"43-летний подполковник Виктор Биронт, лишившийся должности командира военной базы после крупного пожара, рассказал в эксклюзивном интервью Life News, как он вместе с подчиненными спасал воинскую часть от огня.
Утром 29 июля подполковник выехал на периметр и расставил людей на границе с горящим лесом.
- Работали в лесу все — и гражданские, и военные, — говорит Виктор Иванович. — Я тоже там был, лишь периодически отлучался, чтобы позвонить и вызвать помощь. Приехали начальники ГО ЧС оценить ситуацию. Потом начался сильный ветер — порывы были около 20 метров в секунду — и погнал все из глубины леса. Страшно было попасть в огненные мешки. Вот, посмотрите — все руки, ноги обоженные. Мы стояли по периметру, до имущества было еще километра полтора. Такая картина страшная — огонь в лесу стеной. Я дал команду на эвакуацию. Я последний оттуда вышел, потому что орал до последнего, чтобы парни не погибли.
По словам Виктора Биронта, пожарные прибыли только через два часа после вызова.
- Мы для города как будто не существуем: ни МЧС, ни милиции... никого с нами не было, — рассказывает подполковник. — Вот дачи по 1,5 миллиона долларов – спасали. Там и заслоны, и милиция. Первая помощь пришла спустя несколько часов — сколько я ни звонил, сколько ни просил. Только через пару часов прилетел пожарный вертолет. Пройти туда не можем — все горит, все полыхает... Людей быстро пересчитал. Потом пришла машина из Москвы, а к ночи прибыл замминистра обороны. Идти внутрь было невозможно. В противогазах матросы просто задыхались — они абсорбируют сажу. Я дал команду их снять...
Масштабному пожару, уничтожившему имущество на миллиарды рублей, предшествовали 10 дней борьбы с огнем. И за все эти 10 дней большое начальство, несмотря на все просьбы, не приняло никакого четкого решения о том, как спасти авиабазу. Фактически ее спасение зависело лишь от 40 матросов и их командира. 115 гектаров — почти по три га на человека.
- Я в должности три месяца, мне дали эту часть в мае в новом составе, после сокращения, — говорит Биронт. — Сократили 19 офицеров, 36 прапорщиков. Осталось всего 40 матросов, один сержант и четыре офицера — и это все люди на такую огромную часть. Плюс гражданский персонал, который тоже относился с большим пониманием. Я не мог отправлять на борьбу с огнем женщин-заведующих, потому что средний возраст моих работниц 58 — 60 лет. Зарплаты низкие, по 5 — 7 тысяч, идут работать только пенсионерки, которые здесь много отработали. Они тоже помогали всем, чем могли. Мужчины тоже выходили в лес с топорами, с лопатами — пытались останавливать пламя.
- Лес на подходе к части горел 10 дней, — продолжает Виктор Иванович. — Неоднократно обращался, проводили тут совещания, уточняли, приезжали высшие чины, господин такой Шумеев – зам по безопасности, эколог приезжал сюда. Матросы двое суток по периметру стояли, не допускали распространения огня. В ГО ЧС звонил. Когда давали помощь, а когда и отказывали. Своей пожарной команды у меня не было — ее сократили в феврале этого года. Была просто внештатная пожарная команда, сами окапывали и всеми способами предохраняли. Когда я увидел, что очень все сложно — я ввел в эксплуатацию свой внештатный автомобиль, который я должен был сдать пожарным. Вообще, его эксплуатация запрещена, за то, что мы им пользовались, я должен был заплатить деньги. Завели этот пожарный автомобиль и поставили его туда. Водителя закрепил, который у меня использовался на полную катушку. Поливали, сбивали пламя, в общем, боролись, хотя специалистов у меня не было. Пришлось обучать своих офицеров, которые и занимались тушением пожара.
- В принципе, с огнем мы справлялись первые десять дней, — говорит уволенный командир. — В Москву я докладывал: и по телефону, и при утренних докладах, и факсограммами. Просил дать помощь. Машину один раз дали. Из Щербинки с аэродрома пришел КамАЗ, две цистерны вылил и уехал обратно. Местные все были у гражданских задействованы – села горят, администрация то же самое, потом с барского плеча кинули 14 заплечных огнетушителей, буквально за день до этого глобального пожара. В них уходили от части на километра два тушить лес.
О своем увольнении Виктор Биронт узнал из теленовостей. В этот момент он как раз писал объяснение в прокуратуре. В этом документе он указал, что из части успели спасти имущество на 40 миллионов рублей.
- Мои люди спасали новые машины. Сгоревшее имущество там было с истекшими сроками и требующее ремонта. А потом все закончилось, все закрыли, а нам сказали, что по большому счету все мудаки. Мол, здесь горит, а они лезут в пекло и спасают технику. Я не защищаю себя, я сказал как есть. По идее я должен был за три месяца вырвать все, что выросло за 60 лет в этом лесу. Потому что 60 лет там никто ничего
— Я в должности три месяца, мне дали эту часть в мае в новом составе, после сокращения, — говорит Биронт. — Сократили 19 офицеров, 36 прапорщиков. Осталось всего 40 матросов, один сержант и четыре офицера — и это все люди на такую огромную часть."
Оценку действий подпоковнику дали на всю страну. А ещё мозги поебли — ведь с тихих кабинетов прокуратуры все гораздо понятнее.
Знакомая картина. После подрыва и гибели людей на 31 арсенале (Ульяновск) уволили начальника ГРАУ — Чикирева, во-первых, не имевшего до этого события никакого отношения к этому арсеналу, а во-вторых, всеми силами сопротивлявшегося нарушению правил работ по ликвидации последствий (большая часть людей погибла именно тогда). А нарушали правила сбора и вывоза собранных боеприпасов потому, что должен был приехать сам Пу!
А теперь про Биронта сам, бля, президент сказал, что командир базы был "неизвестно где". Как после этого военные могут доверять руководству государства? Никак.
Сложившееся после сердюковского сокращения ВС положение военным хорошо известно — оно называется просто — жопа. И это было понятно еще до того, как это "мероприятие" провели. Но министр слушает исключительно своих "девочек" — советников, которых притащил с собой из налоговой (аж 32 рыла). Военнослужащих они раньше называли "зеленые человечки", а теперь в ходу у них словечко "биомасса".
И еще. Повезло, что у Биронта была база тыла, а не арсенал боеприпасов тысяч на десять вагонов, с периметром в 8 — 12 километров. И с нештатной пожарной командой...
Я в этом всем не понимаю цепной реакции. Кокй-то полкан не усмотрел за своей частью. Из-за этого летят половы вплоть до главкома. Он-то вроде как такой ерундой не должен заниматься.
zyalt.livejournal.com тут без особых комментариев. всё происходит в 100 км от столицы одного из могущественных гос-в мира.ключевое тут слово "могущество"
Комментарии
Уволенный из-за пожара подполковник рассказал, как он с матросами десять дней спасал авиабазу от огня
flb.ru
"43-летний подполковник Виктор Биронт, лишившийся должности командира военной базы после крупного пожара, рассказал в эксклюзивном интервью Life News, как он вместе с подчиненными спасал воинскую часть от огня.
Утром 29 июля подполковник выехал на периметр и расставил людей на границе с горящим лесом.
- Работали в лесу все — и гражданские, и военные, — говорит Виктор Иванович. — Я тоже там был, лишь периодически отлучался, чтобы позвонить и вызвать помощь. Приехали начальники ГО ЧС оценить ситуацию. Потом начался сильный ветер — порывы были около 20 метров в секунду — и погнал все из глубины леса. Страшно было попасть в огненные мешки. Вот, посмотрите — все руки, ноги обоженные. Мы стояли по периметру, до имущества было еще километра полтора. Такая картина страшная — огонь в лесу стеной. Я дал команду на эвакуацию. Я последний оттуда вышел, потому что орал до последнего, чтобы парни не погибли.
По словам Виктора Биронта, пожарные прибыли только через два часа после вызова.
- Мы для города как будто не существуем: ни МЧС, ни милиции... никого с нами не было, — рассказывает подполковник. — Вот дачи по 1,5 миллиона долларов – спасали. Там и заслоны, и милиция. Первая помощь пришла спустя несколько часов — сколько я ни звонил, сколько ни просил. Только через пару часов прилетел пожарный вертолет. Пройти туда не можем — все горит, все полыхает... Людей быстро пересчитал. Потом пришла машина из Москвы, а к ночи прибыл замминистра обороны. Идти внутрь было невозможно. В противогазах матросы просто задыхались — они абсорбируют сажу. Я дал команду их снять...
Масштабному пожару, уничтожившему имущество на миллиарды рублей, предшествовали 10 дней борьбы с огнем. И за все эти 10 дней большое начальство, несмотря на все просьбы, не приняло никакого четкого решения о том, как спасти авиабазу. Фактически ее спасение зависело лишь от 40 матросов и их командира. 115 гектаров — почти по три га на человека.
- Я в должности три месяца, мне дали эту часть в мае в новом составе, после сокращения, — говорит Биронт. — Сократили 19 офицеров, 36 прапорщиков. Осталось всего 40 матросов, один сержант и четыре офицера — и это все люди на такую огромную часть. Плюс гражданский персонал, который тоже относился с большим пониманием. Я не мог отправлять на борьбу с огнем женщин-заведующих, потому что средний возраст моих работниц 58 — 60 лет. Зарплаты низкие, по 5 — 7 тысяч, идут работать только пенсионерки, которые здесь много отработали. Они тоже помогали всем, чем могли. Мужчины тоже выходили в лес с топорами, с лопатами — пытались останавливать пламя.
- Лес на подходе к части горел 10 дней, — продолжает Виктор Иванович. — Неоднократно обращался, проводили тут совещания, уточняли, приезжали высшие чины, господин такой Шумеев – зам по безопасности, эколог приезжал сюда. Матросы двое суток по периметру стояли, не допускали распространения огня. В ГО ЧС звонил. Когда давали помощь, а когда и отказывали. Своей пожарной команды у меня не было — ее сократили в феврале этого года. Была просто внештатная пожарная команда, сами окапывали и всеми способами предохраняли. Когда я увидел, что очень все сложно — я ввел в эксплуатацию свой внештатный автомобиль, который я должен был сдать пожарным. Вообще, его эксплуатация запрещена, за то, что мы им пользовались, я должен был заплатить деньги. Завели этот пожарный автомобиль и поставили его туда. Водителя закрепил, который у меня использовался на полную катушку. Поливали, сбивали пламя, в общем, боролись, хотя специалистов у меня не было. Пришлось обучать своих офицеров, которые и занимались тушением пожара.
- В принципе, с огнем мы справлялись первые десять дней, — говорит уволенный командир. — В Москву я докладывал: и по телефону, и при утренних докладах, и факсограммами. Просил дать помощь. Машину один раз дали. Из Щербинки с аэродрома пришел КамАЗ, две цистерны вылил и уехал обратно. Местные все были у гражданских задействованы – села горят, администрация то же самое, потом с барского плеча кинули 14 заплечных огнетушителей, буквально за день до этого глобального пожара. В них уходили от части на километра два тушить лес.
О своем увольнении Виктор Биронт узнал из теленовостей. В этот момент он как раз писал объяснение в прокуратуре. В этом документе он указал, что из части успели спасти имущество на 40 миллионов рублей.
- Мои люди спасали новые машины. Сгоревшее имущество там было с истекшими сроками и требующее ремонта. А потом все закончилось, все закрыли, а нам сказали, что по большому счету все мудаки. Мол, здесь горит, а они лезут в пекло и спасают технику. Я не защищаю себя, я сказал как есть. По идее я должен был за три месяца вырвать все, что выросло за 60 лет в этом лесу. Потому что 60 лет там никто ничего
"115 гектаров — почти по три га на человека.
— Я в должности три месяца, мне дали эту часть в мае в новом составе, после сокращения, — говорит Биронт. — Сократили 19 офицеров, 36 прапорщиков. Осталось всего 40 матросов, один сержант и четыре офицера — и это все люди на такую огромную часть."
Оценку действий подпоковнику дали на всю страну. А ещё мозги поебли — ведь с тихих кабинетов прокуратуры все гораздо понятнее.
А теперь про Биронта сам, бля, президент сказал, что командир базы был "неизвестно где". Как после этого военные могут доверять руководству государства? Никак.
Сложившееся после сердюковского сокращения ВС положение военным хорошо известно — оно называется просто — жопа. И это было понятно еще до того, как это "мероприятие" провели. Но министр слушает исключительно своих "девочек" — советников, которых притащил с собой из налоговой (аж 32 рыла). Военнослужащих они раньше называли "зеленые человечки", а теперь в ходу у них словечко "биомасса".
И еще. Повезло, что у Биронта была база тыла, а не арсенал боеприпасов тысяч на десять вагонов, с периметром в 8 — 12 километров. И с нештатной пожарной командой...
Раньше бы такого командира наградили, за то что 10 дней сдерживал огонь своими силами...
А теперь уволили...
Еще и стрелки на него переведут... Ведь козел отпущения нужен.
Не буду3т же "высшие" сами на себя уголовные дела заводить....
Все как в анекдоте, любое дело состоит из 3 этапов:
— Поиски виновного.
— Наказание невиновного.
— Награждение непричастного.
И так каждый раз. Типа кто еще главкомом не был?
Господин Медведев, а может эту ситуацию не нужно было создавать под вашим чутким руководством ?
Читай — выделить и попилить бабло....
Зимой трагедия — снег, летом — жара.... Такое впечатление, что руководят нами марсиане, которые только на планету прибыли....
Сами же только как сломали структуру, отвечающую за леса, а теперь — создадим!
Ну просто слов нет.....