Может просто отменим законы для обычных граждан, все равно среди них преступников ничтожно мало, и отправим туда тех, кто реально опаснее для общества в силу профессиональной деформации личности?))
А как кровью душу замараешь, обратно повернуть трудно… страшно. Ведь понимает человек: что перешел черту, что для всех остальных он стал хуже бешеного пса. Потому и держится до последнего за таких же отщепенцев…
Кстати)) знаешь какие сюжеты у нынешних книг?)) Вот прямо сейчас цитая наткнулся. Очень показательно))
Я процитирую:
"Один год назад мою жизнь уничтожил пьяный урод любивший полихачить. Ту которую я любил и нашего с ней будущего ребенка размазало в кашу по мостовой о бампер дорогой иномарки и бетонное ограждение. И какая ирония, что впрочем вовсе неудивительно для нашей страны, убийца отделался условным сроком благодаря огромным деньгам его папаши вовремя сунутым нужным людям."
"Череп продавшего меня адвоката не сломался от первого удара обрезком трубы, пришлось исправляться."
"Следователя который вел дело по факту ДТП и позже подчистившего материалы дела, удалось прикончить без проблем. С судьей выдавшей ублюдку условное было сложнее, я несколько часов просидел под дождем наблюдая как она ужинает с семьей в ресторане. Решая, имею ли я право пустить еще одну жизнь под откос. Меня уже к тому времени искали, весь город стоял на ушах. И времени на раздумье не было. Я убил её на следующий день на парковке."
и тд и тп.
Это пишут люди, граждане нашего общества. Не сумасшедшие и не преступники. Это то как реагирует на происходящее совесть нормальных людей.
Это то что в душах людей. То что копится и ждет своего времени. И всякий замаранный найдет свое отмщение обязательно))
Ну вообще-то нетрудно предположить на кого бы хозяин сервиса повесил бы украденные колеса.... потому-то бедолагам-мигрантам тут и деваться было некуда. Или воров лови...или?
А в целом, конечно бредовая ситуация... как говорится — приехали, дореформировались, доруководились...)))
Разница лишь в том, что у кого-то возможности воровать миллионами, а у кого-то только колеса тырить....но все в целом одна большая и сплоченная команда.... вертикаль... костяк и гордость нации)))
Чтобы превратить людей в легко повелеваемых существ, надо запретить им сопротивляться. Всему! Несправедливости властей, унижению. Для начала у них отберут право на оружие, приучат к слюнявой «толерантной» политике, а потом дойдёт дело и до чести. Такими легко управлять. Брось им кость — будут вилять хвостом, как шелудивые дворняжки. Дай немного власти — загрызут ближнего. За деньги — предадут не раздумывая. Даже размножаться они будут по плану, составленному власть имущими.
Пять составов сменили за десять лет, после смерти Железного Дровосека. Феликса, то есть, Эдмундовича. И это правильно. Сотрудник органов простым работягой уже жить не сможет. Кто хоть раз прикоснулся к власти, ощутил пьянящее чувство превосходства над другим — тот уже иначе относится к жизни. И убить его надо просто из милосердия — чтоб не мучился. Товарищ Сталин так и поступал — нет человека, нет проблемы.
Решать проблемы на корню. Не останавливаться до полной победы разума над пейзажем. Не давать людям дышать, потому что Гитлер дышал, и вон что получилось!
Герои ее — твои сверстники. Если бы они жили сейчас, они были бы твоими друзьями.
Береги эту книгу, ее написал хороший человек — для тебя.И все равно, как ты получил ее: в подарок от школы или от родителей, или сам заработал деньги и купил на свою первую получку, — пусть она будет всегда с тобой. Она поможет тебе вырасти настоящим гражданином нашей великой Родины.
...Куда бы ни передвигалось, какое бы движение руками или ногами ни совершало длинное тело человека с узкой головой, в старомодном картузе, с глазами, как у питона, запрятанными среди многочисленных складок кожи, человек этот уже был мертв. Месть шла за ним по пятам, днем и ночью, по дежурствам и облавам, она наблюдала за ним через окно, когда он рассматривал с женой вещи и тряпки, отобранные в семье у только что убитого человека; месть знала каждое его преступление и вела им счет.
Фомин был мертв потому, что во всех его деяниях и поступках им руководили теперь даже не жажда наживы и не чувство мести, а скрытое под маской чинности и благообразия чувство беспредельной и всеобъемлющей злобы — на свою жизнь, на всех людей, даже на немцев. Эта злоба исподволь опустошала душу Фомина, но никогда она не была столь страшной и безнадежной, как теперь, потому что рухнула последняя, хотя и подлая, но все же духовная опора его существования. Как ни велики были преступления, какие он совершил, он надеялся на то, что придет к положению власти, когда все люди будут его бояться, а из боязни будут уважать его и преклоняться перед ним. И, окруженный уважением людей, как это бывало в старину в жизни людей богатых, он придет к пристанищу довольства и самостоятельности.
А оказалось, что он не только не обрел, но и не имел никакой надежды обрести признанную имущественную опору в жизни. Он крал вещи людей, которых арестовывал и убивал, и немцы, смотревшие на это сквозь пальцы, презирали его как наемного, зависимого, темного негодяя и вора. Он знал, что нужен немцам только до тех пор, пока он будет делать это для них, для утверждения их господства, а когда это господство будет утверждено и придет законный порядок — Ordnung, они прогонят или попросту уничтожат его. Многие люди, правда, боялись его, но и эти люди и все другие презирали и сторонились его. А без утверждения себя в жизни, без уважения людей даже вещи и тряпки, которые доставались жене, не приносили ему никакого удовлетворения. Они жили с женой хуже зверей: звери все же имеют свои радости от солнца и пищи и продолжают в жизни самих себя. Кроме арестов и облав, в которых он участвовал, Игнат Фомин, как и все полицейские, нес караульную службу — дозорным по улицам или на посту при учреждениях.
Когда он очнулся, он лежал со связанными руками и ногами на спине под деревянной аркой ворот, и над ним, точно разрезанное темной дугой, свисало мутное небо с этим рассеянным, растворившимся не светом, а туманом. Маленький худенький мальчик, ловко снуя острыми локтями и коленками, взобрался на арку, некоторое время повозился на самой ее середине, и вдруг Фомин увидел высоко над собой толстую веревочную петлю, раскачивавшуюся в рассеянном мутном свете неба.
— Именем Союза Советских Социалистических Республик...
Фомин мгновенно притих и поднял глаза к небу и снова увидел над собой толстую веревочную петлю в рассеянном свете неба и худенького мальчика, который тихо сидел на арке ворот, обняв ее ногами, и смотрел вниз. Но вот голос с армянским акцентом перестал звучать. Фоминым овладел такой ужас, что он снова начал дико извиваться на земле. Несколько человек схватили его сильными руками и подняли в стоячем положении, а худенький мальчик на перекладине сорвал полотенце, стягивавшее ему челюсти, и надел ему на шею петлю. Фомин попытался вытолкнуть кляп изо рта, сделал в воздухе несколько судорожных движений и повис, едва не доставая ногами земли, в черном длинном пальто, застегнутом на все пуговицы. Ваня Туркенич повернул его лицом к Садовой улице и английской булавкой прикрепил на груди бумажку, объяснявшую, за какое преступление казнен Игнат Фомин. Потом они разошлись, каждый своим путем, только маленький Радик Юркин отправился ночевать к Жоре на выселки....
Ай-яй-яй, теперь видно, какие плохие были все патриоты, не ставшия грудью на защиту комиссарской власти! Защищайте е@рейчиков, а то и сами такими же станете!
Вот собственно и вся суть пропаганды, за все последние 70 лет ничего не изменилось.
А партизанская борьба — не просто так считается военным преступлением.
"Он при малейшем несчастье замирал, ничего не предпринимал, а все надеялся на лучшее. Когда при нем душили его любимую жену, он стоял возле да уговаривал: потерпи, может быть все обойдется".
Не испачкались? Колёса на уже вымытой снимали? Надо перенимать опыт )
Самые смешные правила, касающиеся дорожного движения, можно найти в Америке, хотя некоторые было бы неплохо и нам перенять. Так, например, в штате Миннесота водителей грязных машин штрафуют до 2 тыс. долларов. Причём чистыми должны быть даже колёса вашего авто. Не ждите спуска даже в случае, если к ним прилипнут случайные бумажки с дороги.
Комментарии
Может просто отменим законы для обычных граждан, все равно среди них преступников ничтожно мало, и отправим туда тех, кто реально опаснее для общества в силу профессиональной деформации личности?))
Константин Симонов «Убей его!»
Если дорог тебе твой дом,
Где ты русским выкормлен был,
Под бревенчатым потолком,
Где ты, в люльке качаясь, плыл;
Если дороги в доме том
Тебе стены, печь и углы,
Дедом, прадедом и отцом
В нем исхоженные полы;
Если мил тебе бедный сад
С майским цветом, с жужжаньем пчел
И под липой сто лет назад
В землю вкопанный дедом стол;
Если ты не хочешь, чтоб пол
В твоем доме немец топтал,
Чтоб он сел за дедовский стол
И деревья в саду сломал…
Если мать тебе дорога —
Тебя выкормившая грудь,
Где давно уже нет молока,
Только можно щекой прильнуть;
Если вынести нету сил,
Чтоб немец, к ней постоем став,
По щекам морщинистым бил,
Косы на руку намотав;
Чтобы те же руки ее,
Что несли тебя в колыбель,
Мыли гаду его белье
И стелили ему постель…
Если ты отца не забыл,
Что качал тебя на руках,
Что хорошим солдатом был
И пропал в карпатских снегах,
Что погиб за Волгу, за Дон,
За отчизны твоей судьбу;
Если ты не хочешь, чтоб он
Перевертывался в гробу,
Чтоб солдатский портрет в крестах
Снял фашист и на пол сорвал
И у матери на глазах
На лицо ему наступал…
Если жаль тебе, чтоб старик,
Старый школьный учитель твой,
Перед школой в петле поник
Гордой старческой головой,
Чтоб за все, что он воспитал
И в друзьях твоих и в тебе,
Немец руки ему сломал
И повесил бы на столбе.
Если ты не хочешь отдать
Ту, с которой вдвоем ходил,
Ту, что долго поцеловать
Ты не смел,— так ее любил,—
Чтоб фашисты ее живьем
Взяли силой, зажав в углу,
И распяли ее втроем,
Обнаженную, на полу;
Чтоб досталось трем этим псам
В стонах, в ненависти, в крови
Все, что свято берег ты сам
Всею силой мужской любви…
Если ты не хочешь отдать
Немцу с черным его ружьем
Дом, где жил ты, жену и мать,
Все, что родиной мы зовем,—
Знай: никто ее не спасет,
Если ты ее не спасешь;
Знай: никто его не убьет,
Если ты его не убьешь.
И пока его не убил,
Ты молчи о своей любви,
Край, где рос ты, и дом, где жил,
Своей родиной не зови.
Если немца убил твой брат,
Пусть немца убил сосед,—
Это брат и сосед твой мстят,
А тебе оправданья нет.
За чужой спиной не сидят,
Из чужой винтовки не мстят.
Если немца убил твой брат,—
Это он, а не ты солдат.
Так убей же немца, чтоб он,
А не ты на земле лежал,
Не в твоем дому чтобы стон,
А в его по мертвым стоял.
Так хотел он, его вина,—
Пусть горит его дом, а не твой,
И пускай не твоя жена,
А его пусть будет вдовой.
Пусть исплачется не твоя,
А его родившая мать,
Не твоя, а его семья
Понапрасну пусть будет ждать.
Так убей же хоть одного!
Так убей же его скорей!
Сколько раз увидишь его,
Столько раз его и убей!
Я процитирую:
"Один год назад мою жизнь уничтожил пьяный урод любивший полихачить. Ту которую я любил и нашего с ней будущего ребенка размазало в кашу по мостовой о бампер дорогой иномарки и бетонное ограждение. И какая ирония, что впрочем вовсе неудивительно для нашей страны, убийца отделался условным сроком благодаря огромным деньгам его папаши вовремя сунутым нужным людям."
"Череп продавшего меня адвоката не сломался от первого удара обрезком трубы, пришлось исправляться."
"Следователя который вел дело по факту ДТП и позже подчистившего материалы дела, удалось прикончить без проблем. С судьей выдавшей ублюдку условное было сложнее, я несколько часов просидел под дождем наблюдая как она ужинает с семьей в ресторане. Решая, имею ли я право пустить еще одну жизнь под откос. Меня уже к тому времени искали, весь город стоял на ушах. И времени на раздумье не было. Я убил её на следующий день на парковке."
и тд и тп.
Это пишут люди, граждане нашего общества. Не сумасшедшие и не преступники. Это то как реагирует на происходящее совесть нормальных людей.
Это то что в душах людей. То что копится и ждет своего времени. И всякий замаранный найдет свое отмщение обязательно))
— Да, не переживайте, наши сотрудники уже на месте и работают!
А в целом, конечно бредовая ситуация... как говорится — приехали, дореформировались, доруководились...)))
Разница лишь в том, что у кого-то возможности воровать миллионами, а у кого-то только колеса тырить....но все в целом одна большая и сплоченная команда.... вертикаль... костяк и гордость нации)))
Но почему-то грустно...
Пусть эта книга будет твоим верным товарищем.
Герои ее — твои сверстники. Если бы они жили сейчас, они были бы твоими друзьями.
Береги эту книгу, ее написал хороший человек — для тебя.И все равно, как ты получил ее: в подарок от школы или от родителей, или сам заработал деньги и купил на свою первую получку, — пусть она будет всегда с тобой. Она поможет тебе вырасти настоящим гражданином нашей великой Родины.
...Куда бы ни передвигалось, какое бы движение руками или ногами ни совершало длинное тело человека с узкой головой, в старомодном картузе, с глазами, как у питона, запрятанными среди многочисленных складок кожи, человек этот уже был мертв. Месть шла за ним по пятам, днем и ночью, по дежурствам и облавам, она наблюдала за ним через окно, когда он рассматривал с женой вещи и тряпки, отобранные в семье у только что убитого человека; месть знала каждое его преступление и вела им счет.
Фомин был мертв потому, что во всех его деяниях и поступках им руководили теперь даже не жажда наживы и не чувство мести, а скрытое под маской чинности и благообразия чувство беспредельной и всеобъемлющей злобы — на свою жизнь, на всех людей, даже на немцев. Эта злоба исподволь опустошала душу Фомина, но никогда она не была столь страшной и безнадежной, как теперь, потому что рухнула последняя, хотя и подлая, но все же духовная опора его существования. Как ни велики были преступления, какие он совершил, он надеялся на то, что придет к положению власти, когда все люди будут его бояться, а из боязни будут уважать его и преклоняться перед ним. И, окруженный уважением людей, как это бывало в старину в жизни людей богатых, он придет к пристанищу довольства и самостоятельности.
А оказалось, что он не только не обрел, но и не имел никакой надежды обрести признанную имущественную опору в жизни. Он крал вещи людей, которых арестовывал и убивал, и немцы, смотревшие на это сквозь пальцы, презирали его как наемного, зависимого, темного негодяя и вора. Он знал, что нужен немцам только до тех пор, пока он будет делать это для них, для утверждения их господства, а когда это господство будет утверждено и придет законный порядок — Ordnung, они прогонят или попросту уничтожат его. Многие люди, правда, боялись его, но и эти люди и все другие презирали и сторонились его. А без утверждения себя в жизни, без уважения людей даже вещи и тряпки, которые доставались жене, не приносили ему никакого удовлетворения. Они жили с женой хуже зверей: звери все же имеют свои радости от солнца и пищи и продолжают в жизни самих себя. Кроме арестов и облав, в которых он участвовал, Игнат Фомин, как и все полицейские, нес караульную службу — дозорным по улицам или на посту при учреждениях.
Когда он очнулся, он лежал со связанными руками и ногами на спине под деревянной аркой ворот, и над ним, точно разрезанное темной дугой, свисало мутное небо с этим рассеянным, растворившимся не светом, а туманом. Маленький худенький мальчик, ловко снуя острыми локтями и коленками, взобрался на арку, некоторое время повозился на самой ее середине, и вдруг Фомин увидел высоко над собой толстую веревочную петлю, раскачивавшуюся в рассеянном мутном свете неба.
— Именем Союза Советских Социалистических Республик...
Фомин мгновенно притих и поднял глаза к небу и снова увидел над собой толстую веревочную петлю в рассеянном свете неба и худенького мальчика, который тихо сидел на арке ворот, обняв ее ногами, и смотрел вниз. Но вот голос с армянским акцентом перестал звучать. Фоминым овладел такой ужас, что он снова начал дико извиваться на земле. Несколько человек схватили его сильными руками и подняли в стоячем положении, а худенький мальчик на перекладине сорвал полотенце, стягивавшее ему челюсти, и надел ему на шею петлю. Фомин попытался вытолкнуть кляп изо рта, сделал в воздухе несколько судорожных движений и повис, едва не доставая ногами земли, в черном длинном пальто, застегнутом на все пуговицы. Ваня Туркенич повернул его лицом к Садовой улице и английской булавкой прикрепил на груди бумажку, объяснявшую, за какое преступление казнен Игнат Фомин. Потом они разошлись, каждый своим путем, только маленький Радик Юркин отправился ночевать к Жоре на выселки....
Вот собственно и вся суть пропаганды, за все последние 70 лет ничего не изменилось.
А партизанская борьба — не просто так считается военным преступлением.
Самые смешные правила, касающиеся дорожного движения, можно найти в Америке, хотя некоторые было бы неплохо и нам перенять. Так, например, в штате Миннесота водителей грязных машин штрафуют до 2 тыс. долларов. Причём чистыми должны быть даже колёса вашего авто. Не ждите спуска даже в случае, если к ним прилипнут случайные бумажки с дороги.