То, что простительно несчастной старухе, у которой в подсознание въелся страх, а заштампованые совецкой властью мозги уже распадаются от старости и текут из носа, то непростительно Человеку Думающему, которому доступна информация, и у которого хватает разума отделить правду от тенденциозных идеологических вымыслов. И уж тем более непростительно разумному человеку продолжать верить в эту "светлую сказку о великой державе и её небывалых победах и достижениях", на каждой странице, в каждой строчке которой попадается "голод", "арест", "тюрьма", "донос", "допрос", "следствие", "спецсредства", "Чрезвычайная Тройка", "этап", "лагерь", "лесоповал", "нары", "роба", "баланда", "шконка", "карцер", "ШИЗО", "БУР", "конвой", "расстрел" – а в качестве рефрена звучит "мы верили!", "нас так воспитывали!" и прочее "всё отнять – и поделить!" По-хорошему, от этой кровавой "светлой сказки" надо бы ОТРЕЧЬСЯ. Но не отрекаются. Или – не отрекаются, любя?…
Вот только лицо у нее, как видение в ночном кошмаре, это определенно. Наткнешься неожиданно взглядом — мороз по коже. Даже удивительно, насколько дисгармонично может сложить природа обычные, в общем, черты. Такое впечатление, словно бы ее еще при рождении тащили за голову нетрезвые акушеры, тащили, тащили с пьяным упорством, да так и бросили, заранее признав новорожденную нежизнеспособной. А та выжила, наперекор диагнозу, и теперь удивляет всех причудливой, лобасто-серповидной формой черепа, где уши, нос, рот и глаза расположились в каком-то нарочитом беспорядке, наползая друг на друга и ехидно кривляясь.
Улыбается Игла особенно жутко. Словно Баба-яга, вспоминающая, как столетия назад флиртовала с молодым, бодрым Кощеем. Надо сказать, ротик у нее действительно редкой саблезубой формы. Как говорит сама Игла — пасть всех оттенков цветов, кроме белого. И так, мягко говоря, не красавица, но когда начинает улыбаться — становится еще страшней. Не просто мороз по коже — холодный пот по спине. Губы почти пропадают, оскал наводит на мысли об анатомичке, нос свешивается крючком, глаза неравномерно разъезжаются и прижмуриваются, и вообще ее голова окончательно начинает напоминать яйцо «чужих» в телеужастиках, из которого вот-вот вылупится кровожадный монстр и начнет питаться всеми подряд.
Комментарии
Улыбается Игла особенно жутко. Словно Баба-яга, вспоминающая, как столетия назад флиртовала с молодым, бодрым Кощеем. Надо сказать, ротик у нее действительно редкой саблезубой формы. Как говорит сама Игла — пасть всех оттенков цветов, кроме белого. И так, мягко говоря, не красавица, но когда начинает улыбаться — становится еще страшней. Не просто мороз по коже — холодный пот по спине. Губы почти пропадают, оскал наводит на мысли об анатомичке, нос свешивается крючком, глаза неравномерно разъезжаются и прижмуриваются, и вообще ее голова окончательно начинает напоминать яйцо «чужих» в телеужастиках, из которого вот-вот вылупится кровожадный монстр и начнет питаться всеми подряд.
Интесно как в Анальном парламенте будет смотрется Собчачка , Гессен, или Бабо Лера ? а Латынина вообще звезда — без пиз- да...