"Но ищу повод вернуться на прежнюю позицию. Это должно вернуть мир"! — хочешь вернуть мир, это в данной ситуации возможно, если с автоматом в руках палить в бандерашек.
Нельзя. Вы поймите что заказчики этого и хотят. Море крови их цель. Причем не важно КТО первым возьмется за огнестрел.
Так что пусть полиция своими методами решает вопрос. Теперь главное что-бы не появились "непонятные снайперы". Как в Латвии, Чехословакии и России.
Где разорвана связь между солнцем и птицей рукой обезьяны,
Где рассыпаны звезды, земляника да кости по полянам,
Где туманы, как ил, проповедуют мхам откровения дна,
Где хула, как молитва, — там иду я.
Где деревья вплетаются в летопись слов отголоском начала,
Где лесной часослов зашифрован устами пожаров,
Где большая дорога, черная ночь да лихие дела,
Где блестят за иконой ножи, — там иду я
Где рассветы купаются в колодцах дворов да в простуженных лужах
Где в грязи обручилась с весенним дождем стужа,
Где глоток, как награда за прожитый день ночью без сна,
Где пропиты кресты, — там иду я.
Где надежда на солнце таится в дремучих напевах,
Где по молниям-спицам танцует гроза-королева,
Где Луна присосалась к душе, словно пиявка — змея,
Где пускают по кругу любовь, — там иду я.
Где Восток напоил молоком кобылиц кочевника-ветра,
Где по дорогам в острог по этапу ползут километры,
Где в грязи по колено да по горло в крови остывает земля,
Где распятье под сапогом, — там иду я.
Комментарии
Так что пусть полиция своими методами решает вопрос. Теперь главное что-бы не появились "непонятные снайперы". Как в Латвии, Чехословакии и России.
Где рассыпаны звезды, земляника да кости по полянам,
Где туманы, как ил, проповедуют мхам откровения дна,
Где хула, как молитва, — там иду я.
Где деревья вплетаются в летопись слов отголоском начала,
Где лесной часослов зашифрован устами пожаров,
Где большая дорога, черная ночь да лихие дела,
Где блестят за иконой ножи, — там иду я
Где рассветы купаются в колодцах дворов да в простуженных лужах
Где в грязи обручилась с весенним дождем стужа,
Где глоток, как награда за прожитый день ночью без сна,
Где пропиты кресты, — там иду я.
Где надежда на солнце таится в дремучих напевах,
Где по молниям-спицам танцует гроза-королева,
Где Луна присосалась к душе, словно пиявка — змея,
Где пускают по кругу любовь, — там иду я.
Где Восток напоил молоком кобылиц кочевника-ветра,
Где по дорогам в острог по этапу ползут километры,
Где в грязи по колено да по горло в крови остывает земля,
Где распятье под сапогом, — там иду я.