Александр Пушкин. Перед самой смертью поэт сказал: "Кончена жизнь!" Даль не расслышал и спросил тихо: "Что кончено?" — "Жизнь кончена",- ясно ответил поэт. "Тяжело дышать, давит". Это были его последние слова.
Михаил Лермонтов. После отчета секунданта никто не стрелял. Секундант крикнул: «Стреляйте, или я развожу дуэль!», на что Лермонтов спокойно ответил: «Я в этого дурака стрелять не буду!». Это были его последние слова, которые задели Мартынова — он выстрелил, после чего бросился к лежащему поэту, говоря: «Миша, прости меня!». Но Лермонтов был уже мертв.
Тащемта, Лермонтов, как говорят, в жизни был тем еще троллем и под2.74бщиком, и Мартынова (и не только его, но он успел первым) он преизрядно заедостал, за что и был вызван на дуэль. Так что нормально Мартынову после жить было.
Да и "наше все" примерно так же и нарвался — поэт был тоже тем еще похабником и понторезом, на дуэли (~30 штук вроде) вызывал часто, охотно и по пустякам, но пока это было среди своей тусовки, кто знал что это за личность, и что ему царь благоволит — оно сходило с рук, дуэлянты мирились или в крайнем случае в воздух стреляли. А потом поэт схлестнулся с заезжим офицером, который тусовочных реалий не знал и задуэлился всерьез...
Мораль: таланту — не надо быть мудаком, читателям — не стоит чересчур подробно изучать личную жизнь таланта.
Комментарии
Михаил Лермонтов. После отчета секунданта никто не стрелял. Секундант крикнул: «Стреляйте, или я развожу дуэль!», на что Лермонтов спокойно ответил: «Я в этого дурака стрелять не буду!». Это были его последние слова, которые задели Мартынова — он выстрелил, после чего бросился к лежащему поэту, говоря: «Миша, прости меня!». Но Лермонтов был уже мертв.
Представляю как Мартынову было после жить!!!!
Как же все таки дураки дурны!!!!
Да и "наше все" примерно так же и нарвался — поэт был тоже тем еще похабником и понторезом, на дуэли (~30 штук вроде) вызывал часто, охотно и по пустякам, но пока это было среди своей тусовки, кто знал что это за личность, и что ему царь благоволит — оно сходило с рук, дуэлянты мирились или в крайнем случае в воздух стреляли. А потом поэт схлестнулся с заезжим офицером, который тусовочных реалий не знал и задуэлился всерьез...
Мораль: таланту — не надо быть мудаком, читателям — не стоит чересчур подробно изучать личную жизнь таланта.
Талант, это да. Но талантам по гуманитарной части всю дорогу крышу рвет, вот и нашевсе в итоге донарывался.