--- "Невозможно просто так встать в людном месте и просить деньги." ---
Пранк — одеться в РВАНИНУ (у каждого есть старьё), вооружиться включённой скрытой камерой (маленькй видерегистратор например) и встать около метро рядом с такой вот бабкой. И отследить кто-же тебя придёт щемить. --- Я понимаю прийдут менты (а может и не менты). Но тогда уже наглядно понятно будет. Что тебя прогнали. а сгорбленную НЕТ О_О
А типа, когда они придут — с криком "шутка!" убежать и, типа, все? Так они и на пару суток в обезьянник посадить могут где шутника забьют неизвестные личности. И кошелек положить в карман, на который заявление о краже написано — считай уголовка. Я бы не рекомендовал такими вещами заниматься без мощной поддержки в силовых структурах.
Зачем "шутка", объяснить, что не хватает реально на билет. Да причин миллион может быть, из-за чего ты до такой жизни докатился. ... ... ... У меня так 2 друга приехали ко мне в город из соседнего всё пробухали, а денег НОЛЬ — пешком пошли.
Сугубо мое имхо — подавая таким людям, люди подсознательно откупаются от совести. Ну как же, ведь подал. А на деле, когда такого человека просят о реальной помощи, 9 из 10 откажут. Нет времени, денег и т.д.
Повторюсь я не психолог и не претендую. Просто мое личное мнение.
Лучше помочь в беде человеку знакомому (соседу например), не в качестве подати, а оказать помощь в конкретной ситуации когда кто-то попадает в тяжёлое положение (болезнь, несчастный случай) или не проходить мимо плачущего одинокого ребёнка (по крайней мере выяснить не потерялся ли он) или мимо лежащего на тротуаре человека (может плохо с сердцем). Тут всего-то нужно не быть равнодушным и вовремя вызвать полицию и/или "скорую"...
Благотворительным фондам я тоже не очень доверяю.
Либерасня и псевдокоммуняки представляют обычно таких вот нищих бабушек как результаты тирании Мордора (мол типа нищает население), а тут Варламов ясно даёт понять, что это так называемые "великие слепые" (по Ильфу и Петрову) в общем-то нищими не являются.
— Поезжайте в Киев и спросите там, что делал Паниковский до революции. Обязательно спросите!
— Что вы пристаете? — хмуро сказал Балаганов.
— Нет, вы спросите! — требовал Паниковский. — Поезжайте и спросите! И вам скажут, что до революции Паниковский был слепым. Если бы не революция, разве я пошел бы в дети лейтенанта Шмидта, как вы думаете? Ведь я был богатый человек. У меня была семья и на столе никелированный самовар. А что меня кормило? Синие очки и палочка.
Он вынул из кармана картонный футляр, оклеенный черной бумагой в тусклых серебряных звездочках, и показал синие очки.
— Вот этими очками, — сказал он со вздохом, — я кормился много лет. Я выходил в очках и с палочкой на Крещатик и просил какого-нибудь господина почище помочь бедному слепому перейти улицу. Господин брал меня под руку и вел. На другом тротуаре у него уже не хватало часов, если у него были часы, или бумажника. Некоторые носили с собой бумажники.
— Почему же вы бросили это дело? — спросил Балаганов оживившись.
— Революция, — ответил бывший слепой. — Раньше я платил городовому на углу Крещатика и Прорезной пять рублей в месяц, и меня никто не трогал. Городовой следил даже, чтобы меня не обижали. Хороший был человек! Фамилия ему была Небаба, Семен Васильевич. Я его недавно встретил. Он теперь музыкальный критик. А сейчас? Разве можно связываться с милицией? Не видел хуже народа. Они какие-то идейные стали, какие-то культуртрегеры. И вот, Балаганов, на старости лет пришлось сделаться аферистом. Но для такого экстренного дела можно пустить в ход мои старые очки. Это гораздо вернее ограбления.
И несмотря на то, что я не всегда понимаю Варламова, тут с ним я согласен полностью.
Как то в дверь позвонили дитятки цыганские. Попросили денешку на хлебушек. Вынес им буханку хлеба утрешнего. Думаю — куплю свежего вечером. Выхожу в магазин, а моя буханка у подъезда валяется.
Представлять себе цыган в роли попрошаек и гадателей — вчерашний день. В наших краях цыгане давно уже занимаются hi-tech'ом: торгуют китайскими смартфонами на улицах. Кто-то у них даже покупает.
И не совсем понятна связь нищей бабки с цыганами и полицией — она им платит за "крышу"? Или на них работает?
Комментарии
Пранк — одеться в РВАНИНУ (у каждого есть старьё), вооружиться включённой скрытой камерой (маленькй видерегистратор например) и встать около метро рядом с такой вот бабкой. И отследить кто-же тебя придёт щемить. --- Я понимаю прийдут менты (а может и не менты). Но тогда уже наглядно понятно будет. Что тебя прогнали. а сгорбленную НЕТ О_О
Повторюсь я не психолог и не претендую. Просто мое личное мнение.
Не мне судить.
Адресная помощь — это когда помогаешь немощной соседке,
в магазин сходишь, на лекарства денег добавишь...
И ты знаешь этого человека.
Благотворительным фондам я тоже не очень доверяю.
Либерасня и псевдокоммуняки представляют обычно таких вот нищих бабушек как результаты тирании Мордора (мол типа нищает население), а тут Варламов ясно даёт понять, что это так называемые "великие слепые" (по Ильфу и Петрову) в общем-то нищими не являются.
— Поезжайте в Киев и спросите там, что делал Паниковский до революции. Обязательно спросите!
— Что вы пристаете? — хмуро сказал Балаганов.
— Нет, вы спросите! — требовал Паниковский. — Поезжайте и спросите! И вам скажут, что до революции Паниковский был слепым. Если бы не революция, разве я пошел бы в дети лейтенанта Шмидта, как вы думаете? Ведь я был богатый человек. У меня была семья и на столе никелированный самовар. А что меня кормило? Синие очки и палочка.
Он вынул из кармана картонный футляр, оклеенный черной бумагой в тусклых серебряных звездочках, и показал синие очки.
— Вот этими очками, — сказал он со вздохом, — я кормился много лет. Я выходил в очках и с палочкой на Крещатик и просил какого-нибудь господина почище помочь бедному слепому перейти улицу. Господин брал меня под руку и вел. На другом тротуаре у него уже не хватало часов, если у него были часы, или бумажника. Некоторые носили с собой бумажники.
— Почему же вы бросили это дело? — спросил Балаганов оживившись.
— Революция, — ответил бывший слепой. — Раньше я платил городовому на углу Крещатика и Прорезной пять рублей в месяц, и меня никто не трогал. Городовой следил даже, чтобы меня не обижали. Хороший был человек! Фамилия ему была Небаба, Семен Васильевич. Я его недавно встретил. Он теперь музыкальный критик. А сейчас? Разве можно связываться с милицией? Не видел хуже народа. Они какие-то идейные стали, какие-то культуртрегеры. И вот, Балаганов, на старости лет пришлось сделаться аферистом. Но для такого экстренного дела можно пустить в ход мои старые очки. Это гораздо вернее ограбления.
И несмотря на то, что я не всегда понимаю Варламова, тут с ним я согласен полностью.
И не совсем понятна связь нищей бабки с цыганами и полицией — она им платит за "крышу"? Или на них работает?