Российский миллиардер Владимир Потанин (№7 в рейтинге богатейших бизнесменов России по версии Forbes, состояние — $14,3 млрд) купил крупнейший в мире белый трюфель, заплатив за него $95 000, сообщает американский таблоид The New York Post во вторник.
Издание ссылается на известного нью-йоркского ресторатора, владельца ресторана Nello на Мэдисон-авеню Нелло Балана. Ресторатор утверждает, что в минувший четверг продал Владимиру Потанину белый трюфель весом 4 фунта (1,8 кг), что, по словам Балана, делает этот трюфель крупнейшим в мире.
Ты прав! Хоть и разжигаешь межнац рознь.. Смотри, ещё забанят из-за тебя NNM/ Бизнес приезжих кавказцев нужен им самим на 95%, я стараюсь обходить стороной нац магазины. Не было бы их, была бы картошка в магазине наша, а не египетская..
Коренной житель Бирюлево о том, почему вчера начались погромы
Один из жителей Бирюлево прислал на наш редакционный адрес текст с описанием его видения проблем района, которые привели к погромам в воскресенье. Мы публикуем материал коренного бирюлевца, поскольку он, на наш взгляд, помогает понять скрытую механику вспыхнувшего вчера конфликта. Автор попросил опубликовать его текст анонимно:
Вчера сначала вся Москва, потом вся Россия, а за ними и весь мир узнал о моем родном районе Бирюлево. Многие удивляются сложившейся ситуации, откуда столько злости и ненависти?
Ответ на этот вопрос я постараюсь разложить по полочкам.
Итак, начнем с самого начала.
Район Бирюлево-Западное изначально заселялся обычными работягами — рабочими завода ЗИЛ и других предприятий. Помимо этого, район частично заселен «лимитой» — людьми из провинциальных городов, привлеченными в Москву в качестве рабочей силы на крупные промышленные предприятия. Район изолирован от всей остальной Москвы железнодорожными путями павелецкого и курского вокзалов. Имеется всего 2 выезда из района: на МКАД и на Варшавское шоссе. Недавно открыли третий выезд — через улицу Подольских курсантов. Идеальное место для организации гетто.
В лихие 90-е в промзоне, расположенной в непосредственной близости с Бирюлево, стал разворачиваться бизнес — открылся Покровский рынок и плодоовощная база. Как известно, рынок и база рядом с жилым районом — это источник повышенной концентрации разного вида сброда. А так как торговлей у нас занимаются кавказцы, то и сброд этот тоже кавказский.
В те времена кавказцы, работающие на этих рынках и базе, жили либо там же, где торгуют, либо снимали квартиры в ближайших к рынку домах в Бирюлеве.
После развала ЗИЛа и других крупных предприятий, на которых работало подавляющее большинство жителей, местные остались у разбитого корыта, так как ничего, кроме стояния за станком, просто не умели. Кто-то перепрофилировался, нашел себе работу. Кто-то не выдержал и спился. Кто-то свалил из этого района. Кто-то остался и перебивался как может. Потихоньку квартиры освобождались, количество сдаваемых квартир росло, но так как район далеко не самый престижный и удобный для проживания, то квартирантов из числа русских было найти невозможно. Поэтому кто-то стал сдавать квартиры кавказцам, кто-то сдавал через агентства и даже не знал, что вместо русских в их квартире теперь живут кавказцы. А с ростом количества кавказцев в районе стала активно расти преступность. Сначала по чуть-чуть — грабежи, разбои. Потом разборки, выброшенные в окна должники, зарезанные ночью местные, стрельба и поножовщина каждый день и т.д.
В связи с выросшей опасностью местные стали сваливать активнее. И вот, круг замкнулся — больше кавказцев, выше преступность, меньше местных, больше кавказцев и т.д. Но свалить имеют возможность не все. Самые бедные и самые упорные остались.
Естественно, что все это местные жители связывали с наличием под боком Покровского рынка и плодоовощной базы. И активно добивались закрытия и переезда оных с территории района, а еще лучше вообще с территории Москвы.
В нулевых рынок, который стал просто эпицентром криминогенности, закрыли. На время местные жители вздохнули с облегчением. Но по закону сообщающихся сосудов, где-то убыло, где-то прибыло. Вся шваль с рынка переехала на базу и стала там активно плодиться.
Местные жители снова стали стучать властям, мол, уберите эту клоаку. И все эти годы их просто посылали.
Добавьте к этому тот факт, что в то время начальником местного отделения милиции был азер, который крышевал весь бизнес в районе.
А обстановка тем временем накалялась: я могу вас уверить, что возьми абсолютно любого жителя Бирюлева, он расскажет как минимум несколько историй про себя, своих родных или знакомых, как они пострадали от этих кавказцев: изнасилования, грабежи, разбои, избиения, убийства. И доля раскрытых местной милицией дел ничтожна. По крайней мере, ни мне, ни кому-то из моих друзей и знакомых неизвестно ни одного случая раскрытия преступлений против них или их родных/знакомых. Про обычные приставания я даже не говорю, с этим сталкивалась каждая женщина, а тем более девушка в районе.
Лично про себя могу сказать следующее: мою подругу, которой тогда было 12 лет, изнасиловал хач, моего друга избили битами и ограбили хачи, мою соседку 85 лет сбили с ног и украли сумки хачи, а менты, приехавшие на вызов, еще и украли из паспорта оставленные там бабулей деньги.
Хочу отдельно отметить, что в конце 90-х мы, после изнасилования моей 12-летней подруги кавказцем, после бездействия милиции, сами (14-16 летние пацаны) собирали группы по поиску этого урода. Группа злобной молодежи в 150 рыл на улицах — это опасно. Наверное, так подумали менты и кавказцы. Поэтому часть из нас повязали менты, а оставшуюся часть избили железными прутами кавказцы.
Этот беспредел и отсутствие защиты от органов правопорядка местные глотали, давились, но глотали. И вся эт
Этот беспредел и отсутствие защиты от органов правопорядка местные глотали, давились, но глотали. И вся эта злость на ментов и на кавказцев глубоко засела внутри местных жителей, как сжатая пружина.
За эти годы количество кавказцев, а теперь еще и таджиков, росло, росло, и теперь, чтобы найти на районе русского, надо сильно постараться. Это не преувеличение, зайдите в яндекс-панорамы, посмотрите панорамы района. А лучше, когда все утихнет, сами съездите посмотреть.
Русские либо свалили, либо сидят по норам, потому что на улице просто опасно.
Вся эта злость и ненависть к продажным ментам и кавказцам копилась даже не год, не пять, а десятилетиями. Местные открыто ненавидят кавказцев и ментов. И власти это спровоцировали сами. Как своей политикой толерантности, так и своей продажностью. Главное — бизнес. А люди — расходный материал.
Недавнее убийство спустило эти пружины. Люди взорвались. Люди всю жизнь страдали от этой базы и теперь винят во всех грехах только ее. Я знаю, что база как таковая здесь ни при чем. Но и людей я прекрасно понимаю.
Справедливости ради хочу сказать, что грабежи, убийства и изнасилования происходят в Бирюлево каждый день, но теперь к ментам за помощью просто не обращаются, так как смысла нет вообще. Они в Бирюлево не для защиты местных людей сидят, а для защиты своего бизнеса. А бизнес у них ведется вместе с кавказцами.
Почему именно случай Егора Щербакова спровоцировал бунт? Просто он получил широкую огласку. И если про ежедневные преступления знает лишь узкий круг лиц, то об этом случае узнал весь район и вспомнил все свои проблемы, все свои обиды.
Все, чего хотят местные — это убрать овощную клоаку подальше от них. Пусть они торгуют чем хотят в далеком Подмосковье, в чистом поле, подальше от людей. Потому что это не люди, а звери. А совместно жить звери с людьми не умеют.
В государстве имеются неразрешимые проблемы, народ не доволен правительством и крепнет протестное движение. Значит, быдло необходимо отвлечь и устроить ему хорошее кровопускание. И тут повторяется сценарий девяносто четвертого года в Чечне. Власть бросает на произвол судьбы проблемный регион, в данном случае Ставрополье, и одновременно с этим дает команду горским лидерам — действуйте. Кавказцы начинают проникновение на новые территории и беспредельничают, а русские, армяне, туркмены, татары, ногайцы и прочие жители этого региона, не получая поддержку от властей и не имея возможности работать и зарабатывать, начинают эмиграцию. Кто-то едет в Центральную Россию, а иные перебираются на Кубань и на Дон. Ну, а кто пытается удержаться за свою землю или оказывает сопротивление, того выдавливают, поливают грязью или уничтожают. Так год за годом и край опустеет. А когда останутся те, кто не сможет оказать реальное сопротивление захватчикам, начнется геноцид. Ставрополье окажется под контролем кавказских диаспор, станет еще одним мусульманским регионом, и никто местным жителям, когда они будут в этом нуждаться, не поможет.
Кто не верит, тот может вспомнить Чечню, ознакомиться с фактами уничтожения русских в этой республике, экстраполировать ситуацию на сегодняшний день
Однако помощи русским, разумеется, никто не оказал. Ни правительство, ни армия, ни МВД, ни ФСБ, ни казачество. Никто. Понимаете? Никто им не помог. Ни одна серьезная структура (или претендующая на звание таковой) на территории России, не оказала поддержку людям, хотя были храбрые одиночки, которые вытаскивали людей. Но одиночки, как всем известно, не решают проблему, для этого нужна организация и необходима воля государственного лидера.
В общем, такие дела творились на Кавказе, и не только там, в постперестроечное время. Кремль давал сепаратистам деньги, оружие, звания, ордена-медали и привилегии, а они, в свою очередь, отрабатывали это убийством мирных людей. А когда жители Ассиновской и других станиц стали вооружаться, то их убедили, что делать этого нельзя. Москва за всем наблюдает, и она придет на помощь, только надо еще немного подождать и нельзя допустить провокаций, а значит, необходимо разоружиться. Люди, обычные работяги, многие из которых считали себя казаками, разоружились, потому что поверили обманщикам, и их тут же вырезали.
А теперь спроецируем эту ситуацию на день сегодняшний. Кремль продолжает напитывать кавказские республики деньгами, оружием, техникой и позволяет им создавать свои собственные армии. Лидеры региона получают ордена, медали, чины и звания. Горцы, которые уже получили благословение духовных лидеров, наглеют все больше, не только на юге, но и по всей стране. Жители Ставропольского края уступают пришлым свою землю и пишут письма президенту РФ, только не Ельцину, а Путину. И знаете каков результат этих обращений? Правильно, результат нулевой. И что будет дальше, объяснять не нужно. Но я это сделаю.
Дальше будет бойня. Кавказцы без общего врага режут друг друга почем зря — это ясно, слишком много в горах национальностей и слишком давние кровные счеты между многочисленными тейпами, кланами и племенами. Но когда имеется общий враг — это русские, они объединяются. Так всегда было и так произойдет теперь. При этом официальные лидеры останутся в стороне, но будут помогать своим землякам, иначе никак. Ставрополье зальют кровью, и когда это произойдет, на сцене, весь в белом (или в камуфляже, как режиссер решит), появится Великий и Ужасный Гарант Конституции в пределах Российской Федерации, который разыграет национальную карту. Виновниками всех бед на юге и вообще в России, объявят исламистов, экстремистов и террористов. Для вида с должностей снимут несколько чиновников, и в регионе начнется еще одна военная кампания. С обеих сторон будут гибнуть люди, как правило, самые сильные, смелые и гордые представители своих народов. Будет уничтожена инфраструктура и будет много горя. Матери станут плакать по убитым сыновьям и проклинать убийц. В городах России пройдут контролируемые спецслужбами погромы, а боевики совершат несколько громких терактов. Короче, полный набор, который хорошо знаком любому, кто в курсе событий первой и второй Чеченской кампаний.
И что же в конце? Каковы итоги всей этой бойни? Так понятно какие. Пока одни люди будут убивать других, и удобрять своими телами землицу, заинтересованные лица подсчитают дивиденды. Народ будет пялиться в экраны телевизоров, драться и спорить, а олигархи окончательно поделят страну и разделят сферы влияния. Кавказские республики, и без того уже отдельные государства, получат еще больше свобод. Президент поднимет свой рейтинг, покажет, что он еще ого-го какой грозный, и представит публике наследника. Ставрополье войдет в состав нового автономного образования в составе РФ и возглавит его Рамзан Кадыров. Но часть этого края все же отсекут в пользу Краснодарского края. И после этого в стране наступит относительная тишина. Так всегда бывает после серьезной бойни, когда погибли самые активные и наиболее агрессивные представители социума.
На груди этой девочки выжжено клеймо — буква «М», имя ее мучителя Мохаммеда Каррара.
«Ты принадлежишь только мне, — сказал он ей. И добавил: — Об этом сразу узнает тот, с кем ты будешь заниматься сексом».
Мохаммед стал ее сутенером. Когда девочку насиловали, ее связывали и затыкали рот кляпом, чтобы никто не услышал крики и рыдания несчастной. Ребенка подсадили на наркотики и в 12 лет заставили сделать первый аборт. Много раз перевозили из притона в притон.
Другую девочку избивали бейсбольной битой. Она лежала без сознания, истекая кровью, а над ней измывались сразу несколько парней…
Жуткие истории. О них и о десятках таких случаев шла речь на суде в Оксфорде. Заседания продолжались четыре с половиной месяца. Здесь, в городе древнего прославленного университета, буйно расцвел «секс-джихад». Семеро иммигрантов — пакистанцев и эритрейцев — сколотили банду, которая держала детей в сексуальном рабстве.
Девочкам-жертвам было от 11 до 15 лет. И самое главное — все они белые англичанки. В основном из проблемных семей, некоторые сбежали из дома. Но все равно они были коренными британками. И мучили их выходцы из мусульманских стран именно потому, что подростки принадлежали к белой расе.
Как только ни глумились над ними в течение 8 лет — с 2004 до 2012 года! Даже главный судья на процессе Питер Рук, вроде бы привыкший ко всему, с негодованием заявил:
— Нет границ тем мерзостям, которые совершали преступники! Девочки были самой легкой добычей — уязвимой, ранимой и беззащитной.
Главарь банды Мохаммед Каррар приговорен к пожизненному заключению, его брат Бассам проведет за решеткой 15 лет. Другие братья — Ахтар и Анум Догар — получили пожизненный срок «за преступления исключительной тяжести».
«ВЕРШИНА АЙСБЕРГА»
Так называют британские эксперты то, что случилось в Оксфорде. Потому что в Ливерпуле перед тамошним судом предстали еще 9 иммигрантов, которые совершали сексуальные надругательства над 12- и 13-летними девочками. Жертв около пятидесяти. Один из преступников — завсегдатай мечети и отец пятерых детей. Другой приглашал друзей к себе домой, чтобы они видели, как он занимается сексом с подростками. Всем педофилам больше сорока лет и все — выходцы из Индии и Афганистана. Приговор: от 4 до 12 лет тюрьмы.
По последним данным, более двух тысяч несовершеннолетних — жертвы «секс-джихада». А всего почти 20 тысяч подростков стали объектами педофилов. И это в старой доброй Англии, которая объявляет себя образцом в защите прав детей и равенстве полов!
«Я бесконечно повсюду просила о помощи, но не встречала адекватной реакции», — заявила на суде мать одной из девочек. По ее словам, бандиты угрожали изуродовать лицо дочери ножом, а ей и мужу перерезать глотки. Семье пришлось уехать из Оксфорда.
Мать другого подростка сообщила, что полицейские, социальные работники и всевозможные организации по защите прав ребенка советовали ей одно и то же: не нагнетать ситуацию. А сами практически ничего не делали.
И вездесущие репортеры до недавнего времени не очень-то писали о процессах над педофилами. А если писали, то предпочитали именовать членов банд «выходцами из Азии», избегая даже намеков на их религиозную принадлежность. Не дай бог, если тебя обвинят в исламофобии!
Впрочем, британцы в этом неоригинальны. Во Франции тоже почти никогда не сообщают о религии и национальности преступников. И в Скандинавии, где из-за наплыва «гостей» с Востока девушки-блондинки стали красить волосы в черный цвет, чтобы избежать домогательств.
ИМАМ ОБЛИЧАЕТ ЕДИНОВЕРЦЕВ
Тадж Харгей очень популярен, хотя врагов у него полно. Он директор мусульманского образовательного центра в Оксфорде и имам местной исламской конгрегации. На его проповедях в мечети яблоку негде упасть. Имам часто выступает на ТВ, по радио, в газетах. И всегда откровенно, жестко, нелицеприятно.
При мне Тадж Харгей несколько раз повторил: необходимо правильно обучать молодых мусульман для того, чтобы они противостояли радикализму.
В письме в лондонскую «Дейли мейл» он высказался еще резче: «Ужасающие действия оксфордской шайки связаны с религией и нацией: с религией, поскольку все злоумышленники были мусульманами, а с нацией, поскольку они выбрали в качестве жертв белых девочек. Взгляды некоторых исламских проповедников на белых женщин просто ужасны. Согласно их мышлению, белые женщины ведут себя так, что заслуживают быть наказанными насилием и унижением».
«Это джихад, сексуальный джихад, последовательно раздуваемый радикальными имамами», — констатирует Тадж Харгей. Впрочем, имам ополчается не только на своих единоверцев. Вот еще одно убойное высказывание, которое я услышал от него: «В перепуганной и политкорректной Британии действительности малодушно избегают. Комментаторы и политики топчутся вокруг проблемы и прячут ее за двусмысленными словами».
Если бы Генри Форд сегодня сказал, что "бизнес должен служить сообществу", то над ним смеялись бы. "Чо ты придурак, бизнес для бабла, и чем больше, тем лучше". Опять-таки: Форд не коллективист, но он чувствовал себя как член сообщества, а не просто индивидуум, "свободный" от всех правил.
Комментарии
Простенький вопрос, кто является автором "вертикали власти"?
Издание ссылается на известного нью-йоркского ресторатора, владельца ресторана Nello на Мэдисон-авеню Нелло Балана. Ресторатор утверждает, что в минувший четверг продал Владимиру Потанину белый трюфель весом 4 фунта (1,8 кг), что, по словам Балана, делает этот трюфель крупнейшим в мире.
Официального подтверждения этой информации нет.
Один из жителей Бирюлево прислал на наш редакционный адрес текст с описанием его видения проблем района, которые привели к погромам в воскресенье. Мы публикуем материал коренного бирюлевца, поскольку он, на наш взгляд, помогает понять скрытую механику вспыхнувшего вчера конфликта. Автор попросил опубликовать его текст анонимно:
Вчера сначала вся Москва, потом вся Россия, а за ними и весь мир узнал о моем родном районе Бирюлево. Многие удивляются сложившейся ситуации, откуда столько злости и ненависти?
Ответ на этот вопрос я постараюсь разложить по полочкам.
Итак, начнем с самого начала.
Район Бирюлево-Западное изначально заселялся обычными работягами — рабочими завода ЗИЛ и других предприятий. Помимо этого, район частично заселен «лимитой» — людьми из провинциальных городов, привлеченными в Москву в качестве рабочей силы на крупные промышленные предприятия. Район изолирован от всей остальной Москвы железнодорожными путями павелецкого и курского вокзалов. Имеется всего 2 выезда из района: на МКАД и на Варшавское шоссе. Недавно открыли третий выезд — через улицу Подольских курсантов. Идеальное место для организации гетто.
В лихие 90-е в промзоне, расположенной в непосредственной близости с Бирюлево, стал разворачиваться бизнес — открылся Покровский рынок и плодоовощная база. Как известно, рынок и база рядом с жилым районом — это источник повышенной концентрации разного вида сброда. А так как торговлей у нас занимаются кавказцы, то и сброд этот тоже кавказский.
В те времена кавказцы, работающие на этих рынках и базе, жили либо там же, где торгуют, либо снимали квартиры в ближайших к рынку домах в Бирюлеве.
После развала ЗИЛа и других крупных предприятий, на которых работало подавляющее большинство жителей, местные остались у разбитого корыта, так как ничего, кроме стояния за станком, просто не умели. Кто-то перепрофилировался, нашел себе работу. Кто-то не выдержал и спился. Кто-то свалил из этого района. Кто-то остался и перебивался как может. Потихоньку квартиры освобождались, количество сдаваемых квартир росло, но так как район далеко не самый престижный и удобный для проживания, то квартирантов из числа русских было найти невозможно. Поэтому кто-то стал сдавать квартиры кавказцам, кто-то сдавал через агентства и даже не знал, что вместо русских в их квартире теперь живут кавказцы. А с ростом количества кавказцев в районе стала активно расти преступность. Сначала по чуть-чуть — грабежи, разбои. Потом разборки, выброшенные в окна должники, зарезанные ночью местные, стрельба и поножовщина каждый день и т.д.
В связи с выросшей опасностью местные стали сваливать активнее. И вот, круг замкнулся — больше кавказцев, выше преступность, меньше местных, больше кавказцев и т.д. Но свалить имеют возможность не все. Самые бедные и самые упорные остались.
Естественно, что все это местные жители связывали с наличием под боком Покровского рынка и плодоовощной базы. И активно добивались закрытия и переезда оных с территории района, а еще лучше вообще с территории Москвы.
В нулевых рынок, который стал просто эпицентром криминогенности, закрыли. На время местные жители вздохнули с облегчением. Но по закону сообщающихся сосудов, где-то убыло, где-то прибыло. Вся шваль с рынка переехала на базу и стала там активно плодиться.
Местные жители снова стали стучать властям, мол, уберите эту клоаку. И все эти годы их просто посылали.
Добавьте к этому тот факт, что в то время начальником местного отделения милиции был азер, который крышевал весь бизнес в районе.
А обстановка тем временем накалялась: я могу вас уверить, что возьми абсолютно любого жителя Бирюлева, он расскажет как минимум несколько историй про себя, своих родных или знакомых, как они пострадали от этих кавказцев: изнасилования, грабежи, разбои, избиения, убийства. И доля раскрытых местной милицией дел ничтожна. По крайней мере, ни мне, ни кому-то из моих друзей и знакомых неизвестно ни одного случая раскрытия преступлений против них или их родных/знакомых. Про обычные приставания я даже не говорю, с этим сталкивалась каждая женщина, а тем более девушка в районе.
Лично про себя могу сказать следующее: мою подругу, которой тогда было 12 лет, изнасиловал хач, моего друга избили битами и ограбили хачи, мою соседку 85 лет сбили с ног и украли сумки хачи, а менты, приехавшие на вызов, еще и украли из паспорта оставленные там бабулей деньги.
Хочу отдельно отметить, что в конце 90-х мы, после изнасилования моей 12-летней подруги кавказцем, после бездействия милиции, сами (14-16 летние пацаны) собирали группы по поиску этого урода. Группа злобной молодежи в 150 рыл на улицах — это опасно. Наверное, так подумали менты и кавказцы. Поэтому часть из нас повязали менты, а оставшуюся часть избили железными прутами кавказцы.
Этот беспредел и отсутствие защиты от органов правопорядка местные глотали, давились, но глотали. И вся эт
За эти годы количество кавказцев, а теперь еще и таджиков, росло, росло, и теперь, чтобы найти на районе русского, надо сильно постараться. Это не преувеличение, зайдите в яндекс-панорамы, посмотрите панорамы района. А лучше, когда все утихнет, сами съездите посмотреть.
Русские либо свалили, либо сидят по норам, потому что на улице просто опасно.
Вся эта злость и ненависть к продажным ментам и кавказцам копилась даже не год, не пять, а десятилетиями. Местные открыто ненавидят кавказцев и ментов. И власти это спровоцировали сами. Как своей политикой толерантности, так и своей продажностью. Главное — бизнес. А люди — расходный материал.
Недавнее убийство спустило эти пружины. Люди взорвались. Люди всю жизнь страдали от этой базы и теперь винят во всех грехах только ее. Я знаю, что база как таковая здесь ни при чем. Но и людей я прекрасно понимаю.
Справедливости ради хочу сказать, что грабежи, убийства и изнасилования происходят в Бирюлево каждый день, но теперь к ментам за помощью просто не обращаются, так как смысла нет вообще. Они в Бирюлево не для защиты местных людей сидят, а для защиты своего бизнеса. А бизнес у них ведется вместе с кавказцами.
Почему именно случай Егора Щербакова спровоцировал бунт? Просто он получил широкую огласку. И если про ежедневные преступления знает лишь узкий круг лиц, то об этом случае узнал весь район и вспомнил все свои проблемы, все свои обиды.
Все, чего хотят местные — это убрать овощную клоаку подальше от них. Пусть они торгуют чем хотят в далеком Подмосковье, в чистом поле, подальше от людей. Потому что это не люди, а звери. А совместно жить звери с людьми не умеют.
источник
Кто не верит, тот может вспомнить Чечню, ознакомиться с фактами уничтожения русских в этой республике, экстраполировать ситуацию на сегодняшний день
Однако помощи русским, разумеется, никто не оказал. Ни правительство, ни армия, ни МВД, ни ФСБ, ни казачество. Никто. Понимаете? Никто им не помог. Ни одна серьезная структура (или претендующая на звание таковой) на территории России, не оказала поддержку людям, хотя были храбрые одиночки, которые вытаскивали людей. Но одиночки, как всем известно, не решают проблему, для этого нужна организация и необходима воля государственного лидера.
В общем, такие дела творились на Кавказе, и не только там, в постперестроечное время. Кремль давал сепаратистам деньги, оружие, звания, ордена-медали и привилегии, а они, в свою очередь, отрабатывали это убийством мирных людей. А когда жители Ассиновской и других станиц стали вооружаться, то их убедили, что делать этого нельзя. Москва за всем наблюдает, и она придет на помощь, только надо еще немного подождать и нельзя допустить провокаций, а значит, необходимо разоружиться. Люди, обычные работяги, многие из которых считали себя казаками, разоружились, потому что поверили обманщикам, и их тут же вырезали.
Дальше будет бойня. Кавказцы без общего врага режут друг друга почем зря — это ясно, слишком много в горах национальностей и слишком давние кровные счеты между многочисленными тейпами, кланами и племенами. Но когда имеется общий враг — это русские, они объединяются. Так всегда было и так произойдет теперь. При этом официальные лидеры останутся в стороне, но будут помогать своим землякам, иначе никак. Ставрополье зальют кровью, и когда это произойдет, на сцене, весь в белом (или в камуфляже, как режиссер решит), появится Великий и Ужасный Гарант Конституции в пределах Российской Федерации, который разыграет национальную карту. Виновниками всех бед на юге и вообще в России, объявят исламистов, экстремистов и террористов. Для вида с должностей снимут несколько чиновников, и в регионе начнется еще одна военная кампания. С обеих сторон будут гибнуть люди, как правило, самые сильные, смелые и гордые представители своих народов. Будет уничтожена инфраструктура и будет много горя. Матери станут плакать по убитым сыновьям и проклинать убийц. В городах России пройдут контролируемые спецслужбами погромы, а боевики совершат несколько громких терактов. Короче, полный набор, который хорошо знаком любому, кто в курсе событий первой и второй Чеченской кампаний.
И что же в конце? Каковы итоги всей этой бойни? Так понятно какие. Пока одни люди будут убивать других, и удобрять своими телами землицу, заинтересованные лица подсчитают дивиденды. Народ будет пялиться в экраны телевизоров, драться и спорить, а олигархи окончательно поделят страну и разделят сферы влияния. Кавказские республики, и без того уже отдельные государства, получат еще больше свобод. Президент поднимет свой рейтинг, покажет, что он еще ого-го какой грозный, и представит публике наследника. Ставрополье войдет в состав нового автономного образования в составе РФ и возглавит его Рамзан Кадыров. Но часть этого края все же отсекут в пользу Краснодарского края. И после этого в стране наступит относительная тишина. Так всегда бывает после серьезной бойни, когда погибли самые активные и наиболее агрессивные представители социума.
ИХ ТЕРЗАЛИ ГОДАМИ
На груди этой девочки выжжено клеймо — буква «М», имя ее мучителя Мохаммеда Каррара.
«Ты принадлежишь только мне, — сказал он ей. И добавил: — Об этом сразу узнает тот, с кем ты будешь заниматься сексом».
Мохаммед стал ее сутенером. Когда девочку насиловали, ее связывали и затыкали рот кляпом, чтобы никто не услышал крики и рыдания несчастной. Ребенка подсадили на наркотики и в 12 лет заставили сделать первый аборт. Много раз перевозили из притона в притон.
Другую девочку избивали бейсбольной битой. Она лежала без сознания, истекая кровью, а над ней измывались сразу несколько парней…
Жуткие истории. О них и о десятках таких случаев шла речь на суде в Оксфорде. Заседания продолжались четыре с половиной месяца. Здесь, в городе древнего прославленного университета, буйно расцвел «секс-джихад». Семеро иммигрантов — пакистанцев и эритрейцев — сколотили банду, которая держала детей в сексуальном рабстве.
Девочкам-жертвам было от 11 до 15 лет. И самое главное — все они белые англичанки. В основном из проблемных семей, некоторые сбежали из дома. Но все равно они были коренными британками. И мучили их выходцы из мусульманских стран именно потому, что подростки принадлежали к белой расе.
Как только ни глумились над ними в течение 8 лет — с 2004 до 2012 года! Даже главный судья на процессе Питер Рук, вроде бы привыкший ко всему, с негодованием заявил:
— Нет границ тем мерзостям, которые совершали преступники! Девочки были самой легкой добычей — уязвимой, ранимой и беззащитной.
Главарь банды Мохаммед Каррар приговорен к пожизненному заключению, его брат Бассам проведет за решеткой 15 лет. Другие братья — Ахтар и Анум Догар — получили пожизненный срок «за преступления исключительной тяжести».
«ВЕРШИНА АЙСБЕРГА»
Так называют британские эксперты то, что случилось в Оксфорде. Потому что в Ливерпуле перед тамошним судом предстали еще 9 иммигрантов, которые совершали сексуальные надругательства над 12- и 13-летними девочками. Жертв около пятидесяти. Один из преступников — завсегдатай мечети и отец пятерых детей. Другой приглашал друзей к себе домой, чтобы они видели, как он занимается сексом с подростками. Всем педофилам больше сорока лет и все — выходцы из Индии и Афганистана. Приговор: от 4 до 12 лет тюрьмы.
По последним данным, более двух тысяч несовершеннолетних — жертвы «секс-джихада». А всего почти 20 тысяч подростков стали объектами педофилов. И это в старой доброй Англии, которая объявляет себя образцом в защите прав детей и равенстве полов!
«Я бесконечно повсюду просила о помощи, но не встречала адекватной реакции», — заявила на суде мать одной из девочек. По ее словам, бандиты угрожали изуродовать лицо дочери ножом, а ей и мужу перерезать глотки. Семье пришлось уехать из Оксфорда.
Мать другого подростка сообщила, что полицейские, социальные работники и всевозможные организации по защите прав ребенка советовали ей одно и то же: не нагнетать ситуацию. А сами практически ничего не делали.
И вездесущие репортеры до недавнего времени не очень-то писали о процессах над педофилами. А если писали, то предпочитали именовать членов банд «выходцами из Азии», избегая даже намеков на их религиозную принадлежность. Не дай бог, если тебя обвинят в исламофобии!
Впрочем, британцы в этом неоригинальны. Во Франции тоже почти никогда не сообщают о религии и национальности преступников. И в Скандинавии, где из-за наплыва «гостей» с Востока девушки-блондинки стали красить волосы в черный цвет, чтобы избежать домогательств.
ИМАМ ОБЛИЧАЕТ ЕДИНОВЕРЦЕВ
Тадж Харгей очень популярен, хотя врагов у него полно. Он директор мусульманского образовательного центра в Оксфорде и имам местной исламской конгрегации. На его проповедях в мечети яблоку негде упасть. Имам часто выступает на ТВ, по радио, в газетах. И всегда откровенно, жестко, нелицеприятно.
При мне Тадж Харгей несколько раз повторил: необходимо правильно обучать молодых мусульман для того, чтобы они противостояли радикализму.
В письме в лондонскую «Дейли мейл» он высказался еще резче: «Ужасающие действия оксфордской шайки связаны с религией и нацией: с религией, поскольку все злоумышленники были мусульманами, а с нацией, поскольку они выбрали в качестве жертв белых девочек. Взгляды некоторых исламских проповедников на белых женщин просто ужасны. Согласно их мышлению, белые женщины ведут себя так, что заслуживают быть наказанными насилием и унижением».
«Это джихад, сексуальный джихад, последовательно раздуваемый радикальными имамами», — констатирует Тадж Харгей. Впрочем, имам ополчается не только на своих единоверцев. Вот еще одно убойное высказывание, которое я услышал от него: «В перепуганной и политкорректной Британии действительности малодушно избегают. Комментаторы и политики топчутся вокруг проблемы и прячут ее за двусмысленными словами».
БУДЕТ ЛИ ЦИВИЛИЗОВАННАЯ ИММИГРАЦИЯ?