-
-
6 ноя 11Iван Нечуй-Левицький. Кайдашева сiм'я
«Знов почалась така сама комедiя. Ще грушi не достояли, а Лаврiновi дiти кинулись на ?x, як бджоли на мед. Мотря вибiгла з коцюбою, побила дiтей, ще й грушi пооднiмала. Мелашка розлютувалась за своїх дiтей, як вовчиця, кинулась до Мотрi й трохи не здерла iз неї очiпка. Карпо i Лаврiн пiшли до священика. Священик раяв їм зробити так само, як переднiше раяли в волостi.
— Ти, Карпе, заплати Лаврiновi одчiпного три карбованцi, i нехай груша буде навiки твоя. Ти, Лаврiне, приста?ш на те? — спитав священик
— Чи то можна пристати на те, — сказав Лаврiн. — Я щороку продам груш за три карбованцi, а то щоб я взяв три карбованцi раз, та й годi. От нехай менi Карпо одрiже на два аршини землi з грушею та й одгородить. От на це я пристану.
— Авжеж! В мене й так огороду обмаль, ще й одрiж йому на два аршини. Я на це не пристану, — сказав Карпо. — Про мене, Лаврiне, бери грушу та пересади в свiй город.
— То дiлiться щороку грушами пополовинi, — сказав священик.
— Коли ж, батюшко, Лаврiновi дiти лазять у город, вибачайте, як свинi, й толочать огородину, а стара мати ще й намовляють їх, — сказав Карпо.
— Бо твоя жiнка таки гадюка, вибачайте в цiм словi, батюшко. Твою жiнку тiльки посадить в клiтку та показувати за грошi, як звiрюку, на ярмарках.
Вона кривдила, батюшко, й нашу матiр, вибила їй око, й мо?х дiтей так i лупить ломакою по чому влучить, — жалiвся Лаврiн.
— Ну, то як же воно буде? — спитав священик.
— Нехай так буде, батюшко, як ви скажете. Так, як ви присудите, так воно вже нехай i буде! — сказали брати.
— То я ж кажу, щоб Карпо заплатив тобi три або чотири карбованцi, та й нехай буде груша його, то й сварки бiльше не буде мiж вами, — знов сказав священик.
— Зроду на це не згоджусь! — сказав Лаврiн. — Там батюшко, грушi, вибачайте, коли ласка, як вашi кулаки. Я щороку продам груш два або й три мiшки за три або й за чотири карбованцi.
— Ну, то ти, Карпе, одрiж йому землю з грушею.
— Хiба я таки сказився чи з глузду з'їхав, щоб одрiзувать землю, — сказав Карпо.
— То йдiть собi та, про мене, вдавiться тими грушами разом з своїїми жiнками, — сказав священик, пiшов у кiмнату та й зачинив дверi.
Карпо i Лаврiн постояли й пiшли додому та все лаялись. Лаврiн кричав, що вiзме сокиру та й зруба? грушу.Вони застали на дворi коло грушi колотнечу: Мотря лупила коцюбою Лаврiнових дiтей, Мелашка з бабою одгризались од Мотрi i неначе гавкали через тин. Люди з кутка почали збiгаться. Прибiгли й баба Палажка Солов'їха, а за нею баба Параска Гришиха.
— Ой господи! Якби хто взяв Лаврiнову хату та одiпхнув її, — сказала премудра баба Палажка, — геть-геть на гору або й за гору, а Карпову хату одсунув ген-ген за ставок, аж у дiброву, то вони б помирились.
— Навчай, навчай! Яка премудра! — не втерпiла баба Параска. — Подивись, лишень, на себе! Коли б твого чоловiка хто посунув за дiброву, а твою дочку аж за Рось, а тебе аж у саме пекло, то, може б, i мiж вами був мир.
Дiло з грушею скiнчилось несподiвано.Груша всохла, i двi сiм'ї помирились.В обох садибах настала мирнота й тиша.»
lib.ru
Надеюсь shamba не смущает «южно-русское наречие» на котором писал Левицкий : ) ?
Очень поучительная книга. -
6 ноя 11Что называется начал за здравие — кончил за упокой.
"Не стану доказывать ни тем, ни другим эту аксиому, тем более, что аксиома доказательств не требует. "
— какая хорошая светлая мысль, на ней и следовало остановиться.
С этого места продолжение "хохлосрача". -
-
-
6 ноя 11«насиловать нас своим языком, придуманным с подачи австрийской династии Габсбургов?»
Так все и было... При австрийском дворе была сформирована группа агентов влияния, которые были засланы и начали творить зло… В течении года они обошли всю Малороссию хитростью насаждая «украинский язык». Особенно грязный прием был с песнями. Зная, какой певучий народ, малороссы они подкинули вот эту гадость, которые некоторые поют до сих пор…-
-
S6 ноя 11Да не, зачем же по Малоросии? На Малой Руси этих прохвостов сразу на чистую воду вывели, например, Иван Нечуй-Левицкой, которого свидомлятки обзывают "классиком украинской литературы", в своей брощюре «Кривое зеркало украинского языка», изданной 1912 году, описал филологические изыски автрийскоподданного Грушевского сотоварищи по созданию риднойи мовы (родной речи), которую Левицкий метко окрестил «страшною мовою» (страшной речью). Которая, по его словам, является «не украинским, а псевдоукраинским языком, чертовщиной под якобы украинским соусом ». Эта статья вызвала настоящую панику в национально озабоченных кругах, что в последствии стоило ему жизни: он умер в апреле 1918 года в Киеве в Дехтяревской богадельне от хронического недоедания. А в это время в Центральной Раде председательствовал злопамятный Грушевский (до сих пор сохранивший австрийское подданство), отказавший оказать умирающему старику какую-либо материальную помощь. Ну а после смерти Нечуй-Левицкого его как водится с почестями похоронили. Перед этим тайно перевезя гроб с покойным из богадельни в Софийский собор. Об этой выразительной странице истории крайне не любят упоминать самостийники.
А ты решил тут нас удивить южно-русскими песнями? Ха!-
G6 ноя 11ах как миленько вы выдергиваете нужные факты из общего контекста.
".....Нечуй-Левицкий был убежденным украинофилом, но был уверен, что создавать книжный украинский язык следует на народной основе, опираясь на сельские говоры преимущественно Центральной и Восточной Украины, активно сопротивляясь как его русификации (статья «Современное литературное направление», 1878 год) [1], так и полонизации («Кривое зеркало украинского языка», 1912 год) [2]...."
как бы против кацапизации языка он тоже жестко выступал. :)
-
-
-
-
Сделано с
NoNaMe