С самого начала в его котлах были установлены некачественные трубки. Эти трубки постоянно лопались, протекали. Мощь котлов была спроектирована на 30 узлов, но испытаны котлы при сдаче флоту были только на треть мощности. Поэтому мы не могли выводить на полную мощность котлы. Котел должен давать давление в 105 атмосфер, а давал максимум 60. Должен сто тонн пара в час давать, а давал сорок. Выходили в море на честном слове...
Я помню, как сейчас. Сидим мы на приеме у министра обороны Мальты во дворце, и тут мне офицер связи докладывает: "Ветер усиливается до тридцати метров в секунду. А на "Кузнецове" не работает ни один котел!" Я сразу прикидываю: якорь-цепь у нас вытравлена на сто метров, длина корпуса триста четыре метра, до скал двести пятьдесят метров. Парусность у корабля огромная, его тащит на скалы. Я прервал переговоры с министром, на машине помчался на вертолетную площадку. По всем летным правилам посадка на палубе при таком ветре запрещена, но вертолетчики посадили меня на палубу "Кузнецова".
...Я уже предчувствовал величайший в истории позор. Самый большой корабль России в год юбилея русского флота лежит разбитый на скалах Мальты. Это увидел бы по телевизору весь мир.
Корму медленно несло на скалы, а мы с матюками и молитвами возились с самым близким к исправности котлом. В итоге его кое-как запустили. Один котёл дает мощи всего на полтора узла хода. Этого мало, но наше приближение к скалам хотя бы замедлилось. Наконец, ввели в строй еще один котел. Слава Богу и матросам из БЧ-5, катастрофа не состоялась. Я не знаю, как бы я потом жил, если б угробил "Кузнецов", после такого лучше вообще не жить...
С грехом пополам на двух котлах медленно потащились в Северодвинск. Шли обратно почти два месяца...
Адмирал Валентин Селиванов
командующий Средиземноморской 5-й оперативной эскадрой,
Тем более, что при чтении текста про французский авианосец у меня не раз возникала мысль: Ну и артисты! Даже у нас такого трындеца не было! А ведь у французов и опыт был, пусть и небольшой, и катастройки не было. Однако же таких идиотских выкрутасов на Кузнецове не случалось, хоть он и был тогда сырой.
Честь и слава нашим морякам за аццкий труд по сохранению авианосца!
Да вся история морских кампаний Второй Мировой войны это история побед авианосцев над линейными кораблями. Очень ярко это было показано при Пёрл-Харборе: линкоры и масса других кораблей не смогли сделать против японцев ни-хре-на.
Не менее это было продемонстрировано после Мидуэя: когда Япония лишилась своих главных авианосцев, участь её была предрешена.
Учите историю, господа, прежде чем ставить минусы.
Комментарии
Я помню, как сейчас. Сидим мы на приеме у министра обороны Мальты во дворце, и тут мне офицер связи докладывает: "Ветер усиливается до тридцати метров в секунду. А на "Кузнецове" не работает ни один котел!" Я сразу прикидываю: якорь-цепь у нас вытравлена на сто метров, длина корпуса триста четыре метра, до скал двести пятьдесят метров. Парусность у корабля огромная, его тащит на скалы. Я прервал переговоры с министром, на машине помчался на вертолетную площадку. По всем летным правилам посадка на палубе при таком ветре запрещена, но вертолетчики посадили меня на палубу "Кузнецова".
...Я уже предчувствовал величайший в истории позор. Самый большой корабль России в год юбилея русского флота лежит разбитый на скалах Мальты. Это увидел бы по телевизору весь мир.
Корму медленно несло на скалы, а мы с матюками и молитвами возились с самым близким к исправности котлом. В итоге его кое-как запустили. Один котёл дает мощи всего на полтора узла хода. Этого мало, но наше приближение к скалам хотя бы замедлилось. Наконец, ввели в строй еще один котел. Слава Богу и матросам из БЧ-5, катастрофа не состоялась. Я не знаю, как бы я потом жил, если б угробил "Кузнецов", после такого лучше вообще не жить...
С грехом пополам на двух котлах медленно потащились в Северодвинск. Шли обратно почти два месяца...
Адмирал Валентин Селиванов
командующий Средиземноморской 5-й оперативной эскадрой,
начальник Главного штаба флота.
Тем более, что при чтении текста про французский авианосец у меня не раз возникала мысль: Ну и артисты! Даже у нас такого трындеца не было! А ведь у французов и опыт был, пусть и небольшой, и катастройки не было. Однако же таких идиотских выкрутасов на Кузнецове не случалось, хоть он и был тогда сырой.
Честь и слава нашим морякам за аццкий труд по сохранению авианосца!
Дык, показал бы нам всем, где че выхвачено и обрезано, чтобы не выглядеть дураком-болтуном.
Не менее это было продемонстрировано после Мидуэя: когда Япония лишилась своих главных авианосцев, участь её была предрешена.
Учите историю, господа, прежде чем ставить минусы.