Нижегородский гарнизонный военный суд рассматривал дело отставного полковника ФСБ Владимира Обухова с ноября прошлого года. По данным гособвинения, в декабре 2004 года начальник следственного отдела нижегородского УФСБ вместе со своим заместителем Олегом Ефремовым похищали из управления героин, изъятый в качестве вещественных доказательств по уголовным делам (опечатанные упаковки хранились в сейфе господина Ефремова, он же заведовал журналом учета вещдоков). Подделав акты о сжигании наркотиков, высокопоставленные чекисты, как говорится в приговоре, выносили пакеты с порошком и прятали их в тайниках, устроенных в корнях сваленной сосны, а также под дорожными знаками на обочинах автотрасс в Балахнинском и Богородском районах области. Оттуда наркотики забирали знакомые чекистов Павел Краснощеков и Александр Фролов. Сначала посредники в Нижнем Новгороде передавали следователям деньги, а героин из тайников затем сдавали на реализацию местным наркоторговцам. Всего полковникам Обухову и Ефремову в рамках уголовного дела инкриминировалось хищение и продажа двух партий наркотика по 100 и 200 г, однако, по неофициальной информации из УФСБ, всего пропало не менее 40 кг героина. Две последние партии посредники, находившиеся к тому времени в оперативной разработке, продали сотрудникам регионального УФСКН по контрольной закупке. Им же они дали объяснения о том, что героин получают от офицеров спецслужбы. Однако в 2004 году этой информации не дали хода. В декабре 2004 года на День чекиста Владимиру Обухову присвоили очередное звание полковника, а уже в начале 2005 года он был неожиданно уволен. Лишь в апреле 2009 года новый начальник регионального УФСБ Олег Храмов (ныне работает в центральном аппарате ведомства) поручил отделу собственной безопасности разобраться в давней истории с изъятием наркотиков. Итогом проверки стало уголовное дело.
Олег Ефремов, возглавивший следственный отдел регионального УФСБ после ухода Владимира Обухова, до суда не дожил. 26 июня прошлого года он был найден мертвым со следами пыток в камере-одиночке Борской спецколонии N 11, в его гибели сейчас обвиняют четверых сотрудников ФСИН и двух заключенных, якобы выбивавших показания о местах, где спрятан героин (подробно об этом "Ъ" рассказал 2 июля). Любопытно, что на суде были зачитаны показания начальника отдела безопасности ИК-11 Алексея Бобрикова, который сейчас обвиняется в организации избиения погибшего чекиста. По его свидетельству накануне обнаружения трупа в камеру к Олегу Ефремову по спецпропускам приходили двое сотрудников собственной безопасности УФСБ для допроса: арестант сам вызвал их, передав через надзирателей заявление. Согласно показаниям офицера ИК-11 подсудимого Бобрикова, в своем заявлении Олег Ефремов предлагал дать подробные показания на своего бывшего сослуживца Владимира Обухова в обмен на освобождение, утверждал, что лично сжег около 30 кг героина и возил своего руководителя к местам закладок, но не знал, что именно находится в тайниках. Кроме того, допрошенные в судебном следствии сотрудники нижегородского УФСБ показали, что подписывали акты об уничтожении наркотиков по просьбе Владимира Обухова задним числом перед служебной проверкой порядка хранения вещдоков. Никто из десятка допрошенных в суде чекистов не смог вспомнить случаев, когда в маленькой печке, предназначенной для сжигания секретных документов, действительно сжигался героин.
Сам Владимир Обухов на предварительном следствии полностью признал вину, дал подробные показания обо всей цепочке наркодилеров и показал местонахождение тайников. Однако на суде чекист заявил, что он невиновен. Полковник утверждал, что уголовное дело сфабриковано военными следователями Нижегородского гарнизона и отделом собственной безопасности нижегородского УФСБ, сотрудники которого якобы оказывали на него психологическое давление. Однако суд посчитал, что обвиняемый таким образом хочет избежать наказания и приговорил его к 12 годам колонии строгого режима. В зале суда на Владимира Обухова надели наручники.
В пазлы все играли? Фрагменты картины налицо, но так перемешаны, что семь потов сойдет, покуда сложишь их как надо. А сложил — и получается до боли знакомое изображение: зверюшки какой-нибудь, или птички, или цыган Виталинских… Не заговариваюсь: все и дело-то в том, что фрагменты были у нас на руках (а частью — и на страницах "НН"), а вот картинка сложилась лишь сейчас. Опять-таки, возможно, неполная, но все же…
Ладно, к делу: в конце 80-х, когда цыгане борского молдавского нэци начали потихоньку перебираться в Нижний, "баро шэро" их был некий Алик, он же Юзек Лакатош, уроженец Сербии. Традиционный цыганский бизнес — гадания и карманные кражи — довольно быстро перестали удовлетворять потребности 50-летнего "барона". И конкуренция высока, и милиция привязывается, все огорчить норовит… Да и много ли вытянешь из кармана?
Так или иначе, именно Лакатош первым наладил в Нижнем регулярную торговлю наркотиками: сперва "ханкой" — экстрактом опия — и анашой. Непосредственно продажи осуществляли, как у цыган принято, домашние женщины Алика — супруга Патрина Виталинская и дочери. Кстати, именно Патрина была первой нижегородской цыганкой, осужденной за наркоторговлю: в 1994 году Канавинский районный суд выдал ей 2,5 года… Отбыв срок, Патрина завязала с собственноручной торговлей и перешла на "тренерскую" работу, отныне отраву сбывали ее многочисленные дочери и зять.
Так продолжалось до 1999 или 2000 года, когда знакомый им частный таксист по имени Павел Краснощеков предложил Виталинским начать "правильную" торговлю…
Сам Краснощеков, только в мае этого года освободившийся из мест заключения, рассказывал на суде, что приятель его Александр Фролов, в чьем ЧП Павел иногда подрабатывал, зная о знакомстве последнего с Виталинскими, предложил ему начать реализовывать наркотики. Задача Краснощекова была довольно проста: сперва встретиться с наркосбытчиком, договориться о количестве отравы, забрать вперед деньги, а затем сделать "закладку" оговоренного количества и указать оптовику место схрона. Четыре поездки на недальнее расстояние — и 500 долларов в кармане. "Опасно это…" — засомневался Павел. "Не бойся, никто нас не тронет!" — "А почему?" — "Меньше знаешь — крепче спишь!" — загадочно произнес Фролов.
…Уже потом, через приличное время проболтается он, что наркотики — фээсбэшные и что завязаны здесь немелкие люди. "Обухов до самого конца не знал, что мне известно, где он работает!" — говорил на суде высокий седоватый, вовсе не похожий на жулика 56-летний Краснощеков. — Хотя мы с Обуховым даже на юге вместе отдыхали…" Известен был Краснощекову и второй "фейс" — Олег Ефремов. Впрочем, только по имени…
Будни наркополиции
Партии героина и метадона, распространяемые на территории Нижнего, давным-давно раздражали антинаркотические службы. Однако долгое время подходов к дельцам не было: мы немало рассказывали об отлаженных методах цыганской наркоторговли, что избавляет нас от подробностей. Однако и то мы говорили, что в случае опасности таборный цыган с легким сердцем сдает своего славянского подельника: для цыгана он прежде всего "гайджо", чужой, не совсем человек…
Поэтому, когда после долгой разработки Виталинские были арестованы, зять Алика-Юзека и Патрины Рустам (цыгане, впрочем, называли его Лютеком) в обмен на свободу согласился свести опера наркополиции с оптовиком, в данном случае Краснощековым. В один прекрасный день Лютек заявился на встречу с Павлом в сопровождении крепкого молодого парня кавказского обличия. Парень представился Магомедом. Цыган поручился за него, как за самого себя, — и отвалил от греха. (Забегая вперед скажем, что полицейские сдержали свое слово. На процессе Виталинских Лютек выступил свидетелем обвинения, "загрузил" тестя, тещу и супругу по имени Лора — и отправился на волю. Воля, впрочем, ему впрок не пошла: через несколько месяцев парень погиб в автокатастрофе.) Той порой кавказский бандит Магомед, он же старший оперуполномоченный по ОВД майор полиции Павел Маллер, закупил у Краснощекова две партии героина, после чего на запястьях злосчастного таксиста защелкнулись браслеты наручников. Через день был арестован Александр Фролов. Объяснение, отобранное у него в тот же день, наша газета приводила в одном из материалов: напомним, что звучали там и фамилия Обухова, и чин его, и место службы…
Дело было 17 декабря 2004 года. В тот же день тогдашний начальник оперативной службы УФСКН подполковник полиции Михаил Вьюнышев рапортом отправил документ начальнику управления генерал-лейтенанту Валерию Сажину. И здесь мы вынуждены рассказ о наркополиции пока завершить, знаем лишь то, что документ документом быть перестал, из дела был изъят и, по всей видимости, направлен на Воробьевку: сам бывший чекист, Сажин, судя по всему, хотел решить дело "по-домашнему"…
Отправили на пенсию
На процессе бывший начальник отдела собственной безопасности Нижегородского УФСБ полковник Андрей Вершинин рассказал, что проверку комнаты для хранения вещдоков его подчиненным поручили провести не то 18, не до 19 декабря
того же 2004 года. Были выявлены серьезные нарушения, по результатам проверки и Обухов, и Ефремов написали объяснения. Через недолгое время Обухов тихо ушел на пенсию…
С Ефремовым было иначе. Дело в том, что не позже 1996 года совсем юным лейтенантом Олег Ефремов был назначен ответственным за хранение вещественных доказательств. Не по должности, а персонально. Именно у него были и журнал, и ключ, и личная печать. Шли годы, матерел бывший лейтенант, расцветали на его погонах звезды, а заветная комната все находилась под его началом. То бишь без его санкции или, по крайней мере, попустительства ни одна пылинка — не то что ни один "чек" наркотика — не могли исчезнуть. Так что, кто был в "тандеме" двух полковников главным (и не было ли еще поглавнее их!), вопрос. Кстати, отвлечемся, Олег Ефремов считался одним из наиболее перспективных сотрудников. Полковник в 35 лет, кавалер ордена Мужества, при ином раскладе мог бы он сделать блестящую карьеру. Не вышло. Был отправлен на пенсию (скоропалительно и практически без объяснений: в один голос говорили и Вершинин, и действующий начальник ОСБ полковник Борис Петров, что ни конфликтов с начальством у него не было, ни "оборотничества" его никто не поминал). А через несколько месяцев арестовали его за мошенничество, а там и гальванизировали дело 2004 года.
Через три или четыре месяца после ареста Ефремов был, как известно, убит. Обухов же предпочел в обмен на подписку о невыезде написать чистосердечное признание, от которого сейчас отрекается: говорит, "выбили угрозами". Однако свидетели "крепят" бывшего полковника, что называется, "по полной", в том числе Павел Краснощеков, кстати сказать на следствии опознавший Обухова в том числе по фотографии среди троих старших офицеров ФСБ, одетых в форму. И сами чекисты, бывшие и действующие, не очень его обеляют. И наркополицейские, участвовавшие в разработке и процессуальном закреплении дела Фролова — Краснощекова.
Мы попытались разобраться в этом загадочном деле. Пришлось просмотреть кое-какие документы, пообщаться с рядом сотрудников правоохранительных органов, имевших отношение к делу Ефремову. (Их имён мы называть не будем.)
В результате у нас появилось несколько версий случившегося.
Версия первая: "Гуляй, Гуля"
Прежде всего обратите внимание — спланировать и организовать убийство в тщательно охраняемой колонии под силу лишь очень влиятельным лицам, имеющим высокое положение и носящим погоны с очень большими звёздами. По всей видимости, среди них и надо искать организатора...
Сам Ефремов незадолго до своего увольнения везде рассказывал, что его преследуют по "политическим мотивам", и намекал на своё бывшее начальство из Управления ФСБ по Нижегородской области. Дело в том, что из органов полковник был уволен с большим скандалом — формально за многочисленные служебные нарушения и плохую работу. А уже через десять дней на его руках защёлкнулись наручники.
Очевидцы говорят, что политическую подоплеку своего увольнения Ефремов связывал с делом жены бывшего губернатора Геннадия Ходырева. В своё время наше издание много писало об этой истории. Речь идёт о незаконной приватизации Новомирского горнообогатительного комбината. Непосредственные участники этой незаконной сделки по отчуждению государственной собственности указали на Гулю Ходыреву как на главного организатора всей махинации.
А расследованием дела как раз и занимался Следственный отдел Управления ФСБ под непосредственным руководством полковника Ефремова. Как известно, Гулю Ходыреву так и не удалось привлечь к уголовной ответственности. По мнению Ефремова, во многом это произошло благодаря позиции, занятой руководством УФСБ. Мол, руководители сдружились с уже бывшим губернатором Ходыревым и замяли дело. А потом чуть ли не по личной просьбе Геннадия Максимовича стали всячески преследовать "честного полковника"...
Но неужели ненависть Ходырева к полковнику Ефремову была столь высока, что в результате начальника Следственного отдела Управления не только уволили, а ещё организовали его арест, а потом и физическую ликвидацию? Может, и пытали его затем, чтобы узнать, какой он ещё компромат имеет на семью бывшего губернатора?
Версия очень сомнительная...
Как рассказали знающие люди, на самом деле расследование в отношении Гули Ходыревой, которое в реальности имело хорошую перспективу, развалилось вовсе не в результате чьих-то происков. А по причине плохой работы следователей! Тогда получается, что Ефремов своим непрофессионализмом как раз и удружил Ходыревым. А значит, преследовать полковника бывшему губернатору не имело смысла. Как удалось выяснить, под уголовное преследование полковник Ефремов подпал за реальные преступления, а политической версией просто прикрывался для отвода глаз — это обычная тактика высокопоставленных преступников.
И преступления за ним числились очень серьёзные!
Версия вторая: "Герой героина"
Несколько лет назад, в 2004 году, сотрудники Госнаркоконтроля Нижегородской области задержали двух нижегородцев — Павла Краснощёкова и Александра Фролова, организовавших довольно развитую сеть торговли героином и другими видами наркотиков. При опросе один из них рассказал о том, что героин им поставляли сотрудники ФСБ.
Были названы и фамилии поставщиков — полковник Владимир Обухов, занимавший тогда пост начальника Следственного отдела, и его заместитель Олег Ефремов. Однако впоследствии задержанные отказались дать официальные показания по этому поводу. Поставщики героина были определены как "неустановленные лица", и материалы на них легли в архив Госнаркоконтроля...
К этому делу пришлось возвращаться спустя четыре года, когда Обухов уже уволился из органов, а его место на посту начальника Следственного отдела занял полковник Ефремов. На сей раз информацией о возможной причастности следователей к торговле наркотиками заинтересовались в самом Управлении ФСБ. Проведённая проверка показала, что "неустановленными наркоторговцами" действительно являлись Обухов и Ефремов.
Выяснилось, что полковники поставляли Краснощёкову и Фролову героин, который их сослуживцы из отдела по борьбе с наркотиками... изымали у преступников! Представляете, люди разрабатывали сложные операции, рисковали жизнью, чтобы задержать торговцев смертоносным зельем... А главные следователи Управления затем продавали арестованную "наркоту"! По некоторым данным, им удалось вынести из камеры "вещественных доказательств" и продать почти 40 килограмм героина.
В отношении начальника следствия было начато служебное расследование, которое в марте 2009 года закончилось увольнением и последующим арестом Ефремова. Против его бывшего начальника Обухова также возбудили уголовное дело...
Сейчас среди некоторых сотрудников правоохранительных органов ходят разговоры о том, что Обухов и Ефремов делились своей героиновой выручкой с кем-то из более высоких начальников. А когда попались, то их покровители постарались заткнуть им рот. Чтобы Обухов молчал дальше и не вздумал откровенничать со следств
Чтобы Обухов молчал дальше и не вздумал откровенничать со следствием — Ефремова демонстративно казнили.
Но мне кажется, что и эта версия вызывает сомнение. И вот почему.
Во-первых, ни сами полковники, ни их гражданские подельники на допросах даже не обмолвились о каких-либо высоких покровителях. Мало того, подельники высказали мнение, что полковники действовали самостоятельно и полученными деньгами ни с кем не делились.
Во-вторых, если бы начальство ФСБ было "в доле", то вряд ли бы дело дошло до увольнения и ареста подозреваемых. В этом случае работа людей, проверяющих Обухова и Ефремова, наверняка встретила бы со стороны руководства, мягко говоря, "непонимание".
Однако этого не произошло. Более того, как нам стало известно, руководство ФСБ очень хотело, чтобы их бывшие сотрудники, которые нанесли Управлению такой серьёзный ущерб, оказались на скамье подсудимых. Чтобы впредь никому повадно не было!
В-третьих, а зачем этим мнимым покровителям потребовалось так демонстративно убивать Ефремова, да ещё и пытать его? Только для устрашения Обухова? Слишком рискованный шаг. Чтобы замести следы, было бы проще организовать "несчастный случай". Причём жертвой должен был стать не только Ефремов, но и его бывший начальник — чтобы вернее было! Между тем жизни Обухова, насколько мы выяснили, сегодня ничто не угрожает.
Нет, скорее всего, загадка гибели Ефремова не связана с торговлей героином.
А теперь давайте обратим внимание на одно существенное обстоятельство. Против Ефремова поначалу было возбуждено уголовное дело вовсе не по обвинению в торговле наркотиками. Наркотики "пристегнули" ему гораздо позже, уже после ареста. Сначала фигурировала статья 159-я (мошенничество).
Оказывается, Ефремов промышлял не только героином. Он являлся близким и доверенным лицом некоего Намика Халилова, кавказца неизвестного происхождения. Этот Халилов занимал у нижегородцев деньги в долг, а потом возвращал их с большими процентами.
Он уверял своих клиентов, что крутит деньги чуть ли не на Нью-Йоркской бирже, занимаясь вполне законными финансовыми операциями. На самом деле этот человек организовал настоящую финансовую пирамиду — задолженность перед одними клиентами он гасил деньгами других.
Так вот, Ефремов принимал во всей это деятельности непосредственное участие. Он "рекламировал" Халилова, приводил к нему клиентов, среди которых, как мы выяснили, оказались очень значимые в регионе люди: крупные предприниматели, чиновники и (внимание!) представители правоохранительных органов области — милиции, прокуратуры и службы исполнения наказания. С этим, наверное, было связано и весьма примечательное название фирмы Халилова — "Эксклюз-ивинвестМент"...
Как и всякая финансовая пирамида, фирма рано или поздно должна была развалиться. Что и случилось в прошлом году. Халилов исчез в неизвестном направлении и высокопоставленные клиенты в одночасье потеряли свои "кровные". По имеющимся данным, в пирамиду было сделано только официальных вложений около 300 миллионов рублей и еще неофициальных — свыше 600 миллионов. Персонально вкладывались очень большие деньги — от шести миллионов до двадцати миллионов рублей. Интересно, откуда у людей, состоящих на государственной службе, такие большие деньги? Вопрос...
Понятно, что претензии были предъявлены к доверенному лицу сбежавшего "бизнесмена". То есть к Олегу Ефремову. Но тому явно было не до этих проблем, у него шли служебные проверки, вот-вот должны были уволить. Говорят, для того чтобы вытрясти из Ефремова деньги, влиятельные люди города и области были готовы пожертвовать половиной своих пропавших вложений. Тем более что по городу поползли слухи о том, что именно Ефремов был настоящим организатором "пирамиды", а Халилов являлся только подставным лицом.
Возможно, именно по этой причине сразу после увольнения полковника и было возбуждено дело о мошенничестве. Примечательно, что расследование вело Главное следственное управление ГУВД Нижегородской области. Конечно, мы ничего не утверждаем, но сразу почему-то вспомнилось, что именно среди милицейских и прочих правоохранительных начальников оказалось особо много пострадавших от деятельности финансовой пирамиды...
На допросах Ефремов держался твёрдо, он категорически отрицал свою связь с Халиловым, говорил, что никому ничего не должен. И дело по обвинению в мошенничестве стало постепенно разваливаться. За решёткой бывшего полковника удерживало только обвинение в торговле наркотиками. Но на прямой вопрос: "Где деньги, Зин?" ответ так и не был найден. Скорее всего, именно это обстоятельство и сыграло роковую роль в судьбе бывшего полковника...
По всей видимости, дежурной смене колонии № 11, где содержался арестованный Ефремов, заплатили очень хорошие деньги. И однажды ночью охранники запустили к нему в камеру двух здоровенных уголовников, которые отбывали в колонии длительные сроки наказания и которых, насколько нам известно, уже не раз использовали для такого рода "операций".
А утром бывшего полковника нашли в камере мёртвым...
Как мы уже говорили, тело Ефремова было страшно изуродовано. По слухам, уже после его смерти выяснилось, что немалая часть принадлежавшего ему имущества — банковские счета, недвижимость и автомобили — отошла к другим людям. Соответствующие бумаги были подписаны покойником. Не исключено, что это было сделано в ту самую роковую ночь...
Вот примерно по такому сценарию могли развиваться события.
Оговоримся сразу, всё, что написано выше, — это только версии и предположения. И мы пока не знаем, какие из них могут оказаться верными, а какие нет. Но даже то, что уже известно, наводит на грустные мысли. Неужели коррупция и беззаконие в наших правоохранительных органах достигли такого невероятного масштаба?! Неужели за деньги люди в погонах способны на всё — даже на убийство?!
Хочется, конечно, крикнуть: "Не верю!" Но язык не поворачивается...
P.S. По факту убийства полковника Ефремова было возбуждено уголовное дело. Арестовали всю дежурившую тогда смену охранников — всего пять человек. И вот на днях мы узнали, что один из арестованных охранников едва не лишился жизни. После допроса его нашли в камере с располосованным горлом. Якобы он пытался покончить жизнь самоубийством, воткнув себе в горло... заточенную ложку! Что толкнуло арестованного охранника на такой шаг, пока не ясно. Не исключено, что это была вовсе не попытка суицида, возможно, кто-то просто попытался убрать нежелат
P.S. По факту убийства полковника Ефремова было возбуждено уголовное дело. Арестовали всю дежурившую тогда смену охранников — всего пять человек. И вот на днях мы узнали, что один из арестованных охранников едва не лишился жизни. После допроса его нашли в камере с располосованным горлом. Якобы он пытался покончить жизнь самоубийством, воткнув себе в горло... заточенную ложку! Что толкнуло арестованного охранника на такой шаг, пока не ясно. Не исключено, что это была вовсе не попытка суицида, возможно, кто-то просто попытался убрать нежелательного свидетеля страшной смерти бывшего полковника ФСБ.
А что вы от них хотите. Когда при алкаше всея Руси формировали это самое ФСБ, то туда сбежались все смердячие блатные менты за большей выгодой и властью.
Комментарии
а исполнители что — невинные овечки, два часа мужика били? это же скоты натуральные, их к стенке и пулю в башку
копи-паст:
Нижегородский гарнизонный военный суд рассматривал дело отставного полковника ФСБ Владимира Обухова с ноября прошлого года. По данным гособвинения, в декабре 2004 года начальник следственного отдела нижегородского УФСБ вместе со своим заместителем Олегом Ефремовым похищали из управления героин, изъятый в качестве вещественных доказательств по уголовным делам (опечатанные упаковки хранились в сейфе господина Ефремова, он же заведовал журналом учета вещдоков). Подделав акты о сжигании наркотиков, высокопоставленные чекисты, как говорится в приговоре, выносили пакеты с порошком и прятали их в тайниках, устроенных в корнях сваленной сосны, а также под дорожными знаками на обочинах автотрасс в Балахнинском и Богородском районах области. Оттуда наркотики забирали знакомые чекистов Павел Краснощеков и Александр Фролов. Сначала посредники в Нижнем Новгороде передавали следователям деньги, а героин из тайников затем сдавали на реализацию местным наркоторговцам. Всего полковникам Обухову и Ефремову в рамках уголовного дела инкриминировалось хищение и продажа двух партий наркотика по 100 и 200 г, однако, по неофициальной информации из УФСБ, всего пропало не менее 40 кг героина. Две последние партии посредники, находившиеся к тому времени в оперативной разработке, продали сотрудникам регионального УФСКН по контрольной закупке. Им же они дали объяснения о том, что героин получают от офицеров спецслужбы. Однако в 2004 году этой информации не дали хода. В декабре 2004 года на День чекиста Владимиру Обухову присвоили очередное звание полковника, а уже в начале 2005 года он был неожиданно уволен. Лишь в апреле 2009 года новый начальник регионального УФСБ Олег Храмов (ныне работает в центральном аппарате ведомства) поручил отделу собственной безопасности разобраться в давней истории с изъятием наркотиков. Итогом проверки стало уголовное дело.
Олег Ефремов, возглавивший следственный отдел регионального УФСБ после ухода Владимира Обухова, до суда не дожил. 26 июня прошлого года он был найден мертвым со следами пыток в камере-одиночке Борской спецколонии N 11, в его гибели сейчас обвиняют четверых сотрудников ФСИН и двух заключенных, якобы выбивавших показания о местах, где спрятан героин (подробно об этом "Ъ" рассказал 2 июля). Любопытно, что на суде были зачитаны показания начальника отдела безопасности ИК-11 Алексея Бобрикова, который сейчас обвиняется в организации избиения погибшего чекиста. По его свидетельству накануне обнаружения трупа в камеру к Олегу Ефремову по спецпропускам приходили двое сотрудников собственной безопасности УФСБ для допроса: арестант сам вызвал их, передав через надзирателей заявление. Согласно показаниям офицера ИК-11 подсудимого Бобрикова, в своем заявлении Олег Ефремов предлагал дать подробные показания на своего бывшего сослуживца Владимира Обухова в обмен на освобождение, утверждал, что лично сжег около 30 кг героина и возил своего руководителя к местам закладок, но не знал, что именно находится в тайниках. Кроме того, допрошенные в судебном следствии сотрудники нижегородского УФСБ показали, что подписывали акты об уничтожении наркотиков по просьбе Владимира Обухова задним числом перед служебной проверкой порядка хранения вещдоков. Никто из десятка допрошенных в суде чекистов не смог вспомнить случаев, когда в маленькой печке, предназначенной для сжигания секретных документов, действительно сжигался героин.
Сам Владимир Обухов на предварительном следствии полностью признал вину, дал подробные показания обо всей цепочке наркодилеров и показал местонахождение тайников. Однако на суде чекист заявил, что он невиновен. Полковник утверждал, что уголовное дело сфабриковано военными следователями Нижегородского гарнизона и отделом собственной безопасности нижегородского УФСБ, сотрудники которого якобы оказывали на него психологическое давление. Однако суд посчитал, что обвиняемый таким образом хочет избежать наказания и приговорил его к 12 годам колонии строгого режима. В зале суда на Владимира Обухова надели наручники.
В пазлы все играли? Фрагменты картины налицо, но так перемешаны, что семь потов сойдет, покуда сложишь их как надо. А сложил — и получается до боли знакомое изображение: зверюшки какой-нибудь, или птички, или цыган Виталинских… Не заговариваюсь: все и дело-то в том, что фрагменты были у нас на руках (а частью — и на страницах "НН"), а вот картинка сложилась лишь сейчас. Опять-таки, возможно, неполная, но все же…
Ладно, к делу: в конце 80-х, когда цыгане борского молдавского нэци начали потихоньку перебираться в Нижний, "баро шэро" их был некий Алик, он же Юзек Лакатош, уроженец Сербии. Традиционный цыганский бизнес — гадания и карманные кражи — довольно быстро перестали удовлетворять потребности 50-летнего "барона". И конкуренция высока, и милиция привязывается, все огорчить норовит… Да и много ли вытянешь из кармана?
Так или иначе, именно Лакатош первым наладил в Нижнем регулярную торговлю наркотиками: сперва "ханкой" — экстрактом опия — и анашой. Непосредственно продажи осуществляли, как у цыган принято, домашние женщины Алика — супруга Патрина Виталинская и дочери. Кстати, именно Патрина была первой нижегородской цыганкой, осужденной за наркоторговлю: в 1994 году Канавинский районный суд выдал ей 2,5 года… Отбыв срок, Патрина завязала с собственноручной торговлей и перешла на "тренерскую" работу, отныне отраву сбывали ее многочисленные дочери и зять.
Так продолжалось до 1999 или 2000 года, когда знакомый им частный таксист по имени Павел Краснощеков предложил Виталинским начать "правильную" торговлю…
Сам Краснощеков, только в мае этого года освободившийся из мест заключения, рассказывал на суде, что приятель его Александр Фролов, в чьем ЧП Павел иногда подрабатывал, зная о знакомстве последнего с Виталинскими, предложил ему начать реализовывать наркотики. Задача Краснощекова была довольно проста: сперва встретиться с наркосбытчиком, договориться о количестве отравы, забрать вперед деньги, а затем сделать "закладку" оговоренного количества и указать оптовику место схрона. Четыре поездки на недальнее расстояние — и 500 долларов в кармане. "Опасно это…" — засомневался Павел. "Не бойся, никто нас не тронет!" — "А почему?" — "Меньше знаешь — крепче спишь!" — загадочно произнес Фролов.
…Уже потом, через приличное время проболтается он, что наркотики — фээсбэшные и что завязаны здесь немелкие люди. "Обухов до самого конца не знал, что мне известно, где он работает!" — говорил на суде высокий седоватый, вовсе не похожий на жулика 56-летний Краснощеков. — Хотя мы с Обуховым даже на юге вместе отдыхали…" Известен был Краснощекову и второй "фейс" — Олег Ефремов. Впрочем, только по имени…
Будни наркополиции
Партии героина и метадона, распространяемые на территории Нижнего, давным-давно раздражали антинаркотические службы. Однако долгое время подходов к дельцам не было: мы немало рассказывали об отлаженных методах цыганской наркоторговли, что избавляет нас от подробностей. Однако и то мы говорили, что в случае опасности таборный цыган с легким сердцем сдает своего славянского подельника: для цыгана он прежде всего "гайджо", чужой, не совсем человек…
Поэтому, когда после долгой разработки Виталинские были арестованы, зять Алика-Юзека и Патрины Рустам (цыгане, впрочем, называли его Лютеком) в обмен на свободу согласился свести опера наркополиции с оптовиком, в данном случае Краснощековым. В один прекрасный день Лютек заявился на встречу с Павлом в сопровождении крепкого молодого парня кавказского обличия. Парень представился Магомедом. Цыган поручился за него, как за самого себя, — и отвалил от греха. (Забегая вперед скажем, что полицейские сдержали свое слово. На процессе Виталинских Лютек выступил свидетелем обвинения, "загрузил" тестя, тещу и супругу по имени Лора — и отправился на волю. Воля, впрочем, ему впрок не пошла: через несколько месяцев парень погиб в автокатастрофе.) Той порой кавказский бандит Магомед, он же старший оперуполномоченный по ОВД майор полиции Павел Маллер, закупил у Краснощекова две партии героина, после чего на запястьях злосчастного таксиста защелкнулись браслеты наручников. Через день был арестован Александр Фролов. Объяснение, отобранное у него в тот же день, наша газета приводила в одном из материалов: напомним, что звучали там и фамилия Обухова, и чин его, и место службы…
Дело было 17 декабря 2004 года. В тот же день тогдашний начальник оперативной службы УФСКН подполковник полиции Михаил Вьюнышев рапортом отправил документ начальнику управления генерал-лейтенанту Валерию Сажину. И здесь мы вынуждены рассказ о наркополиции пока завершить, знаем лишь то, что документ документом быть перестал, из дела был изъят и, по всей видимости, направлен на Воробьевку: сам бывший чекист, Сажин, судя по всему, хотел решить дело "по-домашнему"…
Отправили на пенсию
На процессе бывший начальник отдела собственной безопасности Нижегородского УФСБ полковник Андрей Вершинин рассказал, что проверку комнаты для хранения вещдоков его подчиненным поручили провести не то 18, не до 19 декабря
С Ефремовым было иначе. Дело в том, что не позже 1996 года совсем юным лейтенантом Олег Ефремов был назначен ответственным за хранение вещественных доказательств. Не по должности, а персонально. Именно у него были и журнал, и ключ, и личная печать. Шли годы, матерел бывший лейтенант, расцветали на его погонах звезды, а заветная комната все находилась под его началом. То бишь без его санкции или, по крайней мере, попустительства ни одна пылинка — не то что ни один "чек" наркотика — не могли исчезнуть. Так что, кто был в "тандеме" двух полковников главным (и не было ли еще поглавнее их!), вопрос. Кстати, отвлечемся, Олег Ефремов считался одним из наиболее перспективных сотрудников. Полковник в 35 лет, кавалер ордена Мужества, при ином раскладе мог бы он сделать блестящую карьеру. Не вышло. Был отправлен на пенсию (скоропалительно и практически без объяснений: в один голос говорили и Вершинин, и действующий начальник ОСБ полковник Борис Петров, что ни конфликтов с начальством у него не было, ни "оборотничества" его никто не поминал). А через несколько месяцев арестовали его за мошенничество, а там и гальванизировали дело 2004 года.
Через три или четыре месяца после ареста Ефремов был, как известно, убит. Обухов же предпочел в обмен на подписку о невыезде написать чистосердечное признание, от которого сейчас отрекается: говорит, "выбили угрозами". Однако свидетели "крепят" бывшего полковника, что называется, "по полной", в том числе Павел Краснощеков, кстати сказать на следствии опознавший Обухова в том числе по фотографии среди троих старших офицеров ФСБ, одетых в форму. И сами чекисты, бывшие и действующие, не очень его обеляют. И наркополицейские, участвовавшие в разработке и процессуальном закреплении дела Фролова — Краснощекова.
В результате у нас появилось несколько версий случившегося.
Версия первая: "Гуляй, Гуля"
Прежде всего обратите внимание — спланировать и организовать убийство в тщательно охраняемой колонии под силу лишь очень влиятельным лицам, имеющим высокое положение и носящим погоны с очень большими звёздами. По всей видимости, среди них и надо искать организатора...
Сам Ефремов незадолго до своего увольнения везде рассказывал, что его преследуют по "политическим мотивам", и намекал на своё бывшее начальство из Управления ФСБ по Нижегородской области. Дело в том, что из органов полковник был уволен с большим скандалом — формально за многочисленные служебные нарушения и плохую работу. А уже через десять дней на его руках защёлкнулись наручники.
Очевидцы говорят, что политическую подоплеку своего увольнения Ефремов связывал с делом жены бывшего губернатора Геннадия Ходырева. В своё время наше издание много писало об этой истории. Речь идёт о незаконной приватизации Новомирского горнообогатительного комбината. Непосредственные участники этой незаконной сделки по отчуждению государственной собственности указали на Гулю Ходыреву как на главного организатора всей махинации.
А расследованием дела как раз и занимался Следственный отдел Управления ФСБ под непосредственным руководством полковника Ефремова. Как известно, Гулю Ходыреву так и не удалось привлечь к уголовной ответственности. По мнению Ефремова, во многом это произошло благодаря позиции, занятой руководством УФСБ. Мол, руководители сдружились с уже бывшим губернатором Ходыревым и замяли дело. А потом чуть ли не по личной просьбе Геннадия Максимовича стали всячески преследовать "честного полковника"...
Но неужели ненависть Ходырева к полковнику Ефремову была столь высока, что в результате начальника Следственного отдела Управления не только уволили, а ещё организовали его арест, а потом и физическую ликвидацию? Может, и пытали его затем, чтобы узнать, какой он ещё компромат имеет на семью бывшего губернатора?
Версия очень сомнительная...
Как рассказали знающие люди, на самом деле расследование в отношении Гули Ходыревой, которое в реальности имело хорошую перспективу, развалилось вовсе не в результате чьих-то происков. А по причине плохой работы следователей! Тогда получается, что Ефремов своим непрофессионализмом как раз и удружил Ходыревым. А значит, преследовать полковника бывшему губернатору не имело смысла. Как удалось выяснить, под уголовное преследование полковник Ефремов подпал за реальные преступления, а политической версией просто прикрывался для отвода глаз — это обычная тактика высокопоставленных преступников.
И преступления за ним числились очень серьёзные!
Версия вторая: "Герой героина"
Несколько лет назад, в 2004 году, сотрудники Госнаркоконтроля Нижегородской области задержали двух нижегородцев — Павла Краснощёкова и Александра Фролова, организовавших довольно развитую сеть торговли героином и другими видами наркотиков. При опросе один из них рассказал о том, что героин им поставляли сотрудники ФСБ.
Были названы и фамилии поставщиков — полковник Владимир Обухов, занимавший тогда пост начальника Следственного отдела, и его заместитель Олег Ефремов. Однако впоследствии задержанные отказались дать официальные показания по этому поводу. Поставщики героина были определены как "неустановленные лица", и материалы на них легли в архив Госнаркоконтроля...
К этому делу пришлось возвращаться спустя четыре года, когда Обухов уже уволился из органов, а его место на посту начальника Следственного отдела занял полковник Ефремов. На сей раз информацией о возможной причастности следователей к торговле наркотиками заинтересовались в самом Управлении ФСБ. Проведённая проверка показала, что "неустановленными наркоторговцами" действительно являлись Обухов и Ефремов.
Выяснилось, что полковники поставляли Краснощёкову и Фролову героин, который их сослуживцы из отдела по борьбе с наркотиками... изымали у преступников! Представляете, люди разрабатывали сложные операции, рисковали жизнью, чтобы задержать торговцев смертоносным зельем... А главные следователи Управления затем продавали арестованную "наркоту"! По некоторым данным, им удалось вынести из камеры "вещественных доказательств" и продать почти 40 килограмм героина.
В отношении начальника следствия было начато служебное расследование, которое в марте 2009 года закончилось увольнением и последующим арестом Ефремова. Против его бывшего начальника Обухова также возбудили уголовное дело...
Сейчас среди некоторых сотрудников правоохранительных органов ходят разговоры о том, что Обухов и Ефремов делились своей героиновой выручкой с кем-то из более высоких начальников. А когда попались, то их покровители постарались заткнуть им рот. Чтобы Обухов молчал дальше и не вздумал откровенничать со следств
Но мне кажется, что и эта версия вызывает сомнение. И вот почему.
Во-первых, ни сами полковники, ни их гражданские подельники на допросах даже не обмолвились о каких-либо высоких покровителях. Мало того, подельники высказали мнение, что полковники действовали самостоятельно и полученными деньгами ни с кем не делились.
Во-вторых, если бы начальство ФСБ было "в доле", то вряд ли бы дело дошло до увольнения и ареста подозреваемых. В этом случае работа людей, проверяющих Обухова и Ефремова, наверняка встретила бы со стороны руководства, мягко говоря, "непонимание".
Однако этого не произошло. Более того, как нам стало известно, руководство ФСБ очень хотело, чтобы их бывшие сотрудники, которые нанесли Управлению такой серьёзный ущерб, оказались на скамье подсудимых. Чтобы впредь никому повадно не было!
В-третьих, а зачем этим мнимым покровителям потребовалось так демонстративно убивать Ефремова, да ещё и пытать его? Только для устрашения Обухова? Слишком рискованный шаг. Чтобы замести следы, было бы проще организовать "несчастный случай". Причём жертвой должен был стать не только Ефремов, но и его бывший начальник — чтобы вернее было! Между тем жизни Обухова, насколько мы выяснили, сегодня ничто не угрожает.
Нет, скорее всего, загадка гибели Ефремова не связана с торговлей героином.
А теперь давайте обратим внимание на одно существенное обстоятельство. Против Ефремова поначалу было возбуждено уголовное дело вовсе не по обвинению в торговле наркотиками. Наркотики "пристегнули" ему гораздо позже, уже после ареста. Сначала фигурировала статья 159-я (мошенничество).
Оказывается, Ефремов промышлял не только героином. Он являлся близким и доверенным лицом некоего Намика Халилова, кавказца неизвестного происхождения. Этот Халилов занимал у нижегородцев деньги в долг, а потом возвращал их с большими процентами.
Он уверял своих клиентов, что крутит деньги чуть ли не на Нью-Йоркской бирже, занимаясь вполне законными финансовыми операциями. На самом деле этот человек организовал настоящую финансовую пирамиду — задолженность перед одними клиентами он гасил деньгами других.
Так вот, Ефремов принимал во всей это деятельности непосредственное участие. Он "рекламировал" Халилова, приводил к нему клиентов, среди которых, как мы выяснили, оказались очень значимые в регионе люди: крупные предприниматели, чиновники и (внимание!) представители правоохранительных органов области — милиции, прокуратуры и службы исполнения наказания. С этим, наверное, было связано и весьма примечательное название фирмы Халилова — "Эксклюз-ивинвестМент"...
Как и всякая финансовая пирамида, фирма рано или поздно должна была развалиться. Что и случилось в прошлом году. Халилов исчез в неизвестном направлении и высокопоставленные клиенты в одночасье потеряли свои "кровные". По имеющимся данным, в пирамиду было сделано только официальных вложений около 300 миллионов рублей и еще неофициальных — свыше 600 миллионов. Персонально вкладывались очень большие деньги — от шести миллионов до двадцати миллионов рублей. Интересно, откуда у людей, состоящих на государственной службе, такие большие деньги? Вопрос...
Понятно, что претензии были предъявлены к доверенному лицу сбежавшего "бизнесмена". То есть к Олегу Ефремову. Но тому явно было не до этих проблем, у него шли служебные проверки, вот-вот должны были уволить. Говорят, для того чтобы вытрясти из Ефремова деньги, влиятельные люди города и области были готовы пожертвовать половиной своих пропавших вложений. Тем более что по городу поползли слухи о том, что именно Ефремов был настоящим организатором "пирамиды", а Халилов являлся только подставным лицом.
Возможно, именно по этой причине сразу после увольнения полковника и было возбуждено дело о мошенничестве. Примечательно, что расследование вело Главное следственное управление ГУВД Нижегородской области. Конечно, мы ничего не утверждаем, но сразу почему-то вспомнилось, что именно среди милицейских и прочих правоохранительных начальников оказалось особо много пострадавших от деятельности финансовой пирамиды...
На допросах Ефремов держался твёрдо, он категорически отрицал свою связь с Халиловым, говорил, что никому ничего не должен. И дело по обвинению в мошенничестве стало постепенно разваливаться. За решёткой бывшего полковника удерживало только обвинение в торговле наркотиками. Но на прямой вопрос: "Где деньги, Зин?" ответ так и не был найден. Скорее всего, именно это обстоятельство и сыграло роковую роль в судьбе бывшего полковника...
По всей видимости, дежурной смене колонии № 11, где содержался арестованный Ефремов, заплатили очень хорошие деньги. И однажды ночью охранники запустили к нему в камеру двух здоровенных уголовников, которые отбывали в колонии длительные сроки наказания и которых, насколько нам известно, уже не раз использовали для такого рода "операций".
А утром бывшего полковника нашли в камере мёртвым...
Как мы уже говорили, тело Ефремова было страшно изуродовано. По слухам, уже после его смерти выяснилось, что немалая часть принадлежавшего ему имущества — банковские счета, недвижимость и автомобили — отошла к другим людям. Соответствующие бумаги были подписаны покойником. Не исключено, что это было сделано в ту самую роковую ночь...
Вот примерно по такому сценарию могли развиваться события.
Оговоримся сразу, всё, что написано выше, — это только версии и предположения. И мы пока не знаем, какие из них могут оказаться верными, а какие нет. Но даже то, что уже известно, наводит на грустные мысли. Неужели коррупция и беззаконие в наших правоохранительных органах достигли такого невероятного масштаба?! Неужели за деньги люди в погонах способны на всё — даже на убийство?!
Хочется, конечно, крикнуть: "Не верю!" Но язык не поворачивается...
P.S. По факту убийства полковника Ефремова было возбуждено уголовное дело. Арестовали всю дежурившую тогда смену охранников — всего пять человек. И вот на днях мы узнали, что один из арестованных охранников едва не лишился жизни. После допроса его нашли в камере с располосованным горлом. Якобы он пытался покончить жизнь самоубийством, воткнув себе в горло... заточенную ложку! Что толкнуло арестованного охранника на такой шаг, пока не ясно. Не исключено, что это была вовсе не попытка суицида, возможно, кто-то просто попытался убрать нежелат