Этот район раньше принадлежал англичанам, как и весь Лондон — но сейчас он больше походил на один из районов Большого Карачи. Дым от кебабниц на улице, щербет со льдом вместо мороженого, жарена баранина, вывески на пушту или урду, старые машины, грязь. И люди на улице — много, очень много людей. Таких же, как он — темных лицом, с курчавыми волосами, неприметных. Один Аллах знает, что на уме у каждого из них…
На стене висел большой плакат, его сделали на деньги налогоплательщиков по решению местного совета. На нем — была предупреждающая надпись на английском, пушту и урду.
ЗДЕСЬ ДЕЙСТВУЮТ ЗАКОНЫ ШАРИАТА!
У коренных лондонцев, если им не приведи Господь, доводилось попасть в этот район — возникало ощущение, что их страна проиграла войну.
Невежество показываете. Берите и читайте энциклопедию. Начинайте с государств мира и принадлежности их территорий и заканчивая словом ФЕДЕРАЦИЯ. Когда поймёте хотя бы смысл слова, то вам станет ясно почему в Австралии или Франции можно запретить ношение хиджаба, а в Российской Федерации нет.
Кусок чего — то липкого ударился в доску рядом с моей головой. На задних партах заулюлюкали.
— Ты кто такой? — поинтересовался смуглый парнишка c первого ряда.
— Лектор — улыбнулся я.
— Лектор! — восторженно завопила аудитория — У нас новый лектор! Значит, старая сучка все-таки сбежала! Хааа! Да вы только посмотрите на этого белого индюка!
— А почему месье пришел именно к нам? — вкрадчиво спросили откуда-то сбоку. Месье хочет учить бедных мальчиков?
— Месье попросили старые друзья.
— Гыыы! У месье есть друзья! У свиней бывают друзья! — ученики веселились во всю.
— Наверное у месье есть какое то имя? Мы же не хотим называть нашего нового друга просто лектором? Давай, не бойся, скажи нам, как тебя зовут!
— Я уже говорил вам, как меня зовут. Вы просто не правильно меня поняли дети — ответил я, аккуратно закрывая на ключ дверь аудитории. Лектор — это не моя должность. Это моя фамилия. А зовут меня Ганнибал.
Как же далеко мы зашли – всего за два поколения. Два поколения назад деды этих же людей, отец этого обтерханного дедка строил здесь железку, жилы рвал, но строил. Копал капониры для диковинно выглядящих остроносых ракет, которые должны были защитить столицу его Родины от агрессора. От врага. А еще раньше он вышвыривал со своей земли немцев, в пух и прах разбивая хваленый немецкий вермахт. А сейчас его потомок как-то виновато оправдывается перед молодым кавказцем.
Он ведь, наверное, не совсем как раб работает. В лавке жратву, курево получает – это и хватает, это и слава Богу. Из дома никто не выгоняет. Ну а то, что иногда кавказцы чего учинят, ну что же делать. Он, наверное, даже по-своему счастлив бывает. Знаете чем? Что всем тяжело, как ему, зато хозяин есть, вон ему пожаловаться можно.
Помните, как в брежневские годы диагноз ставили, жесткий и хлесткий, как удар кнутом, – хозяина нет.
Ну вот, теперь хозяин есть. Счастливы? Наверное, счастливы.
Справка, в которой подводился краткий итог жизни «изъятого» на сей момент — сообщала скупые факты, но не говорила самого главного. Она не рассказывала о том, как в общем то обычный сельский парень, который в другой жизни стал бы комбайнером или токарем в местной МТС — стал бандитом. Вот так — прямо взял и стал? Она не рассказывала — как в детстве этот пацан и другие чеченские пацаны — читали в учебниках родного языка о том, что надо убивать русских
. Она не рассказывала о том, как отцы выводили сыновей в глухие ущелья и учили их устраивать засады — а через несколько дней эти же отцы шли на первомайской демонстрации или драли глотку на партсобраниях. Она не рассказывала о том, как в восемьдесят девятом году к советскому генералу Дудаеву, вполне даже лояльному — пришла женщина из Межрегиональной депутатской группы, одновременно — осведомитель MI-6 — и предложила ему поехать себе на родину и поднять вооруженный сепаратистский мятеж.
Она не рассказывала о том, как в конце девяносто первого русские и никем еще не воспринимаемые всерьез чеченские власти — заключили соглашение, по которому чеченцы устроили для некоторых русских чиновников «черную дыру» — регион, в котором пропадает все, что туда было направлено: деньги, оружие, материальные ценности, составы с товарами, люди. Нашумевшее дело с чеченскими авизовками — вы думаете, что это горные джигиты с восемью классами образования придумали, как обмануть банковскую систему и получить миллиарды? Ой, не смешите мои тапочки.
Придумали это все люди, которые годами и десятилетиями работали в советской банковской системе и знали, как она работает и как ее можно обмануть. А Чечня тут только для того, что надо было скрыть концы и скрыть их там, куда никто не поедет искать. Вот и отстегнули потом в твердой сумме… говорят, Дудаев потом долго матерился и сделал выводы… начал не брать за крышу, а падать в долю. А русские чиновники посчитали-посчитали, да и решили, что чем платить — проще грохнуть. Вот и началась — первая чеченская…
Не прав ты. Мои деды тоже пахали и тоже воевали. И я уверен, что у меня умерло поболее твоего. Но почему я кавказец должен быть у тебя второсортным? Двойные стандарты. Ты так не считаешь? А всё просто. Я уже говорил про это. Почему узбеки поставили памятник Тамерлану и срут на чужое мнение? Да потому как ЕА ВСЕЙ ТЕРРИТОРИИ Узбекистана живут имнно узбеки и НА СВОЕЙ ИСТОРИЧЕСКОЙ земле. А что за территории у России? Двенадцать из тринадцатых частей России никогда не были русскими. Там жили КОРЕННЫЕ народы которые В КОРНЕ отличались и отличаются от русских. И дело не во внешних различиях или культуре скажем поведения. Дело в религии. Перетянуть человека на свою религию — это уже неправильно и приведёт к большим конфликтам. Хиджаб их религиозный атрибут. Также как у нас Православных принято покрывать нашим женщинам голову при входе в церковь. А теперь представь, что тебе запретят это делать. Что ты сделаешь?
Кстати вы например помните, что православным женщинам нельзя в брюках в церковь заходить? А насколько чётко это правило у вас выполняют? Забываете традиции и ведь вам никто не запрещает это делать. Так какого хрена вы другим что-то навязываете, когда сами СВОИХ не исполняете?
Когда у нас произойдет такое, как на Украине то на безоружный народ, вероятно, спустят чеченских (или каких-то еще подобных) боевиков, — как Мубарак вывел на подавление Тахрира бедуинов (после чего армия от него и отвернулась). Однако в Египте армия — значимая политическая сила, чего нельзя сказать о России.
– И что теперь? Ведь их предки действительно сделали очень много и долг свой выполнили.
– А ничего. Честно, ничего. Понимаешь, мы отвечаем не за предков, а за себя. Предки – это прошлое. Честь им и хвала, но ведь их уже нет. А потомки, если они выродились, прости, уважения моего не заслуживают. Хоть ты тресни, не заслуживают.
Комментарии
Им, конечно всё равно, они круглый год ходят в парках, но мало ли.
А в кавказском регионе пора подумать о повсеместном внедрении мансийских парок и унтов.
Вершить, так вершить — дружба народов!
Записываю Вас на четверг.
На стене висел большой плакат, его сделали на деньги налогоплательщиков по решению местного совета. На нем — была предупреждающая надпись на английском, пушту и урду.
ЗДЕСЬ ДЕЙСТВУЮТ ЗАКОНЫ ШАРИАТА!
У коренных лондонцев, если им не приведи Господь, доводилось попасть в этот район — возникало ощущение, что их страна проиграла войну.
— Ты кто такой? — поинтересовался смуглый парнишка c первого ряда.
— Лектор — улыбнулся я.
— Лектор! — восторженно завопила аудитория — У нас новый лектор! Значит, старая сучка все-таки сбежала! Хааа! Да вы только посмотрите на этого белого индюка!
— А почему месье пришел именно к нам? — вкрадчиво спросили откуда-то сбоку. Месье хочет учить бедных мальчиков?
— Месье попросили старые друзья.
— Гыыы! У месье есть друзья! У свиней бывают друзья! — ученики веселились во всю.
— Наверное у месье есть какое то имя? Мы же не хотим называть нашего нового друга просто лектором? Давай, не бойся, скажи нам, как тебя зовут!
— Я уже говорил вам, как меня зовут. Вы просто не правильно меня поняли дети — ответил я, аккуратно закрывая на ключ дверь аудитории. Лектор — это не моя должность. Это моя фамилия. А зовут меня Ганнибал.
Он ведь, наверное, не совсем как раб работает. В лавке жратву, курево получает – это и хватает, это и слава Богу. Из дома никто не выгоняет. Ну а то, что иногда кавказцы чего учинят, ну что же делать. Он, наверное, даже по-своему счастлив бывает. Знаете чем? Что всем тяжело, как ему, зато хозяин есть, вон ему пожаловаться можно.
Помните, как в брежневские годы диагноз ставили, жесткий и хлесткий, как удар кнутом, – хозяина нет.
Ну вот, теперь хозяин есть. Счастливы? Наверное, счастливы.
. Она не рассказывала о том, как отцы выводили сыновей в глухие ущелья и учили их устраивать засады — а через несколько дней эти же отцы шли на первомайской демонстрации или драли глотку на партсобраниях. Она не рассказывала о том, как в восемьдесят девятом году к советскому генералу Дудаеву, вполне даже лояльному — пришла женщина из Межрегиональной депутатской группы, одновременно — осведомитель MI-6 — и предложила ему поехать себе на родину и поднять вооруженный сепаратистский мятеж.
Она не рассказывала о том, как в конце девяносто первого русские и никем еще не воспринимаемые всерьез чеченские власти — заключили соглашение, по которому чеченцы устроили для некоторых русских чиновников «черную дыру» — регион, в котором пропадает все, что туда было направлено: деньги, оружие, материальные ценности, составы с товарами, люди. Нашумевшее дело с чеченскими авизовками — вы думаете, что это горные джигиты с восемью классами образования придумали, как обмануть банковскую систему и получить миллиарды? Ой, не смешите мои тапочки.
Придумали это все люди, которые годами и десятилетиями работали в советской банковской системе и знали, как она работает и как ее можно обмануть. А Чечня тут только для того, что надо было скрыть концы и скрыть их там, куда никто не поедет искать. Вот и отстегнули потом в твердой сумме… говорят, Дудаев потом долго матерился и сделал выводы… начал не брать за крышу, а падать в долю. А русские чиновники посчитали-посчитали, да и решили, что чем платить — проще грохнуть. Вот и началась — первая чеченская…
– А ничего. Честно, ничего. Понимаешь, мы отвечаем не за предков, а за себя. Предки – это прошлое. Честь им и хвала, но ведь их уже нет. А потомки, если они выродились, прости, уважения моего не заслуживают. Хоть ты тресни, не заслуживают.
– Выродились?
– Ну да, а как это ещё называть?