Вспомнил одну замечательную книгу — А.Бушков "Россия, которой не было: загадки, версии, гипотезы":
"Теперь посмотрим на проблему имен с другой стороны. Поближе познакомимся с русскими именами.
Уже говорилось о новгородце по имени Черт. Под пару ему — новгородский священник по имени... Упырь Лихой! Отмечены в истории и поп Лихач (1161), поп Угрюм (1600), поп Шумило (1608).
Имя Волчий Хвост без всякого смущения носил... один из воевод Владимира Красное Солнышко. Вот вам несколько новгородцев: Гюрги Собышкинич, Ратмир Нематович, Гнездило Савин, Юрята Пинещинич, Намест, отчего-то летописцами отчества не удостоенный. Вот семейка XVI столетия: "А руку к сему приложили монастырский детеныш Медведко Филиппов, да дети его Тимофей, да Кот, да Комар Медведковы". Вот сыновья новгородского рыбака Линя: "Сом Линев, Ерш Линев, Окунь Линев, Судак Линев" (то-то шутником был несомненно, батька Линь!).
Невероятно переплелись крестильные и мирские имена, к тому же снабженные прозвищами: "Митрополит волынский Никифор, а по прозвищу — Станило". "Преставился князь Михаил, зовомый Святополк". "Аз есмь великий князь Гавриил, нареченный Всеволод, самодержец Мстиславович". "И нарекли княжну при святом крещении Пелагия, звать же ее — Сбыслава". "Сын мой Остафий, который прозван был Михаилом". "Карпуша Ларионов, а прозвище Ивашко". "Ивашко, прозвище — Агафонко". "Казак Богдан, а имя ему — бог весть".
А еще в средневековье без малейших насмешек со стороны окружающих жили-поживали люди по имени Шуба, Суббота, Дорога.
Помните воеводу по прозвищу Тать Иван? А воеводу по прозвищу Турунтай, залетевшему в важнейшие государственные документы! Кстати, Богдан Хмельницкий в крещении вовсе и не Богдан, а — Зиновий...
Примечательно, что схожие порядки царили в Западной Европе."
"Обедняет и так скудную славянскую культуру"... Вот прям даже и не знаю... Как в морду плюнул. С чего это вдруг наша славянская культура сделалась скудной? Обидно, право.
По именам могу дополнить, что в них очень четко прослеживалось происхождение. Так, "черное сословие" носило "простые" имена, такие как Тверд, Желан, Замятко и т.п., волхвы и их первые сыновья нарекались двусоставными, второй корень был "вид (вит)" или "мир". Воинское сословие (потомственные воины, не ополчение) передавали сословные корни "бор", "полк". Ну а второй корень "слав" давался только первенцам князей (соответственно, самим князьям). Потому и дошли до нас Яро-, Свято- и прочие Славы. Смердов да волхвов били и палили во время христианизации, вои разделились во время усобицы, те, что остались Владимиром, приняли греческие да римские имена. А князей редко кто трогал.
Детей княжих, не наследующих отцу, называли как воинов. Как правило, они шли в дружину, либо получали удаленный удел и основывали новый род.
Взрослое имя сословному люду до XI века давалось после взросления, по прохождении Посвящения (в 7 лет, если не очень ошибаюсь). По поверию, настоящее имя давало власть над его носителем, поэтому кроме имен повсеместно использовались клички. Так, Щука, Кривой и т.п. — не имена в прямом смысле, но повседневная кличка, которую можно было говорить незнакомому человеку без боязни получить порчу.
Комментарии
Тоже значение имеет имя: Путята. От этих имен произошли фамилии: Путилов, Путилин, Путин..."
LOL Путя разумно славит. Тока вот кого? 8)
"Теперь посмотрим на проблему имен с другой стороны. Поближе познакомимся с русскими именами.
Уже говорилось о новгородце по имени Черт. Под пару ему — новгородский священник по имени... Упырь Лихой! Отмечены в истории и поп Лихач (1161), поп Угрюм (1600), поп Шумило (1608).
Имя Волчий Хвост без всякого смущения носил... один из воевод Владимира Красное Солнышко. Вот вам несколько новгородцев: Гюрги Собышкинич, Ратмир Нематович, Гнездило Савин, Юрята Пинещинич, Намест, отчего-то летописцами отчества не удостоенный. Вот семейка XVI столетия: "А руку к сему приложили монастырский детеныш Медведко Филиппов, да дети его Тимофей, да Кот, да Комар Медведковы". Вот сыновья новгородского рыбака Линя: "Сом Линев, Ерш Линев, Окунь Линев, Судак Линев" (то-то шутником был несомненно, батька Линь!).
Невероятно переплелись крестильные и мирские имена, к тому же снабженные прозвищами: "Митрополит волынский Никифор, а по прозвищу — Станило". "Преставился князь Михаил, зовомый Святополк". "Аз есмь великий князь Гавриил, нареченный Всеволод, самодержец Мстиславович". "И нарекли княжну при святом крещении Пелагия, звать же ее — Сбыслава". "Сын мой Остафий, который прозван был Михаилом". "Карпуша Ларионов, а прозвище Ивашко". "Ивашко, прозвище — Агафонко". "Казак Богдан, а имя ему — бог весть".
А еще в средневековье без малейших насмешек со стороны окружающих жили-поживали люди по имени Шуба, Суббота, Дорога.
Помните воеводу по прозвищу Тать Иван? А воеводу по прозвищу Турунтай, залетевшему в важнейшие государственные документы! Кстати, Богдан Хмельницкий в крещении вовсе и не Богдан, а — Зиновий...
Примечательно, что схожие порядки царили в Западной Европе."
По именам могу дополнить, что в них очень четко прослеживалось происхождение. Так, "черное сословие" носило "простые" имена, такие как Тверд, Желан, Замятко и т.п., волхвы и их первые сыновья нарекались двусоставными, второй корень был "вид (вит)" или "мир". Воинское сословие (потомственные воины, не ополчение) передавали сословные корни "бор", "полк". Ну а второй корень "слав" давался только первенцам князей (соответственно, самим князьям). Потому и дошли до нас Яро-, Свято- и прочие Славы. Смердов да волхвов били и палили во время христианизации, вои разделились во время усобицы, те, что остались Владимиром, приняли греческие да римские имена. А князей редко кто трогал.
Детей княжих, не наследующих отцу, называли как воинов. Как правило, они шли в дружину, либо получали удаленный удел и основывали новый род.
Взрослое имя сословному люду до XI века давалось после взросления, по прохождении Посвящения (в 7 лет, если не очень ошибаюсь). По поверию, настоящее имя давало власть над его носителем, поэтому кроме имен повсеместно использовались клички. Так, Щука, Кривой и т.п. — не имена в прямом смысле, но повседневная кличка, которую можно было говорить незнакомому человеку без боязни получить порчу.