Нетелефонный разговор.

cho to ne ponyal, povtorit mojno ?

- Уже семнадцати? Ну-ну. Чего хотели.
— Чтобы Выдумляндия начала войну с Малошхобадом.
— С чего это? Там конечно диктаторский режим, но без фанатизма — вполне себе работать можно.
— Тебя только выбор удивляет? А сама ситуация не кажется странной? Кто это, вообще?
— Да не обращай внимания. Ну, звонят периодически. Ну что ж теперь с ними делать? Всем звонят. Мы уже как-то и привыкли. Проще к этому относись. Просто особенность нашей профессии такая.
— А все что?
— Да ничего. А что такого? Жалко, что ли? Вот только это. Они мне в последний раз ночью позвонили. Разбудили. Я спросонья трубку хватаю. А ты слышал, какая у них приветственная мелодия стоит? Ну, я подумал всё, допрезидентствовался, чуть сердечный приступ не хватил.
— И что?
— Что... что... Девальвируй, говорят, свою валюту, мы так решили. В три ночи! Ну я и высказал им всё что о них думаю. Сказал, что сейчас дам задание, мои ребята найдут, в каком подвале они там сидят и ой кому-то задницы надерут — мало не покажется, — возникла пауза, Друганж как бы извиняясь продолжил. — Ну да, вспылил. Но, три часа ночи! Как бы ты себя повёл? Самого потом совесть мучила, наорал как-то грубо так. Они так больше и не звонили. Я даже сам перезвонить хотел, ну там помириться, но руки как-то всё не доходили. Ты, знаешь что? Они когда будут тебе следующий раз звонить, ты это, намекни им, ну что вроде, Друганж, не то чтобы соскучился, но у него есть интересные мысли относительно мирового господства, выстраивания тайной организации, порабощения всего мира — ну придумай, чушь какую-нибудь. А вот обсудить-де не с кем, совсем не с кем. Они на такое точно клюнут. Хорошо?
Немного ошарашено:
— Хорошо.
— Ну, вот и славненько. Ну что, ещё вопросы есть?
— Да нет, пожалуй.
— Ну, тогда, давай прощаться!
— Да, давай. Ну, пока.
— Пока!... А нет! Стой, стой, стой! Не положил ещё?
— Да здесь я, что такое?
— Тут, это. У нас с Некрупностаном некоторые проблемы возникли.
— Какие проблемы?
— Да долго объяснять. Как-нибудь в другой раз в подробностях расскажу. Но, вкратце, там их местный царёк — совсем неадекватный стал. Невозможно работать. Да и собственный народ уже утомил. В общем, мы тут с коллегами из разных стран посоветовались, решили, пора его менять. Ну, придётся, конечно, ввести войска — кто ж просто так власть отдаст. Так вот ты, это. На совбезе, когда голосование будет, ты нас поддержи, будь другом. Ну и если какой-нибудь взводик, ротку там, дашь, ну чисто символически, вообще, должны будем. Окей?
После паузы, очень медленно:
— Ну... да... конечно... раз все решили...
— Ну, вот и славненько. Ладно, давай, бежать пора. Государственные дела, всё такое. Звони, если что!
— Да, пока!
Недавно избранный президент Выдумляндии некоторое время сидел неподвижно и смотрел в одну точку. Потом резко встряхнулся:
— Дорогая, у нас есть что-нибудь перекусить, а то эта международная политика так оказывается, утомляет.
— Да, конечно, говядина по-президентски, разогреть?
(зеркало и основное обсуждение по адресу: mlevman.blogspot.com )

Личные апартаменты недавно избранного президента Выдумляндии.
Раздаётся звонок. Недавно избранный президент поднимает трубку. В трубке раздаётся щелчок и играет мелодия: Carl Orff — O Fortuna. Жена президента, хлопочущая по дому, видит округлённые глаза мужа:
— Милый, что слу... — президент резко поднимает руку, давая понять, что жене стоит помолчать.
Мелодия подходит к концу, в трубке слышится щелчок. Кто-то откашлялся и напускным басом произнёс:
— Приветствую тебя, лидер Выдумляндии!
— Да, добрый день... или... если честно, я не знаю, где вы находитесь, может у вас и не де...
— Ахахаха! И не узнаешь, никогда не узнаешь! — звонящий снова начал заливаться хохотом, и даже хрюкнул в конце от удовольствия.
— Ну, хорошо, допустим. Так, извините, а с кем, собственно, я имею честь общаться?
— Ты имеешь, как ты правильно выразился, честь общаться с представителем Тайного Мирового Правительства, непреклонного и беспощадного, также известного, как Комитет Семнадцати.
— Семнадцати?
— Да, Семнадцати, у нас новенькие.
— Я понял. Послушайте, я тут совсем недавно стал президентом, поэтому ещё не знаю, всех тонкостей. Так вот, скажу честно, меня немного удивляет ваш звонок. А что вы, собственно, хотите от меня?
— Исполнения воли Тайного Мирового Правительства!
— Так. Ну и раз уж вы позвонили, не ознакомите меня с этой волей?
— Тайное Мировое Правительство, также известное, как Комитет Семнадцати руководствуясь мудростью и тайными знаниями, посовещавшись, решило, что его воля состоит в том, что Выдумляндия должна ввести свои войска в Малошхобад и начать там военную операцию.
Возникла пауза.
— Ммм... Вы знаете, видимо, я буду вынужден отказаться от исполнения воли тайного мирового правительства.
Поникшим голосом с нотками обиды:
— Почему?
— Ну, потому что, я избран президентом, чтобы выполнять волю народа Выдумляндии. А народ Выдумляндии вряд ли хочет войны с Малошхобадом. Это затратно, это человеческие жертвы, да и вообще, это бессмысленно, в конце концов.
Передразнивая:
— Воля народа... человеческие жертвы... Людишки — это расходный материал. Мы — элита, мы имеем значение! Больше ничего не имеет значения! Кого волнует, кто там погибнет? И это мы решаем, что бессмысленно, а что имеет смысл! Выдумляндия должна начать войну с Малошхобадом! Немедленно!
— Нет. Это невозможно.
— Вы пожалеете! Вы обязаны подчиниться воле Тайного Мирового Правительства!
— Иначе?
— О! Как вы пожалеете... Вы даже себе не представляете, как вы пожалеете!
— Я думаю, вы ошибаетесь.
— Вы будете в международной изоляции. Ваша страна станет изгоем, вы даже не представляете, на что вы обрекаете своих граждан.
— Вы знаете, у Выдумляндии очень хорошие, партнёрские отношения с большинством крупных стран. Некоторые лидеры других стран, мои личные друзья. Поэтому...
— Экономический коллапс! Мы воспользуемся нашим влиянием и разорим вашу страну. Нищета и попрошайничество — вот на что вы обрекли свой народ.
— Ну, в принципе, наша экономика сейчас достаточно сильна, у нас много международных партнёров и вряд ли...
— Подумайте лично о себе, о своей семье, мы этого так не оставим. Пожалейте близких!
— Я президент большой страны — вы далеко не первый, кто угрожает мне, у нас хорошая служба безопасности...
— Тогда, мы! Тогда...
В трубке раздались гудки. Президент убрал трубку от уха, удивлённо посмотрел на неё и положил. Жена президента, удивлённая той частью диалога, которую имела возможность слушать, даже отложила сканворд, до этого занимавший всё её внимание.
— Кто это был? Что случилось?
Президент отвечал механически, было видно, что он о чём-то активно думает:
— Из тайного мирового правительства.
— И? Что хотели?
— Чтобы мы начали войну с Малошхобадом.
— А ты?
— А я отказался.
— А они?
— В итоге бросили трубку.
Жена снова взяла сканворд.
— Ну и правильно, что отказался. Война — это плохо.
— Позвоню, наверное, Друганжу, он уже второй срок в своей Придумании "президенствует", может, объяснит, что к чему.
Через полчаса в резиденции президента Придумании, (старого друга президента Выдумляндии) раздался телефонный звонок.
— Алло! Здорово! — Друганж был явно в хорошем расположении духа.
— Привет!
— Ну как там наш новоиспечённый президент? Прочувствовал уже?
— Да, осваиваюсь потихоньку.
— Ну, это дело такое — привыкнешь, потом за уши не оттянешь — Друганж расхохотался.
— Это, да. Слушай, тут такое дело. Мне сегодня звонок был — странный очень. Представились тайным мировым правительством, комитетом семнадцати.
На другом конце трубки послышалось "цоканье" и громкий вздох.
— Уже семнадцати? Ну-ну. Чего хотели.
— Чтобы Выдумляндия начала войну с Малошхобадом.
— С че

С Рыжим орком...

"...Акт третий — неоконченый
— Ты мне уже что-то толковое посоветуешь?
Хряк возбужденно бегал вокруг козла, который сидел и задумчиво жевал галстук. Галстук ему нужен был для солидности — козел уже огреб от медведя, и теперь считал себя экспертом-медвежатником с мировым именем, поэтому старался выглядеть презентабельно. Поправив рога, которые, после этого, держались на скотче и постоянно сваливались, он принялся задумчиво чертить по земле копытом.
— Ну, если учесть твою щетину, шкуру, и процент жирности, то, если ты наберешь еще пару кило, у медведя вполне может случиться изжога. А если в грязи изваляться, то и расстройство желудка. Это, знаешь-ли не хухры-мухры. Кстати, если еще и кабан подключится — там вообще... Кабан и щетинистей, и шкура потолще. Хехе — он месяц с животом мается будет.
— Ты чо? Совсем? Какая нахрен изжога?
— Сильная.
— А я? Он же что? Сожрет меня?
— Ну конечно — это же медведь. Но сам понимаешь — если столько жирного за раз сожрать...
— А если тигра подключть? Волка? Вместе на него навалиться.
— Было бы хорошо. Тогда бы он тебя сожрать не успел бы, пожалуй. Задавть — задавил бы, но сожрать бы точно не успел. — козел задумчиво почесал голову, — Только они не согласятся.
— Почему? Мы же с ними теперь друзья.
— Не друзья, а партнеры. Не путай.
— А в чем разница?
— Партнеры они как бы за тебя, но как бы вобщем. До определенного предела. У пратнерства есть четко установленные границы.
— А как определить, где эта граница?
— Легко. Где у медведя когти начинаются — там и граница.
— Тю. — хряк разочарованно хрюкнул, — А я то думал...
— Я тоже думал. — козел мрачно показал на отваливающиеся рога, — Потом мне объяснили. Тут дело ведь такое — медведя завалить можно, если толпой.
— Так чеж они?
— Дело в том, что и медведь может кого-нибудь завалить. Тварь-то здоровая.
— Ну да — может.
— И тогда остальные поделят его территорию. Чего ей пропадать-то?
— Резонно.
— Так вот. — козел тяжело вздохнул, — Все хотят делить освободившуюся территорию, но никто не хочет быть тем, кто ее освободит. Поэтому все сидят и ждут, пока кто-то с медведем не сцепится, что бы со спины навалиться и целым остаться. И все понимают, что тот, кто сунется первым — не жилец. Поэтому друг друга подзуживают, но никто с места не двигается. Так что на них надежды нет..."
Полный текст ищите в интернете.

1. "Он потерял связь с реальностью", а когда фашисты захватили Крым, они не потеряли связь с реальностью. Когда США интернат для детей переделывали в штаб, они не потеряли связь с реальностью.
2. Врать про Путина и мировом правительстве — наглая ложь. Он ВСЕГДА говорил о многонациональной России и кошерно общался с евреями.

Работаю в офисе. Целый день слушаю тв. Наверное все передачи РЕН-тв переслушал. И все мне казалось, что это оголтелая брехня. Прокопенко вещал о мировом заговоре, об отсутствии на западе демократии, свободы слова. Об инопланетянах, о том что все произошли от русских и еще дочерту сумасшедшего бреда.
А тут вечером показали по России интервью с Януковичем в Ростове. А утром по евроньюс увидел новость, что мол Янукович дал интервью. И ни слова. Ни слова не дали Януковичу сказать. Просто сказали, что интервью мол дал. И все. Вот вам и свобода слова на западе.
Так я теперь думаю. Если это оказалось правдой. Черт его знает, может быть и все остальное не такая уж брехня?

Автору выдать галлоперидолу! Вне очереди.

Что это за бред?

"Скажи — с кем ты готов говорить чтоб все это прекратилось."
-Я тебе скажу, дурища, с кем, если ты мне скажешь что такое "все это".
А дальше варианты.