"Узбеки могли помочь, но для этого отказаться от восхождения"
"На следующий день идут трое других узбеков, три шерпа и двое из Южной Африки — 8 человек! Подходят к ней — она уже вторую холодную ночевку провела, но еще жива! Опять все проходят мимо — на вершину."
Может, я чего-то не понимаю, но это — точно не альпинисты. Просто спортсмены.
Альпинизм — это философия, очень жёсткая, но философия. Альпинист не бросит живого товарища в такой ситуации.
Мне, к счастью, — нет. Но подняться на сотню метров выше умирающего, а потом гордиться тем, что ты преодолел неимоверные трудности, это по моему за гранью добра и зла.
Окромя удовлетворения своей гордыни никому пользы от присутствия человека на Эвересте нет. Кроме кладбища еще помойку устроили, засрали все вокруг вершины.
Комментарии
"На следующий день идут трое других узбеков, три шерпа и двое из Южной Африки — 8 человек! Подходят к ней — она уже вторую холодную ночевку провела, но еще жива! Опять все проходят мимо — на вершину."
Может, я чего-то не понимаю, но это — точно не альпинисты. Просто спортсмены.
Альпинизм — это философия, очень жёсткая, но философия. Альпинист не бросит живого товарища в такой ситуации.
Окромя удовлетворения своей гордыни никому пользы от присутствия человека на Эвересте нет. Кроме кладбища еще помойку устроили, засрали все вокруг вершины.