А тем, кто вышел на митинг на Болотную, грозят сроки до 7 лет. При том, что нет доказательств. А тут — такая ерунда. Занималась вымогательством, работая в Администрации. И даже не сядет. Едроссы для себя постарались, принимая такие поправки.
Допустим, проживет она лет 35 еще. В месяц получается почти 8 500 долларов, или примерно 270 000 рублей. Вопрос, на какой должности она должна теперь работать, чтобы ежемесячно гасить такие суммы??? А если эта сумма у нее есть, другой вопрос, где так славно смогла заработать?
Точно! Вот пускай твой напарник Шурик, учится, как надо устраиваться в жизни!
Теперь она, с полным правом может потребовать предоставить ей работу с зарплатой не ниже миллиона рублей в месяц, чтобы она могла исполнить требования закона о выплате штрафа и чтобы не был нарушен закон о вычетах из дохода не выше определенного процента.
Или кто-то считает, что судья дура, когда назначала такой штраф?
Да, другие браузеры нормально рапортуют работают, в смысле.
Пишу с ff24. Просто тот браузер нормально настроен, а остальные не настраиваются так, как удобно мне. А ведь фаервол одинаково блокирует сайты, что для того, что для этого. Правда, здесь у меня еще и показ картинок отключен. (Всё равно они не несут полезной информации).
Остальные браузеры нормально рабтают, только они мне не нравятся невозможностью настроить их так, как мне надо. (то есть, достаточно быть кнопке не круглой и мне уже не нужен такой браузер! Простите, но такой уж я привередливый к качеству продукта).
Проснувшись, Петя заправил хуй в трусы, поглядел на кухне на супружницу Зинку, дернул дверцу холодильника, заглянул в него, не увидел не хуя, сел за стол, попытался налить заварки из чайник, да не налил не хуя, не нашел не хуя в хлебнице, налил себе кипятка и помешал ложечкой. А хули. Хоть сахара то нет, но инстинкт то жив. Помешал, значит, и говорит:
— Нам нужная стабильность.
Сказал и охуел.
— Ты ебанулся,
Сказала охуевшая тоже Зинка:
— Какая в пизду сссстабильность. До зарплаты неделя. Жрать не хуй. Завод мой сокращают. Пиздец же блядь, пиздец.
А Петя сказал:
— Ебанннная блядь наймитка ЦРУ. В американском посольстве научили?
Зинка заплакала. Охуевший Петька молча смотрел на нее. «Что же такое происходит», — думал он. Хочу одно сказать, а выходит другое. Натащил на себя куртку и пошел в аптеку.
Хотел он было аптекарше сказать, что говорит не знамо что и чтобы такое от этого сьест. Но ничего сказать не смог. У окошка прыгал человек на одной ноге, с текущими слюнями из рта, махал руками, силясь произнести что-то. А продавщица выкладывал ему на прилавок шприцы, таблетки какие-то.
— За 12 лет Россия далеко шагнула вперед.
Сказал Петя. Какой-то мужик дал ему в глаз. Петя был с ним согласен. За такое и уебать мало. Вышел он на улицу и пошел на работу. Цеха были пустые. Аутсорсинг, оптимизация, корпоративная культура, ИСО-2000 еблись в глазах редких рабочих основательно и тщательно.
Петя включил станок. Поточил деталей. Подмигнул проходившему рядом мастеру и сказал:
— ВВП растет, экономика вышла и застоя.
Сказал и заплакал. Заплакал и мастер. А потом дал Пете в другой глаз.
На обеде Петя взял кашу под зарплату, как и другие прочие все, поводил в жиже ложкой, но есть так и не стал. Рот его был заклеен пластырем. А отклеивать его Петя боялся, потому как понимал, убьют на хуй, если чего еще скажет. Посидел Петя, намазал нос кашей и вышел. А когда вышел, то, увидев, что остался один, на пару секунд отклеил рот, соскреб кашу пальцами, засунул в рот, но за эти пару секунд все же успел выкрикнуть:
— Еще 10 лет стабильности и Россию будет не узнать.
Били его долго. Аутсорсинг, оптимизация, корпоративная культура, ИСО-2000 таяли в мутных глазах рабочих основательно и тщательно.
Насилу доработав смену, Петька пошел домой. Облупленные фасады домов, разбитые окна улыбались ему. Он помнил их красивыми, со светом из-за занавесок. И Петька думал:
— Мы достигли и преодолели показатели уровня жизни самых благополучных лет СССР.
И было ему страшно от этих дум. А еще от рвущегося из внутри его стального твердого голоса. Не в силах противостоять ему он вышел на дорогу и заорал:
— Наша задача – завершить создание в России такой политической системы, такой структуры социальных гарантий и защиты граждан, такой модели экономики, которые вместе составят единый, постоянно развивающийся, и одновременно – устойчивый, здоровый государственный организм.
Проезжавший мимо на иномарке директор завода, спиздивший все, распродавший все, крикнул Петьке:
— Верно мыслишь, Петька.
Ободранные ребенок, уронивший конфету в снег, рылся в нем. Вместе с ним рылись и две собаки. Они нашли раньше. Мамаша крыла ребенка матом.
— Успехи России во внутренней и внешней политике стали для граждан свершившимся и непреложным фактом.
Сказал ей Петька и решил убиться на хуй. Забрался на самый высокий дом. Закрыл глаза и прыгнул. И ебнулся в охуительный сугроб.
— Сокращается смертность.
Сказал Петька. И. Вытряхивая снег из-за шиворота. Продолжил:
— Значит так, — Верещагин задумчиво попинал стартовую лыжу стратоплана. Сооружение, казавшееся хрупким, но реально состоявшее из разработанной в давние времена по личному приказу Сталина кю-древесины и способное выдержать удар пушечного снаряда, закачалось. — Хм, — писатель повторил пинок. Одним из его секретов было, что он боится высоты, поэтому полёты графоман-нацист чаще всего оставлял своим подопечным. — Так в общем, — он поправил на преданно глядящем ему в лицо Пашке шлем (копию шлемов римских легионеров, украшенную человеконенавистническими надписями, попиравшими права афроамериканцев, иудеев и Свидетелей Иеговы. Шлем был сделан из модифицированного титана). Задумчиво благословил аппарат поданным портретом Сталина, производя движение "коловрат". — Целоваться не будем, — Пашка потупился. — Обниматься тоже, — Пашка вздохнул. — Книгу с автографом я положил в багаж. Да, не перепутай! Полетишь над Москвой, найди дом писателя Лукиянко, сбрось на него пару фугасок, они в левом контейнере, книга в правом.
— Он в многоквартирке живёт, — подала голос одна из провожающих — типично русская красавица, скромно прятавшая руки под передником (где находился тридцатизарядный "вилькинсон Линда" и полуметровый боевой нож… ну и ключи от погреба). — Могут пострадать невинные, учитель.
— А, — Верещагин хотел махнуть рукой и сказать, что в Москве всё равно живут одни чурки, но, покосившись на стоящего в общем строю белобрысого и черноглазого Рауфа Иванова и поправился по ходу: — Кровь невинных — дело святое. Мы потом им памятник поставим. После победы нашего дела. В общем ты понял, — он хлопнул Пашку по плечу. — Лети, сокол наш. На святое дело идёшь.
(Позже напишут, что взрыв был произведён коммунофашистами на деньги Аль-Каиды и по личному приказу Буша-старшего. Но Пашку это совершенно не волновало. Гораздо сильней он огорчится, узнав, что Лукиянко выжил-таки — в момент прицельной бомбёжки он находился в медвытрезвителе и в алкогольном бреду кричал, пугая сокамерников: "Всем выйти из Сумрака и получить бесплатный аТан! Я Кей Дач, повиноваться мне, как Володьке Крапивину!!!")
Комментарии
Допустим, проживет она лет 35 еще. В месяц получается почти 8 500 долларов, или примерно 270 000 рублей. Вопрос, на какой должности она должна теперь работать, чтобы ежемесячно гасить такие суммы??? А если эта сумма у нее есть, другой вопрос, где так славно смогла заработать?
Теперь она, с полным правом может потребовать предоставить ей работу с зарплатой не ниже миллиона рублей в месяц, чтобы она могла исполнить требования закона о выплате штрафа и чтобы не был нарушен закон о вычетах из дохода не выше определенного процента.
Или кто-то считает, что судья дура, когда назначала такой штраф?
А потом выходит надпись "нет ответа fsb-monitor script: partner = 251106; blocktype = 1; document.write(''); ..."
adname.ru и go.robotext.net
Пишу с ff24. Просто тот браузер нормально настроен, а остальные не настраиваются так, как удобно мне. А ведь фаервол одинаково блокирует сайты, что для того, что для этого. Правда, здесь у меня еще и показ картинок отключен. (Всё равно они не несут полезной информации).
Остальные браузеры нормально рабтают, только они мне не нравятся невозможностью настроить их так, как мне надо. (то есть, достаточно быть кнопке не круглой и мне уже не нужен такой браузер! Простите, но такой уж я привередливый к качеству продукта).
А ff24, это и есть версия. Точнее 24.01а
ну а вообще все понятно. прокололась дура. её попугали и простили. на первый раз. нормальная политика мафиозных кланов.
— Нам нужная стабильность.
Сказал и охуел.
— Ты ебанулся,
Сказала охуевшая тоже Зинка:
— Какая в пизду сссстабильность. До зарплаты неделя. Жрать не хуй. Завод мой сокращают. Пиздец же блядь, пиздец.
А Петя сказал:
— Ебанннная блядь наймитка ЦРУ. В американском посольстве научили?
Зинка заплакала. Охуевший Петька молча смотрел на нее. «Что же такое происходит», — думал он. Хочу одно сказать, а выходит другое. Натащил на себя куртку и пошел в аптеку.
Хотел он было аптекарше сказать, что говорит не знамо что и чтобы такое от этого сьест. Но ничего сказать не смог. У окошка прыгал человек на одной ноге, с текущими слюнями из рта, махал руками, силясь произнести что-то. А продавщица выкладывал ему на прилавок шприцы, таблетки какие-то.
— За 12 лет Россия далеко шагнула вперед.
Сказал Петя. Какой-то мужик дал ему в глаз. Петя был с ним согласен. За такое и уебать мало. Вышел он на улицу и пошел на работу. Цеха были пустые. Аутсорсинг, оптимизация, корпоративная культура, ИСО-2000 еблись в глазах редких рабочих основательно и тщательно.
Петя включил станок. Поточил деталей. Подмигнул проходившему рядом мастеру и сказал:
— ВВП растет, экономика вышла и застоя.
Сказал и заплакал. Заплакал и мастер. А потом дал Пете в другой глаз.
На обеде Петя взял кашу под зарплату, как и другие прочие все, поводил в жиже ложкой, но есть так и не стал. Рот его был заклеен пластырем. А отклеивать его Петя боялся, потому как понимал, убьют на хуй, если чего еще скажет. Посидел Петя, намазал нос кашей и вышел. А когда вышел, то, увидев, что остался один, на пару секунд отклеил рот, соскреб кашу пальцами, засунул в рот, но за эти пару секунд все же успел выкрикнуть:
— Еще 10 лет стабильности и Россию будет не узнать.
Били его долго. Аутсорсинг, оптимизация, корпоративная культура, ИСО-2000 таяли в мутных глазах рабочих основательно и тщательно.
Насилу доработав смену, Петька пошел домой. Облупленные фасады домов, разбитые окна улыбались ему. Он помнил их красивыми, со светом из-за занавесок. И Петька думал:
— Мы достигли и преодолели показатели уровня жизни самых благополучных лет СССР.
И было ему страшно от этих дум. А еще от рвущегося из внутри его стального твердого голоса. Не в силах противостоять ему он вышел на дорогу и заорал:
— Наша задача – завершить создание в России такой политической системы, такой структуры социальных гарантий и защиты граждан, такой модели экономики, которые вместе составят единый, постоянно развивающийся, и одновременно – устойчивый, здоровый государственный организм.
Проезжавший мимо на иномарке директор завода, спиздивший все, распродавший все, крикнул Петьке:
— Верно мыслишь, Петька.
Ободранные ребенок, уронивший конфету в снег, рылся в нем. Вместе с ним рылись и две собаки. Они нашли раньше. Мамаша крыла ребенка матом.
— Успехи России во внутренней и внешней политике стали для граждан свершившимся и непреложным фактом.
Сказал ей Петька и решил убиться на хуй. Забрался на самый высокий дом. Закрыл глаза и прыгнул. И ебнулся в охуительный сугроб.
— Сокращается смертность.
Сказал Петька. И. Вытряхивая снег из-за шиворота. Продолжил:
— Ебанаты.
— Он в многоквартирке живёт, — подала голос одна из провожающих — типично русская красавица, скромно прятавшая руки под передником (где находился тридцатизарядный "вилькинсон Линда" и полуметровый боевой нож… ну и ключи от погреба). — Могут пострадать невинные, учитель.
— А, — Верещагин хотел махнуть рукой и сказать, что в Москве всё равно живут одни чурки, но, покосившись на стоящего в общем строю белобрысого и черноглазого Рауфа Иванова и поправился по ходу: — Кровь невинных — дело святое. Мы потом им памятник поставим. После победы нашего дела. В общем ты понял, — он хлопнул Пашку по плечу. — Лети, сокол наш. На святое дело идёшь.
(Позже напишут, что взрыв был произведён коммунофашистами на деньги Аль-Каиды и по личному приказу Буша-старшего. Но Пашку это совершенно не волновало. Гораздо сильней он огорчится, узнав, что Лукиянко выжил-таки — в момент прицельной бомбёжки он находился в медвытрезвителе и в алкогольном бреду кричал, пугая сокамерников: "Всем выйти из Сумрака и получить бесплатный аТан! Я Кей Дач, повиноваться мне, как Володьке Крапивину!!!")
Давно скатились к уровню царской России: есть баре-бояре, а есть простолюдины. И естественно суд для них разный.