В кузьминках одного такого кадра поезд раскатал да так что токоприемники поломал в итоге несколько часов не было движения. Что в этом геройского? Разве что доказательство всеобщего разгильдяйства. И идти, зная сто рядом контактный рельс под напряжеием...
поддерживаю. Вышеуказанное зрелище конечно захватывает. Но читал интервью одного машиниста. Он говорил, что из-за таких вот героев десятки тысяч людей могут запросто опоздать на работу, про поезд в час пик который везет 2500 человек и весит такой поезд 240 тонн. И что тормозить его мягко говоря нереально.. Поберегите нервы парни, причем не только свои, а и других людей тоже. Удачи.
Ну что я могу сказать... Зимой будет 15 лет как мыкаюсь по тоннелям, но официально.
И ничего такого из ряда вон нет. Или просто привык...
Ну а если кому-то уж так интересно — приходите к нам на работу.
А мне другое напомнило:
Денфорт совершенно потерял голову; помнится, весь обратный путь он
твердил на бегу одно и то же, для любого нормального человека это звучало бы
чудовищным бредом — только один я понимал, откуда все взялось. Голос его
разносился эхом по коридорам, теряясь среди криков пингвинов и замирая
где-то позади, в туннеле, где, к счастью, уже никого не было. Cлава Богу, он
забубнил этот бред не сразу после того как оглянулся, иначе нас давно уже не
было бы в живых. Страшно даже вообразить себе нашу возможную участь.
"Саут-стейшн — Вашингтон-стейшн — Паркстейшн — Кендалл-стейшн — Сентрел-стейшн — Гарвард..."
Бедняга перечислял знакомые станции подземки, проложенной из Бостона в
Кембридж за тысячи миль отсюда, в мирной земле Новой Англии, но мне его
нервный лепет не казался ни бредом, ни некстати проснувшимся ностальгическим
чувством. Денфорт находился в глубоком шоке, но я тут же безошибочно уловил
пришедшую ему на ум болезненную аналогию.
Оглядываясь, мы ни на минуту не сомневались, что увидим жуткое чудище,
но все же вполне определенное — к обличью звездоголовых мы как-то привыкли
и смирились ним. Однако в зловещей дымке вырисовывалось совершенно другое
существо, гораздо более гнусное. Оно казалось реальным воплощением "чужого",
инородного организма, какие любят изображать наши фантасты, и больше всего
напоминало движущийся состав, если смотреть на него с платформы станции
метро. Темная громада, усеянная ярко светящимися разноцветными точками,
рвалась из подземного мрака, как пуля из ствола.
Но мы находились не в метро, а в подземном туннеле, а за нами гналась,
синусоидно извиваясь, кошмарная черная блестящая тварь, длиною не менее
пятнадцати футов, изрыгавшая зловоние и все более набиравшая скорость;
густой пар окружал ее, восставшую из морских глубин. Это невообразимое
чудовище — бесформенная масса пузырящейся протоплазмы — слабо
иллюминировало, образуя тысячи вспыхивавших зеленоватым светом и тут же
гаснувших глазков, и неслось прямо на нас...
Г. Ф. Лавкрафт. "Хребты Безумия"
Комментарии
Крутанское для задротов по Сталкеру да Метро 2033.
Вот и вся любовь.
И ничего такого из ряда вон нет. Или просто привык...
Ну а если кому-то уж так интересно — приходите к нам на работу.
Монтёр службы "Э" кабельная сеть.
Денфорт совершенно потерял голову; помнится, весь обратный путь он
твердил на бегу одно и то же, для любого нормального человека это звучало бы
чудовищным бредом — только один я понимал, откуда все взялось. Голос его
разносился эхом по коридорам, теряясь среди криков пингвинов и замирая
где-то позади, в туннеле, где, к счастью, уже никого не было. Cлава Богу, он
забубнил этот бред не сразу после того как оглянулся, иначе нас давно уже не
было бы в живых. Страшно даже вообразить себе нашу возможную участь.
"Саут-стейшн — Вашингтон-стейшн — Паркстейшн — Кендалл-стейшн — Сентрел-стейшн — Гарвард..."
Бедняга перечислял знакомые станции подземки, проложенной из Бостона в
Кембридж за тысячи миль отсюда, в мирной земле Новой Англии, но мне его
нервный лепет не казался ни бредом, ни некстати проснувшимся ностальгическим
чувством. Денфорт находился в глубоком шоке, но я тут же безошибочно уловил
пришедшую ему на ум болезненную аналогию.
Оглядываясь, мы ни на минуту не сомневались, что увидим жуткое чудище,
но все же вполне определенное — к обличью звездоголовых мы как-то привыкли
и смирились ним. Однако в зловещей дымке вырисовывалось совершенно другое
существо, гораздо более гнусное. Оно казалось реальным воплощением "чужого",
инородного организма, какие любят изображать наши фантасты, и больше всего
напоминало движущийся состав, если смотреть на него с платформы станции
метро. Темная громада, усеянная ярко светящимися разноцветными точками,
рвалась из подземного мрака, как пуля из ствола.
Но мы находились не в метро, а в подземном туннеле, а за нами гналась,
синусоидно извиваясь, кошмарная черная блестящая тварь, длиною не менее
пятнадцати футов, изрыгавшая зловоние и все более набиравшая скорость;
густой пар окружал ее, восставшую из морских глубин. Это невообразимое
чудовище — бесформенная масса пузырящейся протоплазмы — слабо
иллюминировало, образуя тысячи вспыхивавших зеленоватым светом и тут же
гаснувших глазков, и неслось прямо на нас...
Г. Ф. Лавкрафт. "Хребты Безумия"