-
D29 дек 11вертикаль власти:
– Убирайся вон, самочинник! – загремел над ним наместник и даже отпихнул Аввакума сапогом.
– Ладно, молодец! На вот, бери! – добродушно проговорил отец Гавриил и сунул Аввакуму бутылку «Наполеона».
а во всем вииноват он ирод... уполномоченный Юдин... ага... -
B29 дек 11Кстати, "Наполеон" — самое что ни на есть дешёвое и отстойное пойло, и коньяком, по большому счёту, не является. Что-то вроде "коньячного напитка". Но раньше -с одной стороны- деньги экономили, а с другой — не особо в западных коньяках разбирались. Поэтому и привозился Napoleon, а поскольку из-за границы — то, значит, круто...
PS: сейчас бутылка 0.7 стоит что-то около 5-7 евро-
-
B29 дек 11Вполне может быть, но я писал не о показателе выдержки, а о напитке, который продаётся в западных супермаркетах под названием "Napoleon". Больше чем уверен, что речь идёт именно о нём. По виду бутылки и по общему оформлению, действительно, очень напоминает коньяк. Но продающийся там же коньяк VSOP за 10 евро на порядок лучше
-
-
B3 янв 12Чудак, он был недоступным, и поэтому считался хорошим. Поскольку из-за границы. Но по факту он всегда был дерьмом.
Это как джинсы — стоили 100 рублей при оф. курсе доллара не то 60, не то 40 копеек. А на западе они стоили максимум сорокет. Вот и выходит, что они должны были бы стоить максимум 24 рубля, а продавались официально за стольник
-
-
-
-
U29 дек 11надоели. пропаганда. церковь отделена от государства. пока. мы не в америке и не в исламе. это ваще житие святых или анекдот? (толкование слова анекдот гляньте у ожегова). надоели.
-
G29 дек 11А да рассказ, вот молдца! Вот уж кому ада то не миновать! А то потомки богоборцев решили вдруг все стать православными, не прокатит! И это называется христианством. Чай сиволапые и не чуяли что Йешуа, Которого зовут Иисусом сам был этим самым..... ну, евреем. А по монастырям может и прада поменьше шляться надо, да и ничего там особого то и нет. Только вот на какие деньги содержать то его братия будет без туристов ? А надо бы вед для начала одну Книгу Жизни прочитать — Евангелие, да и узнать там что христианин, должен "распинать " свои страсти, а не других людей. Классический пример самообольщения.
-
29 дек 11Не суди — да не судим будешь.
Это навсегда будет верным, но и жизнь всегда будет многогранной и сложной.
Судить, то есть свысока осуждать, ставя себя выше ближнего — это одно, а по-братски смиренно указать человеку на его слабые стороны — совсем другое. Между двумя этими подходами очень тонкая грань, и каждый человек должен сам для себя очертить ее, прежде чем решиться указать ближнему на соринку в его глазу. Кстати блаженные своим образом жизни добивались того, что могли открыто кричать про недостатки каждого, так как сначала низвели себя до уровня уличного сумасшедшего в сознании других. Тем самым у людей не возникало естественного отрицания, как если бы им говорил близкий человек.
Что касается данного случая, нам не дано судить этого монаха — правильно ли он поступил или нет, т.к. нас там не было. Нам доступна только оценка настоятеля, который его сначала отругал и тот принял свою вину, но потом наградил. Правда, таких "представлений" больше не повторялось, как я понял.
Опять же интересно, кто такой рассказчик? Он присутствовал и на запирании ворот, и на прочтении Символа бюрократом, и на встрече бюрократа с настоятелем, и на ругании монаха и на вручении награды. Похоже, что кто-то в доброй художественной форме расписал историю со слов третьего лица.
Это как ходячая история как командующий Флотом дал в табло Сердюкову.-
G29 дек 11Hank, в отличии от вас, все свои 60 лет был или старался быть христианином. А насчет "верхушек" это уж по вашей части будет. Что вы имеете возразить ? Это мракобесный бред. Прекрасно зная те времена, могу сделать только такой вывод. Все уполномоченные по делам религии — офицеры КГБ и подобные шутки просто кончились мгновенныи изгнанием и настоятеля монастыря и "шутника" на улицу.
-
-
-
K29 дек 11Как-то Псковскую область посетила сановная и очень влиятельная дама — министр культуры Фурцева со свитой столичных и областных чиновников. От этой дамы в те годы трепетали многие, и не только деятели культуры. Как водится, ей устроили посещение Псково-Печерского монастыря. Но отец Алипий, зная о ее деятельности от своих друзей-художников и о патологической ненависти министерши к Церкви, даже не вышел ее встречать — экскурсию провел отец Нафанаил.
Высокая делегация уже направлялась к выходу, когда Фурцева увидела наместника, стоявшего на балконе и беседовавшего с собравшимися внизу людьми. Дама решила проучить этого, дерзнувшего не выйти ей навстречу монаха. А заодно — и преподать областному руководству наглядный урок, как следует решительно проводить в дело политику партии и правительства в области противодействия религиозному дурману. Подойдя поближе, она, перебивая всех, крикнула:
— Иван Михайлович! А можно задать вам вопрос?
Отец Алипий досадливо посмотрел на нее, но все же ответил:
— Ну что ж, спрашивайте.
— Скажите, как вы, образованный человек, художник, могли оказаться здесь, в компании этих мракобесов?
Отец Алипий был весьма терпелив. Но когда при нем начинали оскорблять монахов, он никогда не оставлял этого без ответа.
— Почему я здесь? — переспросил отец Алипий. И взглянул на сановную гостью так, как когда-то всматривался в прицел орудия гвардии рядовой артиллерист Иван Воронов.— Хорошо, я расскажу... Вы слышали, что я на войне был?
— Ну, положим, слышала.
— Слышали, что я до Берлина дошел? — снова спросил отец наместник.
— И об этом мне рассказывали. Хотя не понимаю, какое это имеет отношение к моему вопросу. Тем более удивительно, что вы, советский человек, пройдя войну...
— Так вот,— неспешно продолжал отец наместник.— Дело в том, что мне под Берлином... оторвало... (здесь Иван Михайлович Воронов высказался до чрезвычайности грубо). Так что ничего не оставалось, как только уйти в монастырь.
После повисшей страшной тишины раздался женский визг, потом негодующие восклицания, крики, угрозы, и члены делегации во главе с важной дамой понеслись по направлению к монастырским воротам.
Через час наместника уже вызывали в Москву. На сей раз дело пахло нешуточными проблемами. Но на все вопросы отец Алипий спокойно и обстоятельно отвечал:
— Мне был задан конкретный вопрос. И я на него так же конкретно и доступно — чтобы наша гостья наверняка поняла — дал ответ.
Так или иначе, но на сей раз все обошлось. Это был единственный случай, когда отец Алипий счел возможным употребить подобное оружие.
Этот знаменитый и, мягко говоря, нетривиальный ответ в дальнейшем стал причиной разного рода сплетен и догадок. Савва Ямщиков, известный реставратор и искусствовед, пользовавшийся добрым расположением отца Алипия, рассказывал:
«Меня спрашивали: почему такой красивый мужчина ушел в монастырь? Вот, говорят, он был тяжело ранен, потерял возможность продолжения рода... Как-то он сам коснулся этой темы и сказал мне: "Савва, это все разговоры пустые. Просто война была такой чудовищной, такой страшной, что я дал слово Богу: если в этой страшной битве выживу, то обязательно уйду в монастырь. Представьте себе: идет жестокий бой, на нашу передовую лезут, сминая все на своем пути, немецкие танки, и вот в этом кромешном аду я вдруг вижу, как наш батальонный комиссар сорвал с головы каску, рухнул на колени и стал... молиться. Да-да, плача, он бормотал полузабытые с детства слова молитвы, прося у Всевышнего, Которого он еще вчера третировал, пощады и спасения. И понял я тогда: у каждого человека в душе Бог, к Которому он когда-нибудь да придет..."»
из книги архимандрита Тихона (Шевкунова) «Несвятые святые» -
Сделано с
NoNaMe