Чат Ⅲ

Не спать на работе!

В Министерство культуры России поступило предложение разработать "Концепцию по защите отечественного информационного пространства". С инициативой выступил депутат Законодательного собрания города от партии "Единая Россия" Виталий Милонов. По его мнению, произведения, соответствующие традиционным ценностям, получат знак качества, а "вредные" — нет.
В числе самых вредных произведений, которое точно не получит знака качества, депутат назвал культовый сериал "Игра престолов". "Там каждый десятый персонаж сексуальный девиант. Именно через такие произведения и их популяризацию в наше сознание закладывается новая матрица о том, что некие вещи и явления в порядке вещей", — заявил политик.
Милонов отметил, что практически каждый фильм, который делается на Западе, работает на то, чтобы разрушить традиционные ценности.

Девушка по городу шагает
босиком.
Туфли с "ЦентрОбувь"
растворились под дождём.

Доброе!

Че-то приуныла!
Утро!

Генерал Москаль похвастался — как общается с оккупированным населением
"Английский скоро станет обязательным для госслужащих, и меня уже спрашивали, как я к этому отношусь. Отвечаю — у меня все ок. Самый популярный язык давно знаю, но регулярно упражняюсь в произношении. Без знания английского на Донбассе ни один чиновник не протянет и недели", — прокомментировал он инициативу президента.
"На фото — одно из практических занятий по английскому

– Ага… – простодушно подтвердил Соловьев. – Зову Зинку. Зинк, говорю, у
тебя рука счастливая, проверь-ка номер… Да, братцы, это не каждому так подвалит…
– Еще бы каждому! – подтвердил Жеглов. – Судьба, брат, она тоже хитрая,
достойных выбирает. А как тратить будешь?
– Ха, как тратить! – Соловьев залился счастливым смехом. – Были б гроши, а
как тратить – нет вопроса.
– Не скажи, – помотал головой Жеглов, – "нет вопроса". К такому делу надо
иметь подход серьезный. Я вот, например, полагаю, что достойно поступил Федя
Мельников из Третьего отдела…
– А чего он? – спросил Соловьев озадаченно.
– А он по лотерее перед самой войной выиграл легковой автомобиль "ЗИС-101",
цена двадцать семь тысяч.
– И что?
– Что "что"? Как настоящий патриот, Федя не счел правильным в такой сложный
международный момент раскатывать в личном автомобиле. И выигрыш свой пожертвовал
на дело Осоавиахима, понял?
Лицо Соловьева сильно потускнело от этих слов Жеглова, как-то погасло оно
от его рассказа, помялся он, пожевал губами, обдумывая наиболее достойный ответ,
и сказал:
– Мы с тобой, товарищ Жеглов, люди умные, должны понимать, что война
кончилась, государство специально тираж разыграло, чтобы людям, за трудные
времена пообтрепавшимся, облегчение сделать. Да и Осоавиахима уже нет никакого…
Жеглов ухмыльнулся, потрепал Соловьева по плечу, сказал не то всерьез, не
то шутейно:
– Это, Соловьев, только ты умный, а я так, погулять вышел… Конечно, вместо
Осоавиахима я бы тебе другой адресочек мог подбросить, но, вижу, ты к этой идее
относишься слишком вдумчиво. Поэтому, так и быть, ограничимся коньячком с твоего
выигранного капитала. Сделались?
Соловьев явно обрадовался благополучному исходу.
– Что за вопрос между друзьями! – сказал он важно. – Обмоем, как водится!
– Не обманешь? А то на посуле, как на стуле: посидишь, да встанешь, –
недоверчиво покачал головой Жеглов и, будучи не в силах угомониться, добавил: –
К тому же теперь будет у кого перехватить до получки, а?
Соловьев готовно покивал, но в глазах его я особой радости по поводу
жегловских планов не заметил.
– Теперь дочке пианино куплю, – сказал он. – А то в школу на трех трамваях
ездит, покою нету… Жене, Зинке, отрез панбархата возьму, в комиссионке на
Столешникове видел. Ши-икарный отрез, розовый, две с половиной стоит…
– А слоники у тебя на комоде есть? – поинтересовался Жеглов.
– Какие еще слоники? – не понял дежурный.
– Семь таких слоников, мал мала меньше, они еще счастье приносят.