Я не фанат Лимонова, но очень нравятся его строки про старых людей в нашем обществе.
В декабре 1989 года я впервые после 15 лет жизни на Западе смог приехать в Советский Союз. Среди прочих поразительных открытий, которые я совершил в своей стране, меня поразило, помню, что по улицам русских городов по-прежнему бродят те же старики и старухи, типично русского патриархального вида, какими я их оставил здесь в 1974 году. Серый пуховый платок, обтрепанный меховой воротник видавшего виды ватного пальто, потрескавшиеся как копыта сапоги для женщин, облезлая шапка, ватное пальто и такая же парнокопытная обувка для стариков, ну там палка да сумка в придачу. По моим расчетам они должны были давно вымереть. Получалось, что все они ненормально долго живут и должно им быть лет по девяносто как минимум. Простая истина, что это не те старухи, а состарившиеся за годы моего отсутствия граждане России, которым было в момент моего отъезда по 50 лет, дошла до меня не сразу, только после того, как я съездил в Харьков и увидел своих родителей. Из бодрых, переваливших чуть за пятьдесят родителей и они выглядели стариками образца 1974 года, почище, правда. Вот тогда до меня и дошло, что эстафета особого русского стариковства передаётся из поколения в поколение.
Такое впечатление, что поколения стариков как в театре берут друг у друга одежку и переодеваются. Одежка у них идентична, до пуговицы. И лица те же, что у стариков моей юности. Сегодняшний американский или французский пенсионер не похож совсем на пенсионера пятидесятых годов и уж тем более на американского довоенного старика. Одежды ярче, разнообразнее, свежее. Тела более полные, более мускулистые, выражения лиц иные. Совсем! Лица другие! Это видно, если сравнить со старыми фотографиями. То же самое наблюдается во всей Западной Европе, и даже в Латинской Америке какой-нибудь, в Малайзии, в Сингапуре. Старики разного времени у них: разные! У нас в России молодежь – разная: узнаются по стилю одежды и причесок на фотографиях молодежь 30-х годов, 50-х, 70-х, 90-х, но вот как старики, так какой-нибудь XIX век от силы, и не выше.
Это о чем-то говорит, да? Точно! Это вопиет, орёт о том, и только о том, что у нас чудовищная стагнация общества. Что оно по сути своей старое, структура его глубоко никогда не изменялась, несмотря на потрясения, якобы глубокие, революции 1917 года. Что у нас социальный застой уже лет двести! Старики наши, как впавший в кому на чужбине эмигрант в смертном бреду начинает кричать на забытом родном языке, так старики ближе к смерти напяливают на себя родные одежды времён крепостного права, обнажая свою настоящую архаическую суть – шмыг, шлёп по улицам.
А может быть это просто одинокие старики с пенсией 10 тыс рублей? Вы никогда не видели, как эти старики отказываются в аптеке от лекарства т.к. оно для них слишком дорогое? А как они роются на рынке в ящиках с отходами? Не в 90-х годах, а в наших успешных 2000-х. А вы говорите одежда...
Лимонов говорил о менталитете, а не благосостоянии пенсионеров. Многие из них (в 89-м) были достаточно обеспеченными людьми. Но никто из них не одевался броско или не слушал рок, не катался на мотоцикле, не имел ярких увлечений. Становился «стариком» потому, что так делали все в их окружении. Боязнь быть непонятым. Страх перед обществом.
Чисто для справки, о чём не очень любят писать. У женщин, вошедших в менопаузу, прекращается выработка влагалищной смазки, поэтому заниматься с ними сексом без внешней смазки (и очень обильной) — весьма проблематично. Попробуйте трахнуть сухую резиновую перчатку, завернутую в полотенце, сразу поймёте.
Моя супруга лет 45 назад говорила. В старости хочу быть похожей на Бабу Ягу. Причина? По сказкам — она сразу не употребляла путника. Сначала помоет, расчешет, напоит, накормит и спать уложит рядом с собой. А утром будет видно.... Сейчас приговаривает , что по нонешным временам об этих правилах демать не надо. Самое главное в бабусе- ее искренность, непроходящая мечта об интернете и ТВ прграмме про мужа ее непутевого-кащея и внучках соловушке и горынушке. Любовь!
По жизни типажи довольно редкостные, если не сказать уникальные.
Основная масса — основательно потрепанные жизнью, разочарованные и придавленные к земле превратностями бытия истерички, с отчаянием пытающиеся наполнить смыслом уходящую жизнь всяким дерьмом, вроде сериалов, мыльных опер, сплетен и скандалов. Отходы человеческого бытия. Печально.
Нет, не уникальные. За границей их много, потому что смысл жизни они видят не в семье, детях и внуках, не в "супружеском долге", а в СВОИХ увлечениях, которые наполняют душу, в открытии нового, в путешествиях — то есть, в возможности всё это удовлетворить. Эти женщины живут своей жизнью, и мужа, если он не подходит (обижает, унижает), они просто прогонят, но терпеть не будут. Боооооооольшая разница с советско-российской женщиной, которая будет терпеть ВСЁ, потому что быть замужем престижно. Европейская женщина внутренне свободна и может позволить себе искать себе пару — не "половинку", как говорят россиянки, а цельную, интересную личность противоположного пола. В этом разница.
Цельную интересную личность противоположного пола... Как в известном анекдоте: "Где ж его взять, да еще в 3 часа ночи?" Не потому ли там процветает индустрия фаллоимитаторов с многомиллиардными оборотами, а "интересные личности противоположного пола", тщательно прописанные знатоками бабских струн, потребляются в основном виртуально из могучего потока сериалов и мыльных опер, составляющих львиную долю медиапотока?
Простите, а вы я так понимаю та самая бабушка, судя по тому что выпишите кроме идиотских путешествий в вашей жизни ничего нет и небыло. Что это вообще за мода пошла у баб -путешествовать?
Нет ну если у вас муж — му..ак, то вы наверно сама мад...ка? Нет, вам мужа кто то другой выбирал? Остроумные мужики это те, кто крутит курортные романы чтоли? Боюсь вас огорчить, но к вам они относятся просто как к мясу.
Комментарии
В декабре 1989 года я впервые после 15 лет жизни на Западе смог приехать в Советский Союз. Среди прочих поразительных открытий, которые я совершил в своей стране, меня поразило, помню, что по улицам русских городов по-прежнему бродят те же старики и старухи, типично русского патриархального вида, какими я их оставил здесь в 1974 году. Серый пуховый платок, обтрепанный меховой воротник видавшего виды ватного пальто, потрескавшиеся как копыта сапоги для женщин, облезлая шапка, ватное пальто и такая же парнокопытная обувка для стариков, ну там палка да сумка в придачу. По моим расчетам они должны были давно вымереть. Получалось, что все они ненормально долго живут и должно им быть лет по девяносто как минимум. Простая истина, что это не те старухи, а состарившиеся за годы моего отсутствия граждане России, которым было в момент моего отъезда по 50 лет, дошла до меня не сразу, только после того, как я съездил в Харьков и увидел своих родителей. Из бодрых, переваливших чуть за пятьдесят родителей и они выглядели стариками образца 1974 года, почище, правда. Вот тогда до меня и дошло, что эстафета особого русского стариковства передаётся из поколения в поколение.
Такое впечатление, что поколения стариков как в театре берут друг у друга одежку и переодеваются. Одежка у них идентична, до пуговицы. И лица те же, что у стариков моей юности. Сегодняшний американский или французский пенсионер не похож совсем на пенсионера пятидесятых годов и уж тем более на американского довоенного старика. Одежды ярче, разнообразнее, свежее. Тела более полные, более мускулистые, выражения лиц иные. Совсем! Лица другие! Это видно, если сравнить со старыми фотографиями. То же самое наблюдается во всей Западной Европе, и даже в Латинской Америке какой-нибудь, в Малайзии, в Сингапуре. Старики разного времени у них: разные! У нас в России молодежь – разная: узнаются по стилю одежды и причесок на фотографиях молодежь 30-х годов, 50-х, 70-х, 90-х, но вот как старики, так какой-нибудь XIX век от силы, и не выше.
Это о чем-то говорит, да? Точно! Это вопиет, орёт о том, и только о том, что у нас чудовищная стагнация общества. Что оно по сути своей старое, структура его глубоко никогда не изменялась, несмотря на потрясения, якобы глубокие, революции 1917 года. Что у нас социальный застой уже лет двести! Старики наши, как впавший в кому на чужбине эмигрант в смертном бреду начинает кричать на забытом родном языке, так старики ближе к смерти напяливают на себя родные одежды времён крепостного права, обнажая свою настоящую архаическую суть – шмыг, шлёп по улицам.
вот наши бабки
Вот мы и сами дедушки и бабушки. Но все еще пьем коньяк, гоняем за 150 и смотрим аниме. Душа не старится.
где наши бабки?
Основная масса — основательно потрепанные жизнью, разочарованные и придавленные к земле превратностями бытия истерички, с отчаянием пытающиеся наполнить смыслом уходящую жизнь всяким дерьмом, вроде сериалов, мыльных опер, сплетен и скандалов. Отходы человеческого бытия. Печально.