В 2005 году лауреатом Нобелевской премии по экономике ("За расширение понимания проблем конфликта и кооперации с помощью анализа в рамках теории игр") стал восьмой по счету израильтянин — математик, профессор Еврейского университета в Иерусалиме, президент Израильского союза математиков, лауреат Государственной премии Израиля и премии Харви Исраэль Роберт Джон Ауман.
Ауман вырос в Нью-Йорке, окончил МIT, и там же защитил докторскую диссертацию. В 1956 год он репатриировался в Израиль, с тех пор живет в Иерусалиме и работает в Еврейском университете.
Ауман-ортодоксальный еврей и религиозный сионист, автор ряда галахических комментариев по вопросам экономического и юридического аспектов Талмуда.
По мнению профессора Аумана, конфликты самых разных уровней и характеристик укладываются в определенные математические модели,игнорирование которых неизбежно приводит к фиаско. "Результаты всевозможных соревнований и споров между народами или странами могут быть подвергнуты математическому анализу", — убежден он. Yгроза исходит не от Ирана, не от каких-либо террористических групп и даже не откуда-нибудь извне. Ее источник — мы сами.
Парадокс в том, что политика ХАМАСа совершенно рациональна, в то время как политика Израиля абсолютно иррациональна. Мы потеряли ориентиры и находимся во власти иллюзий". При этом, по мнению нобелевского лауреата, "русские"репатрианты реалистичнее тех, кто родился и вырос в этой стране. "Слова Либермана о том, что нам надо менять модель отношений с палестинцами, основанную на постоянных уступках, были восприняты в СМИ с возмущением. Тем не менее, он прав", — сказал Ауман .
— Профессор, поясните, пожалуйста, как теория игр связана с политикой и государственными конфликтами.
— Теория игр — это анализ стратегии в отношениях двух взаимодействующих сторон. Взаимоотношения эти могут проявляться в самых разных качествах, от сотрудничества до конфликта, и в самых разных сферах, от шахмат до бизнеса и войн между государствами. Однако модель остается всегда одна и та же. Существует набор правил, которые определяют развитие конфликта при столкновении двух систем. Существует также набор определенных приемов, необходимых для того чтобы побудить соперника, врага, конкурента принять твою позицию. Возьмите самые разные конфликты, от локальных, до глобальных, и вы убедитесь, что модели, по которым строится противостояние, одни и те же. Религия, идеология, национальный характер и т.п. имеют вторичное значение.
— Вы писали, что война не иррациональна. Но в основе большинства конфликтов, начиная религиозными войнами в средневековье и кончая современностью, лежат именно иррациональные побуждения.
— Говоря о рациональном характере любого конфликта, я имею в виду не побуждения, а методы достижения цели. Цель может быть совершенно иррациональной, самой безобидной или самой чудовищной. Некто может хотеть танцевать сутки напролет, а некто может мечтать о том, чтобы сбросить всех евреев в море. Но и тот, и другой неизбежно будут зависеть от партнера, конкурента или врага и вести себя вполне рационально — так, чтобы добиться максимума, подвергая себя наименьшему риску. В ситуации, когда шахиды хотят уничтожить евреев, все зависит от того, насколько сами евреи соглашаются с их желанием. От реакции евреев и их способов противодействия будет зависеть и поведение шахидов. Если абстрагироваться от эмоций, идеологии и политики, то это игра, и в игре есть свои правила.
— шахиды достигают своей цели?
— Несомненно! Эвакуация поселений из Газы была прямым следствием кошмарных терактов с применением смертников. Отступив, мы показали, что методы, используемые ими, эффективны.
Они навязывают нам свои правила игры, мы принимаем их. (Тот, у кого возникнет искушение обвинить Исраэля Аумана в жестокосердии, напомним: его сын Шломо погиб в 1982 году на Ливанской войне, в бою под Султан-Якубом.)
— Вы считаете, что миротворчество ведет к войне? Тогда оно в принципе становится бессмысленным.
— Не всегда. Но надо отчетливо понимать цели противника. Если его цель — разрешить конфликт,
миротворчество полезно и целесообразно. Но если цель противника — агрессия и захват, миротворчество становится опасным и вредным. Когда агрессор видит, что его методы работают, он продолжает им следовать и выдвигает все новые и новые требования. Если агрессор встречает решительное сопротивление, он пересматривает свой подход. Пацифизм ведет к войне, так как страна, где он становится идеологией, начинает играть по правилам агрессора. Это и происходит с Израилем.
- Как объяснить тот факт, что чем больше мы отступаем, тем большему давлению подвергаемся со стороны остального мира?
— Это закономерно. Международное сообщество — третий игрок. Третий игрок, как правило, всегда заинтересован отвести от себя агрессию и направить ее в удобное для себя русло. Поскольку арабы выступают в качестве наступающей стороны, окружающий мир доволен тем, что существует постоянный объект, становящийся жертвой их агрессии. Поэтому бессмысленно надеяться на понимание и сочувствие. Мир уже забыл, что мы ушли из Газы. Мир не желает замечать ракетные обстрелы. Мир видят только то, что желает видеть: во время операции "Литой свинец" пострадали палестинцы.
— Можно ли вообще достичь мира с арабами, учитывая различия ценностей и мировоззрений?
— С арабами можно сосуществовать, если они осознают, что война, террор и насилие будут иметь для них более тяжелые последствия, чем для нас.Скажем, мечтая уничтожить нас, они должны
отдавать себе отчет в том, что это приведет к плачевным для них результатам. По принципу повторяющих игр, длительное взаимодействие даже в конфликте создает баланс сил, который открывает возможность сотрудничества. Если сторона чувствует опасность наказания за те или
иные экстремальные шаги, она откажется от этих шагов и предпочтет статус-кво. Именно это и сделает мир реальным. Причем дело не только в текущем конфликте.
Это была банда мошенников, работавшая бухгалтерами при храмовых хозяйствах, в основном Омона, которая обманным путём обчистила египтян... А потом, 40 лет пряталась от полиции фараона. Те кто потерялся, просто осознали своё воровское поведение и оформили явку с повинной.
С потомков остальных можно требовать долг с процентами
Это даже войной назвать смешно. Покидали в друг друга какашками, поубивали мирное население, что одни, что другие и успокоились. Напрашивается вопрос, что это было. Обоюдный понос или местная разборка из-за очередного араба или еврея, как потом выяснится.
слишком узкий подход. результаты войны скажутся через какое то время. да и сегодня, я считаю, можно говорить об успехе. правильнее это было бы назвать "военная операция", а не война. Допустим когда американцы "воевали с Панамой... Что они сделали? скупили у армии все оружие, спокойно вошли в президентский дворец и арестовали Норьегу (кажется так звали тогдашнего презика). А валюта в Панаме такая же как и в Америке ($). Как то не трудно это войной назвать.
Слишком толсто троллишь. Ты видел кадры, как евреи в панике метаются от кассама? Цирк, да и только. Ничего даже близко подобного трусливого я не видел. Опозорились, как обычно.
шо-то начал,но после "..Видимо народу пришёл конец терпению и, услышав общественное мнение всё таки решились на военное решение...",задумался.Это -что,о чём,для кого и,ваще,на каком языке?
Комментарии
Ауман вырос в Нью-Йорке, окончил МIT, и там же защитил докторскую диссертацию. В 1956 год он репатриировался в Израиль, с тех пор живет в Иерусалиме и работает в Еврейском университете.
Ауман-ортодоксальный еврей и религиозный сионист, автор ряда галахических комментариев по вопросам экономического и юридического аспектов Талмуда.
По мнению профессора Аумана, конфликты самых разных уровней и характеристик укладываются в определенные математические модели,игнорирование которых неизбежно приводит к фиаско. "Результаты всевозможных соревнований и споров между народами или странами могут быть подвергнуты математическому анализу", — убежден он. Yгроза исходит не от Ирана, не от каких-либо террористических групп и даже не откуда-нибудь извне. Ее источник — мы сами.
Парадокс в том, что политика ХАМАСа совершенно рациональна, в то время как политика Израиля абсолютно иррациональна. Мы потеряли ориентиры и находимся во власти иллюзий". При этом, по мнению нобелевского лауреата, "русские"репатрианты реалистичнее тех, кто родился и вырос в этой стране. "Слова Либермана о том, что нам надо менять модель отношений с палестинцами, основанную на постоянных уступках, были восприняты в СМИ с возмущением. Тем не менее, он прав", — сказал Ауман .
— Профессор, поясните, пожалуйста, как теория игр связана с политикой и государственными конфликтами.
— Теория игр — это анализ стратегии в отношениях двух взаимодействующих сторон. Взаимоотношения эти могут проявляться в самых разных качествах, от сотрудничества до конфликта, и в самых разных сферах, от шахмат до бизнеса и войн между государствами. Однако модель остается всегда одна и та же. Существует набор правил, которые определяют развитие конфликта при столкновении двух систем. Существует также набор определенных приемов, необходимых для того чтобы побудить соперника, врага, конкурента принять твою позицию. Возьмите самые разные конфликты, от локальных, до глобальных, и вы убедитесь, что модели, по которым строится противостояние, одни и те же. Религия, идеология, национальный характер и т.п. имеют вторичное значение.
— Вы писали, что война не иррациональна. Но в основе большинства конфликтов, начиная религиозными войнами в средневековье и кончая современностью, лежат именно иррациональные побуждения.
— Говоря о рациональном характере любого конфликта, я имею в виду не побуждения, а методы достижения цели. Цель может быть совершенно иррациональной, самой безобидной или самой чудовищной. Некто может хотеть танцевать сутки напролет, а некто может мечтать о том, чтобы сбросить всех евреев в море. Но и тот, и другой неизбежно будут зависеть от партнера, конкурента или врага и вести себя вполне рационально — так, чтобы добиться максимума, подвергая себя наименьшему риску. В ситуации, когда шахиды хотят уничтожить евреев, все зависит от того, насколько сами евреи соглашаются с их желанием. От реакции евреев и их способов противодействия будет зависеть и поведение шахидов. Если абстрагироваться от эмоций, идеологии и политики, то это игра, и в игре есть свои правила.
— шахиды достигают своей цели?
— Несомненно! Эвакуация поселений из Газы была прямым следствием кошмарных терактов с применением смертников. Отступив, мы показали, что методы, используемые ими, эффективны.
Они навязывают нам свои правила игры, мы принимаем их. (Тот, у кого возникнет искушение обвинить Исраэля Аумана в жестокосердии, напомним: его сын Шломо погиб в 1982 году на Ливанской войне, в бою под Султан-Якубом.)
— Вы считаете, что миротворчество ведет к войне? Тогда оно в принципе становится бессмысленным.
— Не всегда. Но надо отчетливо понимать цели противника. Если его цель — разрешить конфликт,
миротворчество полезно и целесообразно. Но если цель противника — агрессия и захват, миротворчество становится опасным и вредным. Когда агрессор видит, что его методы работают, он продолжает им следовать и выдвигает все новые и новые требования. Если агрессор встречает решительное сопротивление, он пересматривает свой подход. Пацифизм ведет к войне, так как страна, где он становится идеологией, начинает играть по правилам агрессора. Это и происходит с Израилем.
— Это закономерно. Международное сообщество — третий игрок. Третий игрок, как правило, всегда заинтересован отвести от себя агрессию и направить ее в удобное для себя русло. Поскольку арабы выступают в качестве наступающей стороны, окружающий мир доволен тем, что существует постоянный объект, становящийся жертвой их агрессии. Поэтому бессмысленно надеяться на понимание и сочувствие. Мир уже забыл, что мы ушли из Газы. Мир не желает замечать ракетные обстрелы. Мир видят только то, что желает видеть: во время операции "Литой свинец" пострадали палестинцы.
— Можно ли вообще достичь мира с арабами, учитывая различия ценностей и мировоззрений?
— С арабами можно сосуществовать, если они осознают, что война, террор и насилие будут иметь для них более тяжелые последствия, чем для нас.Скажем, мечтая уничтожить нас, они должны
отдавать себе отчет в том, что это приведет к плачевным для них результатам. По принципу повторяющих игр, длительное взаимодействие даже в конфликте создает баланс сил, который открывает возможность сотрудничества. Если сторона чувствует опасность наказания за те или
иные экстремальные шаги, она откажется от этих шагов и предпочтет статус-кво. Именно это и сделает мир реальным. Причем дело не только в текущем конфликте.
Нет.
Решение: Завалить Газу трупами арабов-террористов.
Вспомните как пронзительно написал Константин Симонов:
"Так убей фашиста, чтоб он,
А не ты на земле лежал,
Не в твоем дому чтобы стон,
А в его по мертвым стоял.
Так хотел он, его вина,—
Пусть горит его дом, а не твой,
И пускай не твоя жена,
А его пусть будет вдовой.
Пусть исплачется не твоя,
А его родившая мать,
Не твоя, а его семья
Понапрасну пусть будет ждать.
Так убей же хоть одного!
Так убей же его скорей!
Сколько раз увидишь его,
Столько раз его и убей!"
Для нас фашист — это араб-исламофашист.
Это была банда мошенников, работавшая бухгалтерами при храмовых хозяйствах, в основном Омона, которая обманным путём обчистила египтян... А потом, 40 лет пряталась от полиции фараона. Те кто потерялся, просто осознали своё воровское поведение и оформили явку с повинной.
С потомков остальных можно требовать долг с процентами
израиль прорекламировал железный купол.
ну, погибло сколько-то, политикам на это пофигу.
все довольны.
бьют Палестинцев и Хаммас, но причина не в них.
Причина — это Катар и Сауды.
не всё подпадает под негласные "правила" сайта.
youtube.com