А нефиг было с финами ссориться. Если бы с ними дружили, то и блокады не было! Через них можно было бы продовольствие возить. "Спасибо" тов Сталину за всё адское,
Поклон вам, выжившие Питерцы... Поклон тем, кто не выжил...
И позор вечный тем паразитам, что озверели, не выдержали испытаний.. В миру они были сволочами и слабаками, каких и сейчас хватает... Тем величественнее память к тем, кто не сломался...
Те, кто считает себя крутым, так же ломаются — пусть увидят себя в этих строчках... Выстояли те, кто крутым себя не считал... Они -выше этого...
Это просто ужас..Согласен. А вот многие ли провели параллель между "городом-революции" откуда пошла беда большевизма и боговорчества и тех страданий, что позже достались "городу Ленина"? Подумайте над этим тоже.
Вместо того, что бы скрывать мой комментарий и закидывать меня гнилыми помидорами, лучше задумались бы. Я никого не оскарбил и память погибших неумолил, но факт есть факты — история учит через испытания как страны так и людей. У меня тоже погибли родные в той Войне, но личные эмоции не должны перекрывать разум. Не надо переводить трагедию России на одну семью и кричать кто тут виноват кто как себя вел. Когда вы сможете обьяснить подобные вещи (илил скажем гибел самолета полного людей), считайте, что кое-что в духовных вопросах вы поняли, а пока — ставте минус и пусть вам будет спокойнее в вашем недалеком мирке.
Вы ничего не поняли , не понимаете и Христианства. Не Бог такой злой и нас наказал, а те кто отошли от него обрекают себя на беду. Просто большинство даже сегодня — в 2010 году видно еще не поняло настоящих причин трагедии России, города-революции Питера. Мой любимый город, кстати, где я жил и учился.
Не совсем больной. Меня, например, тоже это достаёт — каждый день про войну да про фашистов. Так 70 лет уже, как их победили, но нет! Снова и снова, и конца этому не видно.
Для эксперимента: пролистайте Нонейм по календарю день за днём назад, скажем, пару месяцев, и попытайтесь найти хоть один день без Великой Отечественной. Найдёте такой? Ну вот, и это разве нормально?
Ухотят те кто это пережил. Все меньше остается людей кто про это может рассказать. И их память остается в книгах, фильмах, вот в таких статьях. И если не будем говорить об этом эти люди умрут еще раз. Вечная им память. Человек (нормальный) не может жить только сегодняшним днем. Надо хорошо помнить прошлое и мечтать о будущем. Чтобы такое не повторилось нигде.
Так я как раз об этом и толкую! Не помнит народ своего прошлого, так как постоянно ему надо перемалывать один только его огрызок 1941-1945. А остальное трактуют уже не историки, а политиканы. На историю оглядывайтесь, да, знай, вперёд смотрите!
Летом 1941 года я жил на даче в селе Большие Крупели Лужского района, в 131 км. от Ленинграда. Первые две недели после начала войны с Германией дачники ничего не слышали о боях. Странно читать теперь роман Чаковского «Блокада», где описываются длительные и тяжелые бои на Лужском плацдарме. Я жил тогда всего в 4 километрах от того места, где теперь установлен памятный мемориал, и ни разу не слышал никаких выстрелов. И вдруг, однажды на исходе дня, в первых числах июля месяца, в село прискакал командир на усталой лошади. Остановившись в центре села, он стал отрывисто отдавать приказания:
— Весь скот! Весь без исключения скот сейчас же зарезать! Чтобы немцам не достался! Скорей! Немцы сейчас войдут в село! Всем дачникам без вещей... сейчас же идти пешком к Ленинградскому шоссе! Там вас кто-нибудь подберет.
И началась невообразимая паника. Стали резать скот, резать, не дорезая. Раненые, но не убитые коровы, лошади, овцы и свиньи подняли такой рёв, стон и вой, что эти ужасные звуки запомнились мне на всю жизнь. Заходящее солнце, казалось, было красным от крови. Дачники, с искаженными от страха лицами, беспорядочной толпой устремились к шоссе.
И вот мы попали в Ленинград. В Ленинграде шла эвакуация. Однако, многие простые люди эвакуироваться не могли из-за отсутствия денег на дорогу. Зарплата в СССР в среднем в 10 раз ниже, чем зарплата за тот же труд на Западе и если человек не получаёт никаких льгот от партии, то он никогда не имеет свободных денег, с трудом перебиваясь от получки до получки. Срываться с места без денег, и ехать неизвестно куда, где нет никого знакомых, — было немыслимо.
Оставшиеся жители осажденного города сожгли на
всякий случай школьные и служебные почетные грамоты, у кого они были, и так приготовились к возможному приходу немцев. Чтобы уменьшить вероятность гибели от бомб, ленинградцы перенесли в дровяные подвалы свои кровати или раскладушки и стали спать в этих подвалах. Однако, главная опасность оказалась непредвиденной. В городе начался голод.
Как и во всей стране, в Ленинграде была введена карточная система на продукты питания с самого начала войны. Карточки были нескольких категорий: рабочие, иждивенческие, детские и для служащих. Больше всего продуктов питания было указано на детских карточках и на карточках для рабочих, однако, на деле продукты распределялись иначе. Не во всяком магазине можно было отоварить свои карточки. Их требовалось прикреплять к определенным магазинам. Порядок прикрепления карточек к магазинам определялся не только местожительством, но и социальной принадлежностью. Власти отвели сотни специальных магазинов для коммунистической элиты и ближайших коммунистических сотрудников. Были отведены отдельные магазины для партийных и хозяйственных работников, для работников НКВД, для писателей, для композиторов, для артистов, ученых, для семей высших офицеров, для специалистов военной промышленности и для разного рода номенклатурщиков. В то время, как в магазинах для народа продуктов для отоваривания карточек не хватало, в магазинах для привилегированных лиц, куда вход регулировался строго по пропускам, имелось достаточно разнообразных продуктов высокого качества. Карточки выдавались каждый месяц и за исключением хлебных не имели на своих талонах указаний на числа месяца, в которые продукты можно было бы отоварить в магазине. Поэтому каждую декаду месяца власти объявляли населению, какие продукты и в каком количестве, из числа указанных на их карточках, они могут купить.
Это и было фактическим распределением продуктов среди населения. Такой порядок позволял по одинаковым карточкам выдавать продукты коммунистической элите в большем количестве и лучшего качества, чем прос-
тым людям. В то время, как большинство талонов на продукты у простого народа ежемесячно оставались неиспользованными из-за отсутствия распоряжения властей об их отоварке, коммунистическая элита, согласно секретным распоряжениям тех же властей, отоваривала свои карточки целиком, да сверх того получала продукты питания даже на непродуктовые талоны, на которых было написано «керосин», «спички», «соль» или просто стояла цифра или буква.
То же самое было в столовых и ресторанах. Представители коммунистической элиты оказались прикрепленными к таким столовым и ресторанам, где они получали обильную и высококачественную пищу, в то время, как простые люди в обычных столовых за те же самые талоны, вырезаемые из их карточек, получали тарелку бурды, в которой плавало несколько крупинок и ничего больше.
Острый недостаток питания стал ощущаться через 2-3 месяца после введения карточек. Уже в сентябре месяце множество горожан направлялось на колхозные поля, находящиеся в непосредственной близости от города, где они собирали зеленые капустные листья и много раз вновь и вновь перекапывали картофельные участки в надежде найти оставшиеся картофелины.
Конина уже считалась таким же деликатесом, как сейчас черная икра. Люди ста
"Зарплата в СССР в среднем в 10 раз ниже, чем зарплата за тот же труд на Западе и если человек не получаёт никаких льгот от партии, то он никогда не имеет свободных денег, с трудом перебиваясь от получки до получки." — Это из воспоминаний? Не верю. Так НИКТО из ветеранов и блокадников не говорил. Разве что герои "Таджикско-Узбекского фронта".
Ну, ну. Рассказ диссидента. Еще-бы ему любить советскую власть (которая его в психушку упрятала). Может очень объективно и непредвзято обо всем рассазать. Второй соЛЖЕницын.
Ветохин Юрий Александрович (р. 1929, Ленинград) — кибернетик. Литературовед (Ленинграде). В 1972 после угроз со стороны КГБ, пытался совершить побег в Турцию из Крыма. Арестован за "измену Родине" и "антисоветскую агитацию". Направлен на принудительное лечение в Ленинградскую специальную психиатрическую больницу.
Очень интересно! Кибернетик-литературовед. Зашибись
Комментарии
Если бы финны не выступили на стороне Германии, они бы повторили судьбу Норвегии.
Джамбул
Ленинградцы, дети мои!
Ленинградцы, дети мои!
Ленинградцы, гордость моя!
Мне в струе степного ручья
Виден отблеск невской струи.
Если вдоль снеговых хребтов
Взором старческим я скользну, —
Вижу своды ваших мостов,
Зорь балтийских голубизну,
Фонарей вечерних рои,
Золоченых крыш острия...
Ленинградцы, дети мои!
Ленинградцы, гордость моя! ..............
[i]Ленинградцы мои, вы не дети мне, нет,
Не Джамбул я, куда мне до старца, ей-богу.
Вы мне братья и сёстры, и глаз ваших свет
Озаряет тернистую эту по жизни дорогу.
Ленинградцы мои, вы и гордость и боль,
Человечества кроха и центр Вселенной.
Я в столице страны и в ауле любом
Преклоняю пред знаменем вашим колена
Двух свечей за столом огоньки,
Как Ростральных колонн маяки.
Сколько зим, сколько лет,
Я, встречая рассвет,
Вспоминаю о вас, дорогие мои земляки.
В моё сердце вы гордо вошли,
Как в Неву на парад корабли.
С вами веры одной,
И не надо другой,
Снится город один нам вдали от родимой земли.
Я прошу у судьбы не отринуть меня
От проспектов прямых и от статуи гордой.
И пусть сердце моё вечно жалит змея,
На которую конь опирается твёрдо.
Пусть на Заячьем острове нам о часах
В полдень выстрелом гулким напомнит орудье.
И пусть в небе кораблик на всех парусах
Вечно мчится к его ожидающим людям.
Двух свечей за столом огоньки,
Как Ростральных колонн маяки.
Сколько зим, сколько лет,
Я, встречая рассвет,
Вспоминаю о вас, дорогие мои земляки.
Ленинградцы мои, вы не дети мне, нет,
Дан отец нам один, и не надо другого.
Пусть он вечно летит на горячем коне,
До скончания века мы — дети Петровы.
[i]
(А.Розенбаум)
И позор вечный тем паразитам, что озверели, не выдержали испытаний.. В миру они были сволочами и слабаками, каких и сейчас хватает... Тем величественнее память к тем, кто не сломался...
Те, кто считает себя крутым, так же ломаются — пусть увидят себя в этих строчках... Выстояли те, кто крутым себя не считал... Они -выше этого...
Вы ничего не поняли , не понимаете и Христианства. Не Бог такой злой и нас наказал, а те кто отошли от него обрекают себя на беду. Просто большинство даже сегодня — в 2010 году видно еще не поняло настоящих причин трагедии России, города-революции Питера. Мой любимый город, кстати, где я жил и учился.
Для эксперимента: пролистайте Нонейм по календарю день за днём назад, скажем, пару месяцев, и попытайтесь найти хоть один день без Великой Отечественной. Найдёте такой? Ну вот, и это разве нормально?
Только последний урод может после этого восхвалять Гитлера или Маннергейма.
Не понял этого. Евреи только занимались канибализмом? Странно написано...
Летом 1941 года я жил на даче в селе Большие Крупели Лужского района, в 131 км. от Ленинграда. Первые две недели после начала войны с Германией дачники ничего не слышали о боях. Странно читать теперь роман Чаковского «Блокада», где описываются длительные и тяжелые бои на Лужском плацдарме. Я жил тогда всего в 4 километрах от того места, где теперь установлен памятный мемориал, и ни разу не слышал никаких выстрелов. И вдруг, однажды на исходе дня, в первых числах июля месяца, в село прискакал командир на усталой лошади. Остановившись в центре села, он стал отрывисто отдавать приказания:
— Весь скот! Весь без исключения скот сейчас же зарезать! Чтобы немцам не достался! Скорей! Немцы сейчас войдут в село! Всем дачникам без вещей... сейчас же идти пешком к Ленинградскому шоссе! Там вас кто-нибудь подберет.
И началась невообразимая паника. Стали резать скот, резать, не дорезая. Раненые, но не убитые коровы, лошади, овцы и свиньи подняли такой рёв, стон и вой, что эти ужасные звуки запомнились мне на всю жизнь. Заходящее солнце, казалось, было красным от крови. Дачники, с искаженными от страха лицами, беспорядочной толпой устремились к шоссе.
И вот мы попали в Ленинград. В Ленинграде шла эвакуация. Однако, многие простые люди эвакуироваться не могли из-за отсутствия денег на дорогу. Зарплата в СССР в среднем в 10 раз ниже, чем зарплата за тот же труд на Западе и если человек не получаёт никаких льгот от партии, то он никогда не имеет свободных денег, с трудом перебиваясь от получки до получки. Срываться с места без денег, и ехать неизвестно куда, где нет никого знакомых, — было немыслимо.
Оставшиеся жители осажденного города сожгли на
всякий случай школьные и служебные почетные грамоты, у кого они были, и так приготовились к возможному приходу немцев. Чтобы уменьшить вероятность гибели от бомб, ленинградцы перенесли в дровяные подвалы свои кровати или раскладушки и стали спать в этих подвалах. Однако, главная опасность оказалась непредвиденной. В городе начался голод.
Как и во всей стране, в Ленинграде была введена карточная система на продукты питания с самого начала войны. Карточки были нескольких категорий: рабочие, иждивенческие, детские и для служащих. Больше всего продуктов питания было указано на детских карточках и на карточках для рабочих, однако, на деле продукты распределялись иначе. Не во всяком магазине можно было отоварить свои карточки. Их требовалось прикреплять к определенным магазинам. Порядок прикрепления карточек к магазинам определялся не только местожительством, но и социальной принадлежностью. Власти отвели сотни специальных магазинов для коммунистической элиты и ближайших коммунистических сотрудников. Были отведены отдельные магазины для партийных и хозяйственных работников, для работников НКВД, для писателей, для композиторов, для артистов, ученых, для семей высших офицеров, для специалистов военной промышленности и для разного рода номенклатурщиков. В то время, как в магазинах для народа продуктов для отоваривания карточек не хватало, в магазинах для привилегированных лиц, куда вход регулировался строго по пропускам, имелось достаточно разнообразных продуктов высокого качества. Карточки выдавались каждый месяц и за исключением хлебных не имели на своих талонах указаний на числа месяца, в которые продукты можно было бы отоварить в магазине. Поэтому каждую декаду месяца власти объявляли населению, какие продукты и в каком количестве, из числа указанных на их карточках, они могут купить.
Это и было фактическим распределением продуктов среди населения. Такой порядок позволял по одинаковым карточкам выдавать продукты коммунистической элите в большем количестве и лучшего качества, чем прос-
тым людям. В то время, как большинство талонов на продукты у простого народа ежемесячно оставались неиспользованными из-за отсутствия распоряжения властей об их отоварке, коммунистическая элита, согласно секретным распоряжениям тех же властей, отоваривала свои карточки целиком, да сверх того получала продукты питания даже на непродуктовые талоны, на которых было написано «керосин», «спички», «соль» или просто стояла цифра или буква.
То же самое было в столовых и ресторанах. Представители коммунистической элиты оказались прикрепленными к таким столовым и ресторанам, где они получали обильную и высококачественную пищу, в то время, как простые люди в обычных столовых за те же самые талоны, вырезаемые из их карточек, получали тарелку бурды, в которой плавало несколько крупинок и ничего больше.
Острый недостаток питания стал ощущаться через 2-3 месяца после введения карточек. Уже в сентябре месяце множество горожан направлялось на колхозные поля, находящиеся в непосредственной близости от города, где они собирали зеленые капустные листья и много раз вновь и вновь перекапывали картофельные участки в надежде найти оставшиеся картофелины.
Конина уже считалась таким же деликатесом, как сейчас черная икра. Люди ста
иногда склонны забывать, что кроме явного врага был еще внутренний враг равнодушия к горю своих ради сытого желудка
Очень интересно! Кибернетик-литературовед. Зашибись