Это понятно... сначала купил запись, а через некоторое время она появлилась.Вопрос откуда? Не сам же Березовский подкинул на себя компроматик в зачуханную газетёнку.
Похоже кто-то просто решил поприкалываться,а народ всё за чистую монету принимает :))
Б.: — Я сейчас ищу крупную западную компанию, которую попрошу разобраться в моих проблемах. Налоговая. Мне надо продекларировать через полгода или через год. Какой-то такой момент настанет.
П.: — А ты уверен, что он настанет? Давай лучше подождем.
Б.: — Я хочу, чтобы крупная западная компания разобралась в моей собственности. И перевести эту собственность на нее, на эту компанию, или передать ее в управление. Чтоб эта компания представляла мои интересы. Вот что я хочу. Я хочу, чтоб это было официально. Чтоб эта компания управляла моими акциями и чтоб было ясно, что эти акции действительно мои.
А.: — Может, это и разумное решение.
Б.: — Я сейчас ищу как раз такую компанию. Я веду переговоры. Я хочу, чтобы сейчас Женя один или Женя другой общались с моими представителями в этой компании и разбирались.
А.: — Борь, я ничего тебе сказать не могу, я неспециалист. Я в этом не разбираюсь.
Б.: — А я тебе специально сказал…
П.: — А до того, как будет решение вопроса, кто должен над этим работать? Я считал, что со следующего года мы должны установить некие суммы, которые мы должны ежемесячно получать.
А.: — Ежеполугодно сможем получать. А ежемесячно не сможем.
П.: — А от чего это зависит, Ром? Мы не можем получать хотя бы ежеквартально?
А.: — Теоретически можем ежеквартально. Но лучше — ежеполугодно. Не принято чаще собирать акционерные собрания, распределять дивиденды и так далее и тому подобное. Тогда эта компания будет заниматься не добычей нефти, а вытаскиванием денег. Компания использует те средства, которые находятся внутри. Она принимает решение и за полгода должна выплатить нам, и за год должна выплатить нам. А так выглядит, что мы другие. Вот от чего мы ушли. Мы хотели показать, что мы не финансовая компания, а нефтяная. И мы опять возвращаемся. Вот мы выплачиваем дивиденды один раз, другой раз. Понятно, что цена другая.
П.: — Да, конечно… А ты сам все-таки не знаешь сумму, которая была на выборную кампанию? Это независимо от того, какая была сумма.
А.: — 50 миллионов.
П.: — Нет. Было больше — 56, не то 54.
А.: — Я не знаю.
П.: — Помнишь, я тебе тогда еще говорил, когда мы пошли на выборы? То, что мы тогда получили, я думал, снимется не 50 миллионов, а снимется статья расходов 49—46. То есть мы не делим пополам и не потом считаем…
А.: — Я узнаю.
П.: — Меня сейчас не сумма интересует, а другое. Я правильно ли понял нашу договоренность? Статья расходов…
А.: — Я готов определить, в чем разница, но тогда я говорил… Но тогда мы договорились, что 175 миллионов. И откуда они возникли? 150 и 25.
П.: — Тогда мне казалось… Сначала было сказано, что это 50. Потом оказалось, что это не 50, а почему-то 56 или 54.
А.: — Я тоже не знаю, может, это ошибка.
П.: — Я вообще был не в курсе дела. Я тогда узнал, что это было 50. А потом я узнал, что мне прибавляются 25, а потом узнал, что эти 25 снимаются. Это все я вместе узнал. Все это было в тот день.
Б.: — Сначала было, что я не участвую, потом участвую. Вот я хочу знать про эти 10 миллионов.
А.: — Нам скрывать нечего.
П.: — Абсолютно.
А.: — А у тебя что-то с таможней? Там аппаратура какая-то была?
П.: — Нет, мы ввозили фильмы. На эти фильмы там надо было заплатить НДС, растаможку. А у них якобы есть информация, что они не платили. Это первое, и второе, что они перешли в «ОРТ-Интернешнл». А «ОРТ-Интернешнл» — это такая компания, которая, как они считали, отмывала деньги. Каким образом? ОРТ платила, допустим, 30 тысяч за фильм, а эта компания покупала реально за 20. А разница клалась в карман. На самом деле всё это было не так, всё это было в обратную сторону. Мы покупали за 50 тысяч фильм, а ОРТ продавала за 30. Там у нас дыра возникла, и надо было каким-то реальным образом показать, как эти деньги возникли.
«— А что ты считаешь, Колю могут арестовать?»
Николая Глушакова, бизнес-партнера Б. Березовского по «Аэрофлоту», арестовали спустя недолгое время после этого разговора
Б.: — А что ты считаешь, Колю (имеется в виду бизнес-партнер Березовского Николай Глушков) могут арестовать?
А.: — Думаю, нет. Ко мне Красненкер (бывший замгендиректора «Аэрофлота») позвонил позавчера и спросил: как ты думаешь, завтра не арестуют? Как ты думаешь, что делать? Вы про это не слышали, хотят его арестовать или нет? А я сказал, что если тебя арестуют, то кто-нибудь позвонит.
Б.: — Это опять Устинов (бывший генеральный прокурор) всё, да?
А.: — Да. Что-то он там делает потихонечку. Как он говорит, я и народ не ошибаются. Мы, Владимир Владимирович, с народом ошибаемся. А он говорит, может, мы с народом и ошибаемся, но вы нас далеко не сплавляйте… Мне нравится такое решение. Мне внутренне такое решение нравится… Вот все остальные как бы крыльями захлопали, а мне нравится… При выборе Пети
А.: — Да. Что-то он там делает потихонечку. Как он говорит, я и народ не ошибаются. Мы, Владимир Владимирович, с народом ошибаемся. А он говорит, может, мы с народом и ошибаемся, но вы нас далеко не сплавляйте… Мне нравится такое решение. Мне внутренне такое решение нравится… Вот все остальные как бы крыльями захлопали, а мне нравится… При выборе Пети я не жил. То, что он большевиком был, я не знал. Я услышал об этом только недавно… Мне гимн нравится.
П.: — Уж лучше «Боже, царя храни».
А.: — А вообще, Борис, про тебя много спрашивали. Почему никто ничего не делает, чтоб тебе помочь? Я считаю, что не стоит под конфискацию. Вы считаете, что к обществу не стоит обращаться? Общество, оно не воспримет это обращение. Вы же знаете, что если Березовского, Гусинского, Волошина и иже с ними разорвут на куски, то общество будет только радо. А если кто-то будет возмущаться, то обращайтесь к народу. А народ — это быдло… И ты в этом не виноват… Ой, мы оба в такой жопе.
Комментарии
Похоже на фейк.
ну так видимо эти события были разнесены во времени.
Похоже кто-то просто решил поприкалываться,а народ всё за чистую монету принимает :))
П.: — пидор, а ты?
А.: — ананист
Б.: — блять
Б.: — Я сейчас ищу крупную западную компанию, которую попрошу разобраться в моих проблемах. Налоговая. Мне надо продекларировать через полгода или через год. Какой-то такой момент настанет.
П.: — А ты уверен, что он настанет? Давай лучше подождем.
Б.: — Я хочу, чтобы крупная западная компания разобралась в моей собственности. И перевести эту собственность на нее, на эту компанию, или передать ее в управление. Чтоб эта компания представляла мои интересы. Вот что я хочу. Я хочу, чтоб это было официально. Чтоб эта компания управляла моими акциями и чтоб было ясно, что эти акции действительно мои.
А.: — Может, это и разумное решение.
Б.: — Я сейчас ищу как раз такую компанию. Я веду переговоры. Я хочу, чтобы сейчас Женя один или Женя другой общались с моими представителями в этой компании и разбирались.
А.: — Борь, я ничего тебе сказать не могу, я неспециалист. Я в этом не разбираюсь.
Б.: — А я тебе специально сказал…
П.: — А до того, как будет решение вопроса, кто должен над этим работать? Я считал, что со следующего года мы должны установить некие суммы, которые мы должны ежемесячно получать.
А.: — Ежеполугодно сможем получать. А ежемесячно не сможем.
П.: — А от чего это зависит, Ром? Мы не можем получать хотя бы ежеквартально?
А.: — Теоретически можем ежеквартально. Но лучше — ежеполугодно. Не принято чаще собирать акционерные собрания, распределять дивиденды и так далее и тому подобное. Тогда эта компания будет заниматься не добычей нефти, а вытаскиванием денег. Компания использует те средства, которые находятся внутри. Она принимает решение и за полгода должна выплатить нам, и за год должна выплатить нам. А так выглядит, что мы другие. Вот от чего мы ушли. Мы хотели показать, что мы не финансовая компания, а нефтяная. И мы опять возвращаемся. Вот мы выплачиваем дивиденды один раз, другой раз. Понятно, что цена другая.
П.: — Да, конечно… А ты сам все-таки не знаешь сумму, которая была на выборную кампанию? Это независимо от того, какая была сумма.
А.: — 50 миллионов.
П.: — Нет. Было больше — 56, не то 54.
А.: — Я не знаю.
П.: — Помнишь, я тебе тогда еще говорил, когда мы пошли на выборы? То, что мы тогда получили, я думал, снимется не 50 миллионов, а снимется статья расходов 49—46. То есть мы не делим пополам и не потом считаем…
А.: — Я узнаю.
П.: — Меня сейчас не сумма интересует, а другое. Я правильно ли понял нашу договоренность? Статья расходов…
А.: — Я готов определить, в чем разница, но тогда я говорил… Но тогда мы договорились, что 175 миллионов. И откуда они возникли? 150 и 25.
П.: — Тогда мне казалось… Сначала было сказано, что это 50. Потом оказалось, что это не 50, а почему-то 56 или 54.
А.: — Я тоже не знаю, может, это ошибка.
П.: — Я вообще был не в курсе дела. Я тогда узнал, что это было 50. А потом я узнал, что мне прибавляются 25, а потом узнал, что эти 25 снимаются. Это все я вместе узнал. Все это было в тот день.
Б.: — Сначала было, что я не участвую, потом участвую. Вот я хочу знать про эти 10 миллионов.
А.: — Нам скрывать нечего.
П.: — Абсолютно.
А.: — А у тебя что-то с таможней? Там аппаратура какая-то была?
П.: — Нет, мы ввозили фильмы. На эти фильмы там надо было заплатить НДС, растаможку. А у них якобы есть информация, что они не платили. Это первое, и второе, что они перешли в «ОРТ-Интернешнл». А «ОРТ-Интернешнл» — это такая компания, которая, как они считали, отмывала деньги. Каким образом? ОРТ платила, допустим, 30 тысяч за фильм, а эта компания покупала реально за 20. А разница клалась в карман. На самом деле всё это было не так, всё это было в обратную сторону. Мы покупали за 50 тысяч фильм, а ОРТ продавала за 30. Там у нас дыра возникла, и надо было каким-то реальным образом показать, как эти деньги возникли.
«— А что ты считаешь, Колю могут арестовать?»
Николая Глушакова, бизнес-партнера Б. Березовского по «Аэрофлоту», арестовали спустя недолгое время после этого разговора
Б.: — А что ты считаешь, Колю (имеется в виду бизнес-партнер Березовского Николай Глушков) могут арестовать?
А.: — Думаю, нет. Ко мне Красненкер (бывший замгендиректора «Аэрофлота») позвонил позавчера и спросил: как ты думаешь, завтра не арестуют? Как ты думаешь, что делать? Вы про это не слышали, хотят его арестовать или нет? А я сказал, что если тебя арестуют, то кто-нибудь позвонит.
Б.: — Это опять Устинов (бывший генеральный прокурор) всё, да?
А.: — Да. Что-то он там делает потихонечку. Как он говорит, я и народ не ошибаются. Мы, Владимир Владимирович, с народом ошибаемся. А он говорит, может, мы с народом и ошибаемся, но вы нас далеко не сплавляйте… Мне нравится такое решение. Мне внутренне такое решение нравится… Вот все остальные как бы крыльями захлопали, а мне нравится… При выборе Пети
П.: — Уж лучше «Боже, царя храни».
А.: — А вообще, Борис, про тебя много спрашивали. Почему никто ничего не делает, чтоб тебе помочь? Я считаю, что не стоит под конфискацию. Вы считаете, что к обществу не стоит обращаться? Общество, оно не воспримет это обращение. Вы же знаете, что если Березовского, Гусинского, Волошина и иже с ними разорвут на куски, то общество будет только радо. А если кто-то будет возмущаться, то обращайтесь к народу. А народ — это быдло… И ты в этом не виноват… Ой, мы оба в такой жопе.
Б.: — Думаю, да.