К 100-летию К.М.Симонова

Занятно, как троЛЛей колбасит от Победы СССР во Второй Мировой, прям как бесов от святой воды.

С одной стороны радует, что Симонов и вся советская пейсательская шушера уходят в небытие. Никто их больше не читает и не читают. С другой стороны, столько говноагиток выходит в виде кино для слабоумных от рождения. Все эти Брестские крепости, Сталинграды, Битвы за Севастополь и.т.д Фёдор видимо прав был. Рождает слишком много лишних людей)

Считаю, что было бы неплохо на сайте "Память народа" добавить раздел "Кинохроника" или что-то в этом роде.
pamyat-naroda.ru

Читал несколько лет назад его трилогию "Живые и мёртвые". Не встречал до этого такую живую книгу о войне: в ней было и место героизму, но показывало как человека может закрутить в перевлёт войны, ты понимаешь что должен что-то сделать но и жить-то ты хочешь. В ней Симонов собрал все свои впечатления о войне, в том числе и то, как выходили из окружения. Советую почитать всем, кто до сих пор счмтает разрешение межгосударственных споров войной хорошим способом. После прочтения никому её не пожелаешь.

Родина
Касаясь трех великих океанов,
Она лежит, раскинув города,
Покрыта сеткою меридианов,
Непобедима, широка, горда.
Но в час, когда последняя граната
Уже занесена в твоей руке
И в краткий миг припомнить разом надо
Все, что у нас осталось вдалеке,
Ты вспоминаешь не страну большую,
Какую ты изъездил и узнал,
Ты вспоминаешь родину — такую,
Какой ее ты в детстве увидал.
Клочок земли, припавший к трем березам,
Далекую дорогу за леском,
Речонку со скрипучим перевозом,
Песчаный берег с низким ивняком.
Вот где нам посчастливилось родиться,
Где на всю жизнь, до смерти, мы нашли
Ту горсть земли, которая годится,
Чтоб видеть в ней приметы всей земли.
Да, можно выжить в зной, в грозу, в морозы,
Да, можно голодать и холодать,
Идти на смерть... Но эти три березы
При жизни никому нельзя отдать.
1941

Все эти агитаторы, одноразовые, как изделие номер 2. Через пару лет после их смерти, никому они уже не интересны и вспоминать их не стоит.
Мемуары пишут те, кто был около войны. Во втором эшелоне, в штабе. Либо продажные писаки, выражавшие официальную точку зрения, согласно которой мы бодро побеждали, а злые фашисты тысячами падали, сраженные нашим метким огнем. Симонов, «честный писатель», что он видел? Его покатали на подводной лодке, разок он сходил в атаку с пехотой, разок — с разведчиками, поглядел на артподготовку — и вот уже он «все увидел» и «все испытал»! (Другие, правда, и этого не видели.) Писал с апломбом, и все это — прикрашенное вранье. А шолоховское «Они сражались за Родину» — просто агитка! О мелких шавках и говорить не приходится.
/Н. Н. Никулин Воспоминания о войне /