Александр Островский — Солженицын: прощание с мифом. М., 2006.
И вот, рухнули запреты.
Книги А.И. Солженицына стали доступны каждому. Помню, с каким трепетом я открывал приобретенное в одном из книжных развалов «Малое собрание» его сочинений в семи томах (2). И не могу забыть того разочарования, с которым закрывал этот семитомник.
Дело было не в литературных достоинствах тех произведений, с большинством из которых я познакомился впервые. С их страниц со мною говорил совсем не тот человек, каким до этого я представлял их автора.
Возникло желание разобраться.
Так появилась эта книга.
Главная ее цель не в том, чтобы дать еще одно жизнеописание А.И. Солженицына. Ему посвящена огромная литература как в нашей стране (3), так и за рубежом (4). Достаточно указать на изданную в 1984 г. книгу Майкла Скэммела, равной которой по фактическому материалу пока нет (5).
Подавляющее большинство биографических публикаций о А.И. Солженицыне написаны в жанре жития святых. Между тем такое представление о нем все более и более вступает в противоречие с мемуарами его современников, из числа которых можно назвать В.Е.Аллоя, Н.Бетелла, В.Н.Войновича, И.И.Зильберберга, О.В.Карлайл, А.И.Кондратовича, Л.З.Копелева, В.Я.Лакшина, В.Е.Максимова, М.В.Розанову, А.Д.Сахарова, В.Т.Шаламова и других.
Прочитайте – только внимательно – собственные воспоминания писателя «Бодался теленок с дубом» (далее – «Теленок») (6) и «Угодило зернышко промеж двух жерновов» (далее – «Зернышко») (7). Вдумайтесь в мемуарные свидетельства, рассыпанные по «Архипелагу ГУЛАГ» (8), принизывающие автобиографическую поэму «Дороженька» (9), мелькающие в интервью и других публичных выступлениях А.И. Солженицына (10), и вы сами увидите расхождение между сложившимся его образом и действительностью.
Об этом же свидетельствуют и мемуары его первой жены Натальи Алексеевны Решетовской (11): и опубликованные ею воспоминания (12), и остающийся пока неопубликованным дневник (13).
Очень многое могли бы рассказать нам дать архивы (14), а также архивы государственных учреждений, в первую очередь спецслужб как советских, так и зарубежных. Но они, к сожалению, пока остаются для исследователей почти недоступными. Тем ценнее для нас первые документальные публикации (15), важнейшей из которых на сегодняшний день является сборник документов «Кремлевский самосуд. Секретные документы Политбюро о писателе А.Солженицыне» (М., 1994).
Опираясь на эти и некоторые другие источники, попробуем проследить жизненный путь писателя и посмотреть, насколько сложившиеся представления о нем как о праведнике, пророке, отважном и бескомпромиссном борце с советской системой соответствуют действительности.
О! Про отражение натиска фашистов на Ленинград даже написали! Ещё про оборону Ленинграда напиши и жестокие бои. А чем автор от самого Солженицина отличается тогда?
После "мемуаров" Антонова-Овсеенки (кажется сына того, кто — "кто тут временные — слазь..."), Надежды Мандельштам, да того же Шаламова спустя много лет читать "Гулаг" — скушно, давно известные истины преподнесенные с апломбом первооткрывателя. Впрочем даже преувеличенные эти истины не красят тот режим...
Я, один из тех, кто был на NNM практически с момента основания (на его разных обличьях и моих разных никах, дискутировавший с самим d()c-ом — кто из вас минусоиды знает, о ком речь?!), впервые столкнулся с таким падением уровня, когда заминусовали даже не мнение, а ... что... — указание на отсутствие логики в некоем утверждении автора. Такого уровня двупальцелобых завсегдатаев пивного ларька NNM никогда не знал. Не зря когдатошние завсегдатаи здешних интеллектуальных дискуссий разбежались отсюда. Но такое же падение ждет и страну, где горепатриоты присвоили себе право определять, кто имеет право голоса и чье мнение достойно быть опубликовано. Это в истории уже бывало и всегда плохо заканчивалось. Мне жаль, что двупальцелобые определяют судьбу мне совсем не чужой страны. Можно только надеяться, что из тлена прорастут цветы. Что касается А.И. (загадка для двупальцелобых любителей пива), то мое мнение о нем, увы совсем не однозначно.
для меня эта книга под полой провезённая из Парижа в 1987 году была Откровением, глотком свежего воздуха и пенять Солженицыну на неточности сродни выискивать очипатки в Святом Писании
Кстати, есть замечательное автобиографическое произведение — "Норильские рассказы" Сергея Снегова.
Автор пишет только о том, что видел или что слышал сам. Произведение относительно небольшое, написано прекрасным языком, легко читается. Снегов впоследствии — крупный писатель-фантаст, автор трилогии "Вторжение в Персей" и многих рассказов.
Комментарии
Александр Островский — Солженицын: прощание с мифом. М., 2006.
И вот, рухнули запреты.
Книги А.И. Солженицына стали доступны каждому. Помню, с каким трепетом я открывал приобретенное в одном из книжных развалов «Малое собрание» его сочинений в семи томах (2). И не могу забыть того разочарования, с которым закрывал этот семитомник.
Дело было не в литературных достоинствах тех произведений, с большинством из которых я познакомился впервые. С их страниц со мною говорил совсем не тот человек, каким до этого я представлял их автора.
Возникло желание разобраться.
Так появилась эта книга.
Главная ее цель не в том, чтобы дать еще одно жизнеописание А.И. Солженицына. Ему посвящена огромная литература как в нашей стране (3), так и за рубежом (4). Достаточно указать на изданную в 1984 г. книгу Майкла Скэммела, равной которой по фактическому материалу пока нет (5).
Подавляющее большинство биографических публикаций о А.И. Солженицыне написаны в жанре жития святых. Между тем такое представление о нем все более и более вступает в противоречие с мемуарами его современников, из числа которых можно назвать В.Е.Аллоя, Н.Бетелла, В.Н.Войновича, И.И.Зильберберга, О.В.Карлайл, А.И.Кондратовича, Л.З.Копелева, В.Я.Лакшина, В.Е.Максимова, М.В.Розанову, А.Д.Сахарова, В.Т.Шаламова и других.
Прочитайте – только внимательно – собственные воспоминания писателя «Бодался теленок с дубом» (далее – «Теленок») (6) и «Угодило зернышко промеж двух жерновов» (далее – «Зернышко») (7). Вдумайтесь в мемуарные свидетельства, рассыпанные по «Архипелагу ГУЛАГ» (8), принизывающие автобиографическую поэму «Дороженька» (9), мелькающие в интервью и других публичных выступлениях А.И. Солженицына (10), и вы сами увидите расхождение между сложившимся его образом и действительностью.
Об этом же свидетельствуют и мемуары его первой жены Натальи Алексеевны Решетовской (11): и опубликованные ею воспоминания (12), и остающийся пока неопубликованным дневник (13).
Очень многое могли бы рассказать нам дать архивы (14), а также архивы государственных учреждений, в первую очередь спецслужб как советских, так и зарубежных. Но они, к сожалению, пока остаются для исследователей почти недоступными. Тем ценнее для нас первые документальные публикации (15), важнейшей из которых на сегодняшний день является сборник документов «Кремлевский самосуд. Секретные документы Политбюро о писателе А.Солженицыне» (М., 1994).
Опираясь на эти и некоторые другие источники, попробуем проследить жизненный путь писателя и посмотреть, насколько сложившиеся представления о нем как о праведнике, пророке, отважном и бескомпромиссном борце с советской системой соответствуют действительности.
Ну описание лагерной жизни может пригодится.
В такой стране живем...
ЧИТАЙТЕ боЛЬШЕ!
Автор пишет только о том, что видел или что слышал сам. Произведение относительно небольшое, написано прекрасным языком, легко читается. Снегов впоследствии — крупный писатель-фантаст, автор трилогии "Вторжение в Персей" и многих рассказов.
ВСЕМ НАСТОЯТЕЛЬНО СОВЕТУЮ ПРОЧИТАТЬ...
— таким и на зоне остался! Слушать и докладывать, слушать и докладывать...