В европе и америке люди занимаются планкингом и прочей дегенеративностью. Наш ответ тупорылым мемам буржуазии — дрочить ментов на вокзале с фотокамерой. Куда полезнее если бы они ямы во дворе снимали и в сеть ложили. То что менты матом разговаривают в пробелах между феней это и так ясно...
....Хотя сам, не имея выдающейся физ. силы или колличественного превосходства, предпочитаю давить мусоров морально, подчеркнутой воспитанностью и вежливостью.)) Пацан молодец, накидал им полну торбу огурцов...
Слышь мудень, судя по фамилии, ты мой зёма. Родину то я буду защищать и служил в войсках МВД отдельный батальон ВВиКО в.ч. 3050 г Херсон, ул. Перекопская 10, 1-я конвойная рота, где была отличная физ. и огневая подготовка, но ещё это не значит, что я мусор по жизни и буду как то их защищать или поддерживать или добровольно вступлю в их ряды. Я с детства знаю, кто такие мусора и что такое райотделы.
Если мусор не представился, не предъявил документы, хамит, да ещё и распускает руки, значит он возможно преступник одетый в форму, а значит гражданин имеет право оказать псевдомусору сопротивление в целях самообороны и даже покалечить его чутка, если уверен в физическом превосходстве. Чоповцев вообще надо раздирать как бешеных собак, собрали толпу дворовых, зашли в магазин или на др. охраняемый объект и раздали всем хозяйским пёсикам. ИМХО
Хотя сам, не имея выдающейся физ. силы или колличественного превосходства, предпочитаю давить мусоров морально, подчеркнутой воспитанностью и вежливостью.)) Пацан молодец, накидал им полну торбу огурцов.
Мусора — холуи власти и хозяев жизни, они к народу не имеют отношения, в Испании бастующие полицаи, попросили анархо-синдикалистские профсоюзы CNT поддержать их, на что профзоюзы ответили:
Заявление CNT против поддержки выступлений полицейских
CNT заявляет о солидарности со всеми трудящимся, которые борются против правительственных мер сокращений и экономии. В то же время она категорически отвергла просьбу полицейских о поддержке их протестов, которые они направили в адрес движения 15 мая. В заявлении CNT в этой связи говорится:
«Мы не станем сосредотачиваться на последних актах репрессий, которые пережили в Мадриде, в ходе протестов в поддержку забастовки шахтеров и в знак общего недовольства сокращениями, которые обрушиваются на трудящийся класс и следуют словам злополучной Андреа Фабры. Тем не менее, хотели бы повторить, что разделяем борьбу с шахтерами и всеми товарищами, которые выступают с требованиями и ведут борьбу против капитала.
Наше намерение здесь состоит в том, чтобы опровергнуть все те аргументы, которые служат в качестве предлога для оправдания негодяев.
Во-первых, выбор стать полицейским или членом любого другого репрессивного органа следует не необходимости, но желанию стать членом этой сомнительной корпорации. Это крайне важно для понимания того, что получаемые ими приказы являются частью их функций, на которые они предварительно дают согласие. Иными словами, мы не освобождаем от вины тех, кто выполняет приказы. Если вы не хотите получать такие приказы, проще не принадлежать к этой коррумпированной среде. Тот, кто становится частью этой реальности, знает, кому служат его функции.
Приведем небольшой анализ ее. Законодательство, закон отвечает интересам тех, кто на самом деле командует: эксплуататорского класса, то есть, предпринимателей. Политики, монархия и продажные профсоюзы играют роль посредников между их интересами и трудящимся классом. Посредничество всегда нацелено на то, чтобы отобрать у народа как можно больше так, чтобы он не выражал гнева, и в обмен на это получить свою долю пирога. Вот пример: тот, кто украдет какое-то количество еды в супермаркете, может быть приговорен к тюремному заключению; тот же, кто увольняет сотни работников, не заплатив им, рискует только одним – приговором, который обязывает его заплатить, если только он не объявлен неплатежеспособным. Банки получают большие деньги в качестве премии за свои спекулятивные операции, и в результате их складывается драматическая ситуация для всех трудящихся; однако люди, выброшенные на улицу из-за неимения доступа к жилью или из-за выселения, не имеют права пользоваться пустующими домами, принадлежащими этим самым банкам, рискуя уголовным наказанием, и потому остаются на улице и с долгом, растянутым на долгие десятилетия. Еще одним ярким примером репрессий через закон служит вопрос о рабочих-мигрантах. Мы можем до бесконечности приводить примеры, которые подтверждают, что мы живем не для себя, мы живем для того, чтобы другие, власть имущие, выжимали из нас все мыслимые излишества.
А теперь вернемся к нашей теме: репрессивным органам. Роль, которую они играют, состоит в том, чтобы способствовать этому порядку вещей, то есть, исполнению закона, чтобы, когда поднимется народный гнев, у властителей были свои вассалы, сторожевые псы. Вот почему нас так возмущает, когда нас, трудящихся, ставят на одну доску с ними. Они выполняют репрессивную функцию, которую мы не можем признать трудом. Они – не рабочий класс, так же как и политики, как хозяева, потому что они – часть того аппарата, который составляет государство. По нашему убеждению, мы не можем поддерживать ни единого требования, которое узаконивает репрессии как труд. Для нас, тот, кто нападает на нас физически и морально, – повседневная проблема: в ответ на несправедливость – больше репрессий. Для нас же лучший ответ на несправедливость – это больше солидарности, больше взаимопомощи между нами, больше сплоченности.
Последние события, начиная с этапа мыльных пузырей недвижимости и последующих сокращений (затягивания поясов), означают конец иллюзии, которую многие питали в отношении социального государства. Война, которая ведется против нас, давно объявлена. Наше наследие – это примеры борьбы, оставленные нам предыдущими поколениями. Наша война – война против капитала.
Мы хотим призвать не признавать власть, осуществлять активное неповиновение во всех областях нашей жизни. Но для этого необходимо знать, кто наши враги. Полиция. Тюрьмы. Частные репрессивные подразделения. Военные, судьи, клир, монархия и политики. Все это – ни что иное как инструмент репрессий государства и капитала. Мы не хотим соучастия, не желаем соединяться в нашей рабочей борьбе с хозяйскими псами, которые кусают при первой же возможности, чтобы показать своему хозяину, как хорошо они обучены.
Союз, действие и самоуправление – это единственное решение
Россия давно превратилась в планету Аракис (Дюна), которой управляет планетарный губернатов Владимир "Харконнен" и его приспешники, выкачивающие драгоценные ресурсы. Местных фрименов, уничтожают и ни во что не ставят.
стратегические объекты (если удасться их обнаружить и до них добраться ;) вам даже издалека не дадут снимать. для контраста попробуйте поснимать фасад здания УФСБ в любом областном центре. вам очень мирно и культурно объяснят что так делать низзя и так же мирно и культурно изимут флэшку...
— военные и специальные объекты, воинские части, предприятия, организации, учреждения, для обеспечения функционирования которых установлены дополнительные меры безопасности. Перечень, утвержденный Указом Президента Российской Федерации от 30.11.95 N 1203, п.2
читай, просвещайся ))) но в голову не бери — бобо будет )))
про всегда (мы живем по действующим кодексам) и особенно стратегической значимости — падсталом!
так тебе и мимо здания мэрии запретят проходит — можа ты хренов смертник...избавляйтесь от иллюзий. эти раскормыши в форме давно перестали исполнять сови обязанности — пора давно их встряхивать...
чуваки показали себя крайне непрофессиональными специалистами! на двух (как минимум один из которых худощавый) невооруженных людей собралось столько вооруженных высокопрофессиональных охранников.
каждый должен постоянно контролировать свой "квадрат" не собираться толпой без надобности. ну даже если б журналисты применили силу, неужели двое не справились бы?
это не борьба за свободу фотографии, а чистой воды провокация, видел я как снимают эти горе провокаторы и как обычные любители, сам скотлько раз фоткал никто не подходил....и ещё на лбу у фотографа не написана цель фотосъёмки, может он взорвать вокзал хочет и фоткает планировку...
Комментарии
zazzzz «» сегодня, 10:51 #
....Хотя сам, не имея выдающейся физ. силы или колличественного превосходства, предпочитаю давить мусоров морально, подчеркнутой воспитанностью и вежливостью.)) Пацан молодец, накидал им полну торбу огурцов...
Настоящий боевой хомяк!
Родину защащать...
а разве в полиции могут служить девушки?
Хотя сам, не имея выдающейся физ. силы или колличественного превосходства, предпочитаю давить мусоров морально, подчеркнутой воспитанностью и вежливостью.)) Пацан молодец, накидал им полну торбу огурцов.
Мусора — холуи власти и хозяев жизни, они к народу не имеют отношения, в Испании бастующие полицаи, попросили анархо-синдикалистские профсоюзы CNT поддержать их, на что профзоюзы ответили:
CNT заявляет о солидарности со всеми трудящимся, которые борются против правительственных мер сокращений и экономии. В то же время она категорически отвергла просьбу полицейских о поддержке их протестов, которые они направили в адрес движения 15 мая. В заявлении CNT в этой связи говорится:
«Мы не станем сосредотачиваться на последних актах репрессий, которые пережили в Мадриде, в ходе протестов в поддержку забастовки шахтеров и в знак общего недовольства сокращениями, которые обрушиваются на трудящийся класс и следуют словам злополучной Андреа Фабры. Тем не менее, хотели бы повторить, что разделяем борьбу с шахтерами и всеми товарищами, которые выступают с требованиями и ведут борьбу против капитала.
Наше намерение здесь состоит в том, чтобы опровергнуть все те аргументы, которые служат в качестве предлога для оправдания негодяев.
Во-первых, выбор стать полицейским или членом любого другого репрессивного органа следует не необходимости, но желанию стать членом этой сомнительной корпорации. Это крайне важно для понимания того, что получаемые ими приказы являются частью их функций, на которые они предварительно дают согласие. Иными словами, мы не освобождаем от вины тех, кто выполняет приказы. Если вы не хотите получать такие приказы, проще не принадлежать к этой коррумпированной среде. Тот, кто становится частью этой реальности, знает, кому служат его функции.
Приведем небольшой анализ ее. Законодательство, закон отвечает интересам тех, кто на самом деле командует: эксплуататорского класса, то есть, предпринимателей. Политики, монархия и продажные профсоюзы играют роль посредников между их интересами и трудящимся классом. Посредничество всегда нацелено на то, чтобы отобрать у народа как можно больше так, чтобы он не выражал гнева, и в обмен на это получить свою долю пирога. Вот пример: тот, кто украдет какое-то количество еды в супермаркете, может быть приговорен к тюремному заключению; тот же, кто увольняет сотни работников, не заплатив им, рискует только одним – приговором, который обязывает его заплатить, если только он не объявлен неплатежеспособным. Банки получают большие деньги в качестве премии за свои спекулятивные операции, и в результате их складывается драматическая ситуация для всех трудящихся; однако люди, выброшенные на улицу из-за неимения доступа к жилью или из-за выселения, не имеют права пользоваться пустующими домами, принадлежащими этим самым банкам, рискуя уголовным наказанием, и потому остаются на улице и с долгом, растянутым на долгие десятилетия. Еще одним ярким примером репрессий через закон служит вопрос о рабочих-мигрантах. Мы можем до бесконечности приводить примеры, которые подтверждают, что мы живем не для себя, мы живем для того, чтобы другие, власть имущие, выжимали из нас все мыслимые излишества.
А теперь вернемся к нашей теме: репрессивным органам. Роль, которую они играют, состоит в том, чтобы способствовать этому порядку вещей, то есть, исполнению закона, чтобы, когда поднимется народный гнев, у властителей были свои вассалы, сторожевые псы. Вот почему нас так возмущает, когда нас, трудящихся, ставят на одну доску с ними. Они выполняют репрессивную функцию, которую мы не можем признать трудом. Они – не рабочий класс, так же как и политики, как хозяева, потому что они – часть того аппарата, который составляет государство. По нашему убеждению, мы не можем поддерживать ни единого требования, которое узаконивает репрессии как труд. Для нас, тот, кто нападает на нас физически и морально, – повседневная проблема: в ответ на несправедливость – больше репрессий. Для нас же лучший ответ на несправедливость – это больше солидарности, больше взаимопомощи между нами, больше сплоченности.
Последние события, начиная с этапа мыльных пузырей недвижимости и последующих сокращений (затягивания поясов), означают конец иллюзии, которую многие питали в отношении социального государства. Война, которая ведется против нас, давно объявлена. Наше наследие – это примеры борьбы, оставленные нам предыдущими поколениями. Наша война – война против капитала.
Мы хотим призвать не признавать власть, осуществлять активное неповиновение во всех областях нашей жизни. Но для этого необходимо знать, кто наши враги. Полиция. Тюрьмы. Частные репрессивные подразделения. Военные, судьи, клир, монархия и политики. Все это – ни что иное как инструмент репрессий государства и капитала. Мы не хотим соучастия, не желаем соединяться в нашей рабочей борьбе с хозяйскими псами, которые кусают при первой же возможности, чтобы показать своему хозяину, как хорошо они обучены.
Союз, действие и самоуправление – это единственное решение
Секция здравоохранения Межпрофессионального профсоюза CNT-AIT Мадрида.
Знаешь?
Тебе для общего развития.
Здания вокзалов не являются объектами стратегически важного значения. Это даже такой глуповатый чинуша, как Якунин, признал. Письменно.
Жжжешь, пиши исчо!!!
Дурачок, а что изменится в транспортной системе в случае разрушения вокзала?
— военные и специальные объекты, воинские части, предприятия, организации, учреждения, для обеспечения функционирования которых установлены дополнительные меры безопасности. Перечень, утвержденный Указом Президента Российской Федерации от 30.11.95 N 1203, п.2
читай, просвещайся ))) но в голову не бери — бобо будет )))
про всегда (мы живем по действующим кодексам) и особенно стратегической значимости — падсталом!
я ж сказал чотко, невнимательный вы наш, даже мимо нельзя пройти будет...а как в администрациях я знаю — нуль безопасности.
каждый должен постоянно контролировать свой "квадрат" не собираться толпой без надобности. ну даже если б журналисты применили силу, неужели двое не справились бы?
кто остальную часть вокзала контролировал?