ОФИЦИАЛЬНАЯ СОЦИОЛОГИЯ ВРЕТ!

Вот вы
полагаете себя технократами и элитой. Демократ у вас — слово
ругательное. Всяк сверчок да познает приличествующий ему
шесток. Вы ужасно презираете широкую массу и ужасно гордитесь
этим своим презрением. А на самом деле — вы настоящие,
стопроцентные рабы этой массы! Все, что вы ни делаете, вы
делаете для массы. Все, над чем вы ломаете голову, все это
нужно в первую очередь именно массе. Вы живете для массы. Если
бы масса исчезла, вы потеряли бы смысл жизни. Вы жалкие, убогие
прикладники. И именно поэтому из вас никогда не получится
маньяков. Ведь все, что нужно широкой массе, раздобыть
сравнительно нетрудно. Поэтому все ваши задачи — это задачи
заведомо разрешимые. Вы никогда не поймете людей, которые
кончают с собой в знак протеста...
— Почему это мы не поймем? — с раздражением возразил
Андрей. — Что тут, собственно, понимать? Конечно, мы делаем
то, чего хочет подавляющее большинство. И мы этому большинству
даем или стараемся дать все, кроме птичьего молока, которое,
кстати, этому большинству и не требуется. Но всегда есть
ничтожное меньшинство, которому нужно именно птичье молоко.
Идея-фикс, понимаете ли, у них. Идея-бзик. Подавай им именно
птичье молоко! Просто потому, что именно птичьего молока
достать нельзя. Вот так и появляются социальные маньяки. Чего
тут не понять? Или ты, действительно, считаешь, что все это
быдло можно поднять до элитарного уровня?
— Не обо мне речь, — сказал Изя, осклабляясь. — Я-то
себя рабом большинства, сиречь слугой народа, не считаю. Я
никогда на него не работал и не считаю себя ему обязанным...
— Хорошо, хорошо, — сказал Гейгер. — Всем известно, что
ты сам по себе. Вернемся к нашим самоубийствам. Ты полагаешь,
значит, самоубийства будут, какую бы политику мы не проводили?
— Они будут именно потому, что вы проводите вполне
определенную политику! — сказал Изя. — И чем дальше, тем
больше, потому что вы отнимаете у людей заботу о хлебе насущном
и ничего не даете им взамен. Людям становится тошно и скучно.
Поэтому будут самоубийства, наркомания, сексуальные революция,
дурацкие бунты из-за выеденного яйца...
— Да что ты несешь! — сказал Андрей с сердцем. — Ты
подумай, что ты несешь, экспериментатор ты вшивый! "Перчику ему
в жизнь, перчику!" Так что ли? Искусственные недостатки
предлагаешь создавать? Ты подумай, что у тебя получается!..
— Это не у меня получается, — сказал Изя, протягивая
через весь стол искалеченную руку, чтобы взять кастрюльку с
соусом. — Это у тебя получается. А вот то, что вы взамен
ничего не сможете дать, это факт. Великие стройки ваши — чушь.
Эксперимент над экспериментаторами — бред, всем на это
наплевать... И перестаньте на меня бросаться, я же не в
осуждение вам говорю. Просто таково положение вещей. Такова
судьба любого народника — рядится ли он в тогу
технократа-благодетеля, или он тщится утвердить в народе некие
идеалы, без которых, по его мнению, народ жить не может... Две
стороны одного медяка — орел или решка. В итоге — либо
голодный бунт, либо сытый бунт — выбирайте по вкусу. Вы
выбрали сытый бунт
— и благо вам, чего же на меня-то набрасываться?
— Соус на скатерть не лей, — сердито сказал Гейгер.
— Пардон... — Изя рассеянно растер лужу по скатерти
салфеткой. — Это же арифметически ясно, — сказал он. — Пусть
недовольные составляют только один процент. Если в Городе
миллион человек — значит, десять тысяч недовольных. Пусть даже
десятая процента — тысяча недовольных. Как начнет эта тысяча
шуметь под окнами!.. А потом, заметьте, вполне довольных ведь
не бывает. Это только вполне недовольные бывают. А так ведь
каждому чего-нибудь да не хватает. Всем он, понимаешь, доволен,
а вот автомобиля у него нет. Почему? Он, понимаешь, на Земле
привык к автомобилю, а здесь у него нет и, главное, не
предвидится... Представляете, сколько таких в Городе?
Жалеть женщин и детей, плачущих от голода, — это
нетрудно, это всякий умеет. А вот сумеете вы пожалеть
здоровенного сытого мужика с таким вот, — Изя показал, — половым органом? Изнывающего от скуки мужика? Денни Ли,
по-видимому, умел, а вы сумеете? Или сразу его — в нагайки?..
Стругацкие — "Град обреченный"