни секунды. От того, что все можно нарушать — от этого тоже получаешь особое удовольствие.
А потом мы купили дом, в котором у всех троих были свои комнаты. И сразу же пришлось договориться, что никакие двое не будут заниматься любовью на глазах третьей.
- А возникал вопрос о том, позволяются ли измены?
Маша Гессен: Коллективное решение было такое: если у кого-то хватает сил еще на что-то, то полный вперед!
- У тебя хватало сил ?
Маша Гессен: Нет... Совершенно. А потом — то напряжение, которое дает измена, присутствовало в наших отношениях, потому что ревности там было хоть отбавляй. Ведь можно было согрешить и в соседней комнате... Или договориться с одной из них, а встретиться с другой. Или с одной поехать на концерт, а потом трахнуться в машине, а другая об этом даже не знала. Все возможности были под рукой.
- Исполнение супружеского долга обязательное?
Маша Гессен: Нет. Но одна все время обижалась на двоих. На обеих... Мы спали втроем в одной постели... Просыпаемся, а она нам: "Хорошо ли вам спалось?". А мы ведь просто спали...
Как выяснилось по прошествии несколько недель, мы с одной трахались во сне, не просыпаясь. Что, в общем-то, не удивительно. В то время я училась в институте и работала на двух работах. Спала 2-3 часа в сутки, приезжала на работу и досыпала на стоянке в машине — ставила будильник. А в том, что та, вторая, не просыпалась
Во-вторых, Маша Гессен называет себя "Маша", потому что ""Мария" (имя, данное ей родителями) — слишком христианское.
2)Кто знает где этот сраный остров?
3)Нахрена эта новость?
Потроллить что ли?