— Присоединяйся к толпе, дорогой мой. Бывало, у меня наступали слезы на
глазах, когда я видела государственный флаг, так я любила свою страну. Я
была счастлива, что живу здесь, я думала, я не должна лишь пользоваться
этим, я должна тоже что-то делать — участвовать в выборах, поддерживать
демократические процессы!
Я многому научилась и постепенно начала понимать, что вещи не совсем
похожи на то, что мы о них узнаем внешне: американцы — не всегда самые
лучшие ребята: наше правительство не всегда поддерживает свободу и
справедливость!
Война во Вьетнаме подогрела меня, и чем больше я занималась… я просто
не могла поверить, что Соединенные Штаты выступают против выборов в чужой
стране потому, что мы знаем, что результат будет не в нашу пользу; Америка
поддерживает марионеточного диктатора; американский президент публично
заявляет, что мы ведем войну не потому, что добиваемся справедливости во
Вьетнаме, а потому что хотим получить его олово и вольфрам!
Я свободна протестовать, думала я. Поэтому я присоединилась к мирной
манифестации, законной ненасильственной демонстрации протеста. Мы не были
безумцами, мы не были грабителями, которые сбрасывали зажигательные бомбы,
мы были самыми честными людьми Лос-Анжелеса: юристами, врачами, родителями,
учителями, бизнесменами.
Полиция преследовала нас, будто мы были бешеными собаками, до крови
избивая нас дубинками. Я видела, как они били матерей, которые держали на
руках младенцев, я видела, как они вышибли дубинками человека из инвалидной
коляски, и как кровь текла но тротуару! И это Город Лос-Анжелес!
Этого не может быть, продолжала думать я! Мы — американцы, и нас
атакует наша собственная полиция! Я убежала, когда они начали бить меня, и я
не знаю, что там происходило дальше. Какие-то друзья взяли меня к себе
домой.