почитал в оригинале, сравнил с русским — знаете, русский перевод чертовски хорош!
Просто удивительно хорош.
ссылка, которую здесь давали на оригинал: hoax-slayer.com
Согласен.. Потому что в том виде, в котором мы его читаем, можно смело сказать, что это заново написанное кем-то стихотворение.. Дословный перевод с английского может быть только в прозе....
Неумолимая логика жизни: старики – отработанный материал, балласт, и общество пусть и не явно, с разными там ужимками, но однозначно выжимает их на кладбище. Старики – наиболее незащищённый социальный слой всегда становится первой жертвой социальных потрясений и бюджетных сокращений. Первые на ком экономят, недвусмысленно кивая им в сторону кладбища. Пенсии, медицина, коммуналка, социалка – все это они чувствуют на своей шкуре первыми. Пора, сколько можно, не до вас, тут работоспособные ресурсы загибаются, а вам уже давно пора и честь знать… Вспоминают разве что перед выборами. Лекторат етить его в качель.
А стишки… Да умилило, конечно, но это не та проблема, которую можно решить сантиментальным сюсюканьем.
Между тем встречал публикации, что у кавказцев уважение к старикам – прочная национальная традиция и доживают свой век они в больших семьях. А домов престарелых вроде как бы там и нет за ненадобностью. Может легенда, ручаться не стану. Но демография у них на порядок сильнее, чем у славян, к примеру. Забавный расклад, однако.
Да нет. Не легенда. У кавказцев это норма жизни. Хотя бы потому там старики не одиноки, что кавказцы своё родовое древо знают с пеленок и на 10-15 поколений назад. Потому, если у стариков нет живых детей, их просто подселяют к ближним родственникам, где они и доживают свой век. Или же родственники их ЕЖЕДНЕВНО навещают.
А мне почему то вспомнилось (навеяло) стихотворение Евгения Евтушенко:
Людей неинтересных в мире нет.
Их судьбы — как истории планет.
У каждой все особое, свое,
и нет планет, похожих на нее.
А если кто-то незаметно жил
и с этой незаметностью дружил,
он интересен был среди людей
самой неинтересностью своей.
У каждого — свой тайный личный мир.
Есть в мире этом самый лучший миг.
Есть в мире этом самый страшный час,
но это все неведомо для нас.
И если умирает человек,
с ним умирает первый его снег,
и первый поцелуй, и первый бой...
Все это забирает он с собой.
Да, остаются книги и мосты,
машины и художников холсты,
да, многому остаться суждено,
но что-то ведь уходит все равно!
Таков закон безжалостной игры.
Не люди умирают, а миры.
Людей мы помним, грешных и земных.
А что мы знали, в сущности, о них?
Что знаем мы про братьев, про друзей,
что знаем о единственной своей?
И про отца родного своего
мы, зная все, не знаем ничего.
Уходят люди... Их не возвратить.
Их тайные миры не возродить.
И каждый раз мне хочется опять
от этой невозвратности кричать.
1961
Комментарии
Вот только стариков задевать воспитание не позволяет.
Просто удивительно хорош.
ссылка, которую здесь давали на оригинал:
hoax-slayer.com
hoax-slayer.com
А стишки… Да умилило, конечно, но это не та проблема, которую можно решить сантиментальным сюсюканьем.
Между тем встречал публикации, что у кавказцев уважение к старикам – прочная национальная традиция и доживают свой век они в больших семьях. А домов престарелых вроде как бы там и нет за ненадобностью. Может легенда, ручаться не стану. Но демография у них на порядок сильнее, чем у славян, к примеру. Забавный расклад, однако.
Людей неинтересных в мире нет.
Их судьбы — как истории планет.
У каждой все особое, свое,
и нет планет, похожих на нее.
А если кто-то незаметно жил
и с этой незаметностью дружил,
он интересен был среди людей
самой неинтересностью своей.
У каждого — свой тайный личный мир.
Есть в мире этом самый лучший миг.
Есть в мире этом самый страшный час,
но это все неведомо для нас.
И если умирает человек,
с ним умирает первый его снег,
и первый поцелуй, и первый бой...
Все это забирает он с собой.
Да, остаются книги и мосты,
машины и художников холсты,
да, многому остаться суждено,
но что-то ведь уходит все равно!
Таков закон безжалостной игры.
Не люди умирают, а миры.
Людей мы помним, грешных и земных.
А что мы знали, в сущности, о них?
Что знаем мы про братьев, про друзей,
что знаем о единственной своей?
И про отца родного своего
мы, зная все, не знаем ничего.
Уходят люди... Их не возвратить.
Их тайные миры не возродить.
И каждый раз мне хочется опять
от этой невозвратности кричать.
1961