"Среди историков нет единого мнения, был ли Людвиг II действительно болен или стал жертвой дворцовых интриг, однако «сказочный король» действительно построил несколько дорогостоящих замков (например, Нойшванштайн, Линдерхоф, Херренкимзее) и тратил безумные деньги из государственной казны на развлечения."
За свой указ «О запрете лишения жизни живых существ», изданный в 1687 году, запрещавший под страхом смерти убивать бродячих собак, кошек и загнанных лошадей, он получил прозвище «Собачий сёгун»[4].
Одна из версий этого самого раннего из известных законодательных указов в мире, защищающих права животных: буддийский монах объяснил Цунаёси отсутствие у него наследника и раннюю смерть единственного сына тем, что в одной из прошлых жизней он жестоко обращался с собаками, а также тем, что тот родился в год Собаки. Согласно другой версии, сёгун исходил из буддийских канонов добродетели. Объектом действия последовавших вслед за ним указов стали собаки, лошади, коровы, кошки, курицы, черепахи, змеи и рыба, которой было запрещено торговать на рынках. Суровые наказания, включавшие изгнание, долгое тюремное заключение и смертную казнь, были введены за убийства животных, в первую очередь — собак.
Серией последовавших зоозащитных указов, которые выпускались им ежедневно, Цунаёси наделил собак бо́льшими правами, чем людей, например, cо стаей собак, уничтожающей посевы, надлежало обходиться особым образом: прежде всего крестьянам надлежало поклясться, что ни одна собака не пострадает. Затем ласками и уговорами попросить животных уйти. При этом категорически запрещалось кричать, что-либо кидать и высказывать неуважение к зверям. Население одной из деревень было казнено, когда закон был нарушен. За грубое слово в адрес уличной собаки, к которой надлежало обращаться лишь как «о-ину сама» («высокоблагородие Собака»), нарушителя ожидало телесное наказание — побивание палками, что было достаточно распространённым явлением[5].
Для бездомных псов, стаями которых кишела столица государства Эдо, по распоряжению Цунаёси впервые в мировой истории была создана сеть приютов. Один из них — на 50 000 голов, разместился в окрестностях столицы, а затем псарня на площади в 55 гектар была построена в Накано. Собакам полагалось трёхразовое питание в размере, в полтора раза превышавшем рацион крестьянина, работавшего в поле. Когда животные отказались есть овощи, на обед стали подавать рыбу и мясо. 270 людям из персонала надлежало всячески ублажать собак и следить за тем, чтобы они не лезли в драку друг с другом.[4].[нет в источнике 1135 дней] Еда для собак, содержавшихся в приюте, приобреталась на средства налогоплательщиков.
По воспоминаниям немецкого путешественника, посетившего Нагасаки в 1692 году, которые приводит Beatrice M. Bodart-Bailey в книге «Собачий сёгун» (2006)[5], улицы города были полны бездомными собаками, в том числе больными. В случае, если они кусали людей или загрызали до смерти, строжайше запрещалось делать с ними что-либо без разрешения властей.
Между тем, в своем дворце в Эдо сёгун не держал ни одной собаки, современники[кто?] не увидели ни одной картины и других предметов искусства, посвященных этим животным, кроме фарфоровой китайской собачки[6].
Зоозащитные указы, вкупе с начавшимся одновременно финансовым кризисом, ростом цен и порчей золотой монеты вызывали недовольство населения[4]. Бедствия сопровождали последние годы правления Цунаёси. В 1706 году столицу Эдо накрыл тайфун, в следующем году произошло извержение Фудзиямы.
Перед смертью сёгун завещал, чтобы его распоряжения относительно собак выполнялись вечно, однако преемник-племянник отменил их через десять дней после кончины Цунаёси. Сын у Цунаёси так и не родился
Комментарии
Знакомый набор симптомов, однако..
За свой указ «О запрете лишения жизни живых существ», изданный в 1687 году, запрещавший под страхом смерти убивать бродячих собак, кошек и загнанных лошадей, он получил прозвище «Собачий сёгун»[4].
Одна из версий этого самого раннего из известных законодательных указов в мире, защищающих права животных: буддийский монах объяснил Цунаёси отсутствие у него наследника и раннюю смерть единственного сына тем, что в одной из прошлых жизней он жестоко обращался с собаками, а также тем, что тот родился в год Собаки. Согласно другой версии, сёгун исходил из буддийских канонов добродетели. Объектом действия последовавших вслед за ним указов стали собаки, лошади, коровы, кошки, курицы, черепахи, змеи и рыба, которой было запрещено торговать на рынках. Суровые наказания, включавшие изгнание, долгое тюремное заключение и смертную казнь, были введены за убийства животных, в первую очередь — собак.
Серией последовавших зоозащитных указов, которые выпускались им ежедневно, Цунаёси наделил собак бо́льшими правами, чем людей, например, cо стаей собак, уничтожающей посевы, надлежало обходиться особым образом: прежде всего крестьянам надлежало поклясться, что ни одна собака не пострадает. Затем ласками и уговорами попросить животных уйти. При этом категорически запрещалось кричать, что-либо кидать и высказывать неуважение к зверям. Население одной из деревень было казнено, когда закон был нарушен. За грубое слово в адрес уличной собаки, к которой надлежало обращаться лишь как «о-ину сама» («высокоблагородие Собака»), нарушителя ожидало телесное наказание — побивание палками, что было достаточно распространённым явлением[5].
Для бездомных псов, стаями которых кишела столица государства Эдо, по распоряжению Цунаёси впервые в мировой истории была создана сеть приютов. Один из них — на 50 000 голов, разместился в окрестностях столицы, а затем псарня на площади в 55 гектар была построена в Накано. Собакам полагалось трёхразовое питание в размере, в полтора раза превышавшем рацион крестьянина, работавшего в поле. Когда животные отказались есть овощи, на обед стали подавать рыбу и мясо. 270 людям из персонала надлежало всячески ублажать собак и следить за тем, чтобы они не лезли в драку друг с другом.[4].[нет в источнике 1135 дней] Еда для собак, содержавшихся в приюте, приобреталась на средства налогоплательщиков.
По воспоминаниям немецкого путешественника, посетившего Нагасаки в 1692 году, которые приводит Beatrice M. Bodart-Bailey в книге «Собачий сёгун» (2006)[5], улицы города были полны бездомными собаками, в том числе больными. В случае, если они кусали людей или загрызали до смерти, строжайше запрещалось делать с ними что-либо без разрешения властей.
Между тем, в своем дворце в Эдо сёгун не держал ни одной собаки, современники[кто?] не увидели ни одной картины и других предметов искусства, посвященных этим животным, кроме фарфоровой китайской собачки[6].
Зоозащитные указы, вкупе с начавшимся одновременно финансовым кризисом, ростом цен и порчей золотой монеты вызывали недовольство населения[4]. Бедствия сопровождали последние годы правления Цунаёси. В 1706 году столицу Эдо накрыл тайфун, в следующем году произошло извержение Фудзиямы.
Перед смертью сёгун завещал, чтобы его распоряжения относительно собак выполнялись вечно, однако преемник-племянник отменил их через десять дней после кончины Цунаёси. Сын у Цунаёси так и не родился
"а где Горбачёв, Ельцин, Путин, Медведев, Грозный?" (нужное подчеркнуть)
)))))))))))))))))))))))))))))))))