Всю нашу жизнь рядом с нами великая святыня — святая вода (по-гречески «агиасма» — «святыня»).
Освященная вода есть образ благодати Божией: она очищает верующих людей от духовных скверн, освящает и укрепляет их к подвигу спасения в Боге.
Мы впервые окунаемся в нее в Крещении, когда при принятии этого таинства трижды бываем погружаемы в купель, наполненную святой водой. Святая вода в таинстве Крещения омывает греховные нечистоты человека, обновляет и возрождает его в новую жизнь во Христе.
Святая вода обязательно присутствует при освящении храмов и всех предметов, употребляющихся в богослужении, при освящении жилых домов, построек, любого бытового предмета. Нас окропляют святой водой на крестных ходах, при молебнах.
В день Богоявления каждый православный христианин несет домой сосуд со святой водой, бережно хранит ее как величайшую святыню, с молитвой причащаясь святой водой в болезнях и всякой немощи.
Старец иеросхимонах Серафим Вырицкий всегда советовал окроплять продукты и саму пищу иорданской (крещенской) водой, которая, по его словам, «сама все освящает». Когда кто-нибудь сильно болел, старец Серафим благословлял принимать по столовой ложке освященной воды через каждый час. Старец говорил, что сильнее лекарств, чем святая вода и освященное масло, — нет.
Обычно на молебнах игумена Германа, совершаемых в церкви св. пророка Иоанна Предтечи, собирается до сотни человек. Среди них, как правило, от трех до пяти одержимых.
Однако отнюдь не на каждом богослужении они присутствуют в обязательном порядке. Если такие люди в храме есть, то "странности" начинаются почти с первыми словами молебна: какие-то невразумительные и испуганные выкрики, охи, ропот, непонятные движения. Дети, в которых присутствует "нечто", начинают беспричинно плакать. При одном только приближении отца Германа один такой малыш взревел настоящим мужским басом и принялся неистовствовать, выдираясь из рук держащей его матери. И это в то время, когда другие ребятишки с радостью подставляли свои личики под омовение святой водой. Многие из них внешне как будто даже светлели, счастливо при этом улыбаясь и прислушиваясь к чему-то таинственному, что свершалось внутри них.
Совсем по-другому ведут себя одержимые. Когда на них попадают брызги святой воды, они корчатся и ежатся, как от ожогов. В процессе службы игумен Герман несколько раз обходит всех присутствующих, помазывая святым миро и окропляя святой водой — каждого индивидуально. Имеющие в себе "аномалию" инфернального характера обычно, с ревом закатывая глаза, отшатываются назад, иногда падают. Упомянутая в начале статьи женщина, пока шла служба, валилась на пол раза четыре. И каждый раз — конвульсии, судороги, рев...
Дама, злословившая священника (пришедшая в храм, как потом выяснилось, с подругой и сыном лет 6-7), в конце службы с трудом подошла к целованию Распятия. Картина была душещипательная: сама она — образ и подобие Божие — тянулась к Кресту, а сидящий внутри нее изо всех сил шарахался от него. Описать эту сцену невозможно. Надо видеть ее своими глазами!
Несмотря на очевидную бестактность, я, не сдержав профессионального журналистского любопытства, подошел к этой женщине с расспросами: "Что вы ощущали? Почему так кричали?" На меня посмотрели исстрадавшиеся усталые глаза: "Не знаю. Все происходит помимо моего желания".
В наиболее тяжелых битвах с бесами нечистый дух "иммигрировал" в самого заклинателя.
Так, в "Деяниях Апостолов" (19, 13-16) есть рассказ о неких горе-экзорцистах: "Даже некоторые из скитающихся Иудейских заклинателей стали употреблять над имеющими злых духов имя Господа Иисуса, говоря: заклинаем вас Иисусом, Которого Павел проповедует. Это делали какие-то семь сынов Иудейского первосвященника Скевы. Но злой дух сказал в ответ: Иисуса знаю, и Павел мне известен, а вы кто? — и бросился на них человек, в котором был злой дух, и, одолев их, взял над ними такую силу, что они нагие и избитые выбежали из того дома".
Во время другого молебна молодая женщина лет тридцати пяти, отворачивая лицо, неожиданно по-собачьи начала махать перед собой руками — до нее дошли легкие клубы воскуренного в кадиле священника ладана.
Трудно описать словами интонации ее голоса, когда она со злобою закричала на отца Германа: "С-старый дур-рак, — и потом, как бы с сожалением в голосе: — У-у... сильный поп!" Привыкший за время своих многочисленных "отчиток" ко всему, пожилой священник приостановился только на мгновение и, стоя в пол-оборота, строгим голосом лишь властно бросил тому, кто, сидя внутри женщины, дерзко изрыгал на него хулу: "Ну-ка, замолчи сейчас же!" Больше этот некто своих соображений по поводу происходящего не высказывал — только глухо и недовольно ворчал внутри женщины.
Бывали и гораздо более серьезные случаи. Одного одержимого привезли в Троице-Сергиеву прикованным к кровати цепями. Когда его еще только подносили к воротам Лавры, он начал страшно буйствовать и рваться из пут. Свои действия он подкреплял самым отборным матом. Словесные конструкции, выстроенные из ненормативной лексики, были такой многоэтажности, что услышать похожие "перлы" можно далеко не в каждой "забегаловке". Успокоение пришло к нему после нескольких часов молитвенного служения отца Германа в храме, куда бесноватого занесли прямо с кроватью.
Страшно далеки они от народа... Нужен закон, ограничивающий затраты на содержание Думы и депутатов (кстати на наши с вами деньги), тогда посмотрим как они будут покупать лицензионные программы. И закон, запрещающий им пользоваться иномарками.
Мне вот интересно, как малолетний\немалолетний онанист будет обьяснять в суде НЕОБХОДИМОСТЬ скачивания и дальнейшего использования в личных целях порнографических картинок.
Комментарии
windxp.com.ru
Освященная вода есть образ благодати Божией: она очищает верующих людей от духовных скверн, освящает и укрепляет их к подвигу спасения в Боге.
Мы впервые окунаемся в нее в Крещении, когда при принятии этого таинства трижды бываем погружаемы в купель, наполненную святой водой. Святая вода в таинстве Крещения омывает греховные нечистоты человека, обновляет и возрождает его в новую жизнь во Христе.
Святая вода обязательно присутствует при освящении храмов и всех предметов, употребляющихся в богослужении, при освящении жилых домов, построек, любого бытового предмета. Нас окропляют святой водой на крестных ходах, при молебнах.
В день Богоявления каждый православный христианин несет домой сосуд со святой водой, бережно хранит ее как величайшую святыню, с молитвой причащаясь святой водой в болезнях и всякой немощи.
Однако отнюдь не на каждом богослужении они присутствуют в обязательном порядке. Если такие люди в храме есть, то "странности" начинаются почти с первыми словами молебна: какие-то невразумительные и испуганные выкрики, охи, ропот, непонятные движения. Дети, в которых присутствует "нечто", начинают беспричинно плакать. При одном только приближении отца Германа один такой малыш взревел настоящим мужским басом и принялся неистовствовать, выдираясь из рук держащей его матери. И это в то время, когда другие ребятишки с радостью подставляли свои личики под омовение святой водой. Многие из них внешне как будто даже светлели, счастливо при этом улыбаясь и прислушиваясь к чему-то таинственному, что свершалось внутри них.
Совсем по-другому ведут себя одержимые. Когда на них попадают брызги святой воды, они корчатся и ежатся, как от ожогов. В процессе службы игумен Герман несколько раз обходит всех присутствующих, помазывая святым миро и окропляя святой водой — каждого индивидуально. Имеющие в себе "аномалию" инфернального характера обычно, с ревом закатывая глаза, отшатываются назад, иногда падают. Упомянутая в начале статьи женщина, пока шла служба, валилась на пол раза четыре. И каждый раз — конвульсии, судороги, рев...
Дама, злословившая священника (пришедшая в храм, как потом выяснилось, с подругой и сыном лет 6-7), в конце службы с трудом подошла к целованию Распятия. Картина была душещипательная: сама она — образ и подобие Божие — тянулась к Кресту, а сидящий внутри нее изо всех сил шарахался от него. Описать эту сцену невозможно. Надо видеть ее своими глазами!
Несмотря на очевидную бестактность, я, не сдержав профессионального журналистского любопытства, подошел к этой женщине с расспросами: "Что вы ощущали? Почему так кричали?" На меня посмотрели исстрадавшиеся усталые глаза: "Не знаю. Все происходит помимо моего желания".
Так, в "Деяниях Апостолов" (19, 13-16) есть рассказ о неких горе-экзорцистах: "Даже некоторые из скитающихся Иудейских заклинателей стали употреблять над имеющими злых духов имя Господа Иисуса, говоря: заклинаем вас Иисусом, Которого Павел проповедует. Это делали какие-то семь сынов Иудейского первосвященника Скевы. Но злой дух сказал в ответ: Иисуса знаю, и Павел мне известен, а вы кто? — и бросился на них человек, в котором был злой дух, и, одолев их, взял над ними такую силу, что они нагие и избитые выбежали из того дома".
Трудно описать словами интонации ее голоса, когда она со злобою закричала на отца Германа: "С-старый дур-рак, — и потом, как бы с сожалением в голосе: — У-у... сильный поп!" Привыкший за время своих многочисленных "отчиток" ко всему, пожилой священник приостановился только на мгновение и, стоя в пол-оборота, строгим голосом лишь властно бросил тому, кто, сидя внутри женщины, дерзко изрыгал на него хулу: "Ну-ка, замолчи сейчас же!" Больше этот некто своих соображений по поводу происходящего не высказывал — только глухо и недовольно ворчал внутри женщины.
Бывали и гораздо более серьезные случаи. Одного одержимого привезли в Троице-Сергиеву прикованным к кровати цепями. Когда его еще только подносили к воротам Лавры, он начал страшно буйствовать и рваться из пут. Свои действия он подкреплял самым отборным матом. Словесные конструкции, выстроенные из ненормативной лексики, были такой многоэтажности, что услышать похожие "перлы" можно далеко не в каждой "забегаловке". Успокоение пришло к нему после нескольких часов молитвенного служения отца Германа в храме, куда бесноватого занесли прямо с кроватью.