Все споры из-за того, что вы с недоверием отнеслись к комментарию giacynt (геясинт — татарский Бетман). Он всё знает и правильно говорит. Галилею досталось, потому что Петр 1- алкоголик, всех налево и на право рубил и инквизиция тоже из-за него появилась. Как говориться ближе к сути...Все улыбнулись и кому-то надо бросать курить и бросить читать биографию Петра 1, потому что может получиться так, что мировой кризис наступил из-за того что Петр 1 устраивал дикие оргии из-за которых убежал Иоанн Федоров.
Слава Богу злобных тролей и недоумков "встающих с колен" здесь нет. Статья объективная бесспорно, но давайте вспомним откуда началась инквизиция или преследование по религиозным мотивам — в Византии. И Московское княжество вкупе с Россией это гадость не миновала. Сжигали толпами, вспомним староверов, ведь это миф, что они занимались все самосожжением, чаще как раз наоборот. Знаменитый "русский" первопечатник Иоанн Федоров (Иоганн Теодор) вынужден был спасая свою жизнь, бежать из Москвы. И куда же ? А в ту же Речь Посполитую. Именно там в Остроге, у князя Острожского и был напечатан Апостол. А вот о страшной резне, которую учинил Петр I в столице украинского гетмана, вспоминать не любят. В городе Батурине было уничтожено все население, невзирая на пол и возраст. Вся вина этих мирных жителей была в их, говоря позднейшим советским языком, “прописке”. Французские и голландские газеты этого времени написали о батуринской бойне, где людей четвертовали, сажали на кол, колесовали. Написала об этом и издаваемая в начале XVIII века на французском языке львовская городская газета.
Садизм Петра во многом напоминал садизм Ивана Грозного. Как писал Сергей Соловьев: “Была страшная для Москвы осень 1698 года. На Красной площади, на зубцах городской стены, гнили трупы казненных стрельцов…”. А вот Николай Костомаров: “Петр, как говорят, собственноручно отрубил головы пятерым стрельцам в Преображенском… С 11 октября по 21 в Москве ежедневно были казни… Ломали руки и ноги колесами, другим рубали головы… Сам царь, сидя на лошади, смотрел на это зрелище” (“Исторические монографии”, 1989, с.115). По приказу Петра в пыточном подвале удавили его собственного сына; есть данные, что царь при этом присутствовал… Есть немало исторических данных о беспробудном алкоголизме Петра, распутстве, диких оргиях. Но все равно — герой. При нем же существовала "инквизиц-коллегия", где он любил саморучно "отрабатывать людишек"- это на жаргоне опричников. И вплоть до декрета 1905 года за выход из государственной религии православия, как и за совращение к оному — лишение всех имущетсвенных и сосоловных прав с пожизненной ссылкой и отнятием детей. Так что зверское и полное уничтожение "православными" родной Православной Церкви в России имеет свои корни в измене идеалам христианства.
Спасибо за статью. Стоящий материал, побольше бы таких в СМИ, а то на телевиденьи в научно-публицистических программах (как они себя называют) остались только адепты Ажажи, занятые поисками кораблей-призраков. Недоумки с дипломами.
прищучили его не за гелиоцентризм и не за то что "она вертится".
Его прищучили за ересь теории атомизма, согласно которой ставился под сомнение догмат о превращении хлеба и вина в плоть и кровь христа во время евхаристии
Комментарии
Садизм Петра во многом напоминал садизм Ивана Грозного. Как писал Сергей Соловьев: “Была страшная для Москвы осень 1698 года. На Красной площади, на зубцах городской стены, гнили трупы казненных стрельцов…”. А вот Николай Костомаров: “Петр, как говорят, собственноручно отрубил головы пятерым стрельцам в Преображенском… С 11 октября по 21 в Москве ежедневно были казни… Ломали руки и ноги колесами, другим рубали головы… Сам царь, сидя на лошади, смотрел на это зрелище” (“Исторические монографии”, 1989, с.115). По приказу Петра в пыточном подвале удавили его собственного сына; есть данные, что царь при этом присутствовал… Есть немало исторических данных о беспробудном алкоголизме Петра, распутстве, диких оргиях. Но все равно — герой. При нем же существовала "инквизиц-коллегия", где он любил саморучно "отрабатывать людишек"- это на жаргоне опричников. И вплоть до декрета 1905 года за выход из государственной религии православия, как и за совращение к оному — лишение всех имущетсвенных и сосоловных прав с пожизненной ссылкой и отнятием детей. Так что зверское и полное уничтожение "православными" родной Православной Церкви в России имеет свои корни в измене идеалам христианства.
Таких как он было мало, но они (каждый из ученых) раскручивали колессо прогресса.
Его прищучили за ересь теории атомизма, согласно которой ставился под сомнение догмат о превращении хлеба и вина в плоть и кровь христа во время евхаристии
— О, он идет по совершенно новому пути. Он старается доказать, что
археологические ископаемые третей планеты Арктура доказывают, что
человечество существовало там еще до того, как существовали космические
перелеты.
— И это означает, что именно тогда эта планета была колыбелью
человечества?
— Вероятно. Надо тщательно изучить и взвесить все обстоятельства,
прежде чем я скажу с уверенностью. Надо же посмотреть, насколько
компетентны его утверждения.
Некоторое время Хардин молчал. Потом он спросил:
— Когда Ламет написал эту книгу?
— О, я думаю примерно восемьсот лет назад. Конечно, он в основном
опирался на предыдущую работу Глина.
— Зачем же тогда доверять ему? Не проще ли полететь на Арктур и
самому изучить раскопки?
Лорд Дорвин поднял брови и быстро втянул в себя табак.
— Да, но с какой стати, мой дорогой друг?
— Для, того чтобы получить информацию из первых рук.
— Но где необходимость? Это какой-то очень сложный и запутанный метод
получения информации. Смотрите сами, у меня собраны работы всех старых
мастеров, великих археологов прошлого. Я сравниваю их друг с другом,
нахожу разногласия, анализирую противоречивые суждения, решаю, какое из
них наиболее правдивое и прихожу к заключению. Это и есть научный метод.
По крайней мере — так я его понимаю. Как неимоверно грубо будет
отправляться на Арктур, или например, в Солнечную систему, и шататься по
планетам, когда великие ученые прошлого уже изучили все куда более
эффективно, чем мы можем когда-либо надеяться.
— Я понимаю, — вежливо пробормотал Хардин.