12 декабря должна быть рассмотрена жалоба на арест экс-чиновницы Минобороны, подозреваемой в хищении более 3 млрд рублей. К этому дню Васильева написала стихотворение, которое начинается словами "Когда меня отправят под арест".
Когда меня отправят под арест,
Под суд неправедный и под аплодисменты,
А суд сочтет, что общества протест
Является причиной для ареста веской.
То будет лишь один мотив
Забыть о том, что жизнь калечит,
Пройти тот путь, что из-за туч
Меня под суд идет увечить.
Закрыв глаза, я улечу
Туда, где туч совсем не знают.
Где дивно плещется вода
И легкий бриз волной играет.
И нет тех лиц, что ядом жгут.
И шума нет, и нет корысти.
И нет идей — банальный жгут.
И нет людей со слабой мыслью.
И нет причин, чтоб в спор вступать,
Чего-то ждать, кому-то верить.
Кого-то верой наставлять,
Кого-то мыслями усеять.
Там горный лед, и тишь, и гладь.
Лишь птичий гул и запах соли.
И никого на свете нет.
Лишь мы вдвоем и сине море.
Очнусь — опять здесь шум и гам.
Опять роятся скопом люди.
Опять кричат, что кто-то там,
Что кто-то подлинный Иуда.
Что кто-то снял чужой колпак.
Что кто-то занял чье-то кресло.
Что кто-то форменный дурак.
Что кто-то отнял сапоги,
И это пышет безобразием.
Что кто-то овощ не доел,
Предполагая двоевластие.
Ты будешь наблюдать тоску,
И бледный вид усталой птицы,
И будет у меня один лишь шанс
Остаться гордою царицей.
Лишь улетел в свои мечты
Туда, где нет безумной травли,
Где все мосты не сожжены
И нет обломков мироздания.
Где ты и я, где мы с тобой,
Сидим в песочнице хрустальной.
И никого — лишь мирный дом
И детства чистое сознание.
Где нет врагов, где нет измен,
А лишь дорога дивных странствий.
Где помогают не взамен,
А просто так, в порыве страсти.
Где славным блеском облака
Плывут, не зная туч ненастья.
Где лучезарная река питает
Лилий сладострастье.
Где славной красоты цветы,
Всегда цветут, совсем не вянут.
Где в снах всегда лишь ты
И днем и ночью дни ласкаешь.
Я все мечтала и ждала,
Когда отменят дня решение,
Но, видно, так и умерла,
Пусть не познав иное мнение.
Прошло сто лет — и мир иной,
Но помнит он толпы глумление.
Читают мнимый приговор
Учителя историй, пения.
И говорят: "Не повторяй
Ошибки славных предков наших.
Иначе будет ад, не рай,
И станет мир наш безобразен".
Васильева не скрывает, что на новые вирши ее вдохновил незабвенный Уильям Шекспир. Именно его строки она использовала в качестве эпиграфа: "Когда меня отправят под арест, / Без выкупа, залога и отсрочки, / Не глыба камня, не могильный крест — / Мне памятником будут эти строчки".
...Что касается драгоценностей Васильевой, то я не вижу в этом ничего особенного — они достались ей от мамы и бабушки как единственной дочери и внучке...
Любовь к детям и внукам это конечно хорошо, но когда читаешь все это, за малоценную бижутерию, суммы астрономические, на ум приходит картина с одной стороны обнищавший народ, а с другой толпа "сытых и довольных быдловластных". И эта толпа говорит стране — денег нет. И прекрасно понимаешь, что те, кто строил и поднимал страну и этих зажравшихся, реально даже недоедает. Нищие и загнанные учителя, пенсионеры, библиотекари, дети, которых чтобы отправить в школу, надо взять кредит, а у этих деньги девать некуда, уже не знают что купить, чтобы тоннами валялось дома...
Сердюков — это есть позор Путина. И засудить нельзя — расскажет всю правду обо всех, и не судить нельзя — перед народом как бы неудобно... Выход один — неожиданный инфаркт у Сердюкова с летальным исходом...
Комментарии
Когда меня отправят под арест,
Под суд неправедный и под аплодисменты,
А суд сочтет, что общества протест
Является причиной для ареста веской.
То будет лишь один мотив
Забыть о том, что жизнь калечит,
Пройти тот путь, что из-за туч
Меня под суд идет увечить.
Закрыв глаза, я улечу
Туда, где туч совсем не знают.
Где дивно плещется вода
И легкий бриз волной играет.
И нет тех лиц, что ядом жгут.
И шума нет, и нет корысти.
И нет идей — банальный жгут.
И нет людей со слабой мыслью.
И нет причин, чтоб в спор вступать,
Чего-то ждать, кому-то верить.
Кого-то верой наставлять,
Кого-то мыслями усеять.
Там горный лед, и тишь, и гладь.
Лишь птичий гул и запах соли.
И никого на свете нет.
Лишь мы вдвоем и сине море.
Очнусь — опять здесь шум и гам.
Опять роятся скопом люди.
Опять кричат, что кто-то там,
Что кто-то подлинный Иуда.
Что кто-то снял чужой колпак.
Что кто-то занял чье-то кресло.
Что кто-то форменный дурак.
Что кто-то отнял сапоги,
И это пышет безобразием.
Что кто-то овощ не доел,
Предполагая двоевластие.
Ты будешь наблюдать тоску,
И бледный вид усталой птицы,
И будет у меня один лишь шанс
Остаться гордою царицей.
Лишь улетел в свои мечты
Туда, где нет безумной травли,
Где все мосты не сожжены
И нет обломков мироздания.
Где ты и я, где мы с тобой,
Сидим в песочнице хрустальной.
И никого — лишь мирный дом
И детства чистое сознание.
Где нет врагов, где нет измен,
А лишь дорога дивных странствий.
Где помогают не взамен,
А просто так, в порыве страсти.
Где славным блеском облака
Плывут, не зная туч ненастья.
Где лучезарная река питает
Лилий сладострастье.
Где славной красоты цветы,
Всегда цветут, совсем не вянут.
Где в снах всегда лишь ты
И днем и ночью дни ласкаешь.
Я все мечтала и ждала,
Когда отменят дня решение,
Но, видно, так и умерла,
Пусть не познав иное мнение.
Прошло сто лет — и мир иной,
Но помнит он толпы глумление.
Читают мнимый приговор
Учителя историй, пения.
И говорят: "Не повторяй
Ошибки славных предков наших.
Иначе будет ад, не рай,
И станет мир наш безобразен".
Васильева не скрывает, что на новые вирши ее вдохновил незабвенный Уильям Шекспир. Именно его строки она использовала в качестве эпиграфа: "Когда меня отправят под арест, / Без выкупа, залога и отсрочки, / Не глыба камня, не могильный крест — / Мне памятником будут эти строчки".
+воровать у страны — сердце не болело, а как отвечать, так больная вся..
Любовь к детям и внукам это конечно хорошо, но когда читаешь все это, за малоценную бижутерию, суммы астрономические, на ум приходит картина с одной стороны обнищавший народ, а с другой толпа "сытых и довольных быдловластных". И эта толпа говорит стране — денег нет. И прекрасно понимаешь, что те, кто строил и поднимал страну и этих зажравшихся, реально даже недоедает. Нищие и загнанные учителя, пенсионеры, библиотекари, дети, которых чтобы отправить в школу, надо взять кредит, а у этих деньги девать некуда, уже не знают что купить, чтобы тоннами валялось дома...